Выбор - Наталья Гордая

— Я никому ничего не должен, — спокойно говорит Артем и отпивает воду из стакана, прямо глядя в глаза отцу.

— Ошибаешься! Ты еще как должен мне. Кто воспитывал и содержал тебя?

— До 18 лет — ты. Если хочешь, выстави мне счет, — также спокойно говорит Артем.

— Сереж, что ты говоришь?! Прекрати! — взрывается т. Света.

Мама пытается ее успокоить, но у т. Светы уже катятся слезы по щекам.

— Ты еще и огрызаешься со мной? Щенок, кем бы ты стал, если бы не я?! — окончательно взрывается д. Сережа.

— Серега, ты перебарщиваешь! — вмешивается мой папа, но тот лишь отмахивается.

— Отец, тебе давно стоило понять, что я никогда не буду заниматься твоей фирмой. И я без тебя и твоей помощи стал тем, кто я есть! — спокойствие Артема трещит по швам.

Я поглаживаю его руку, и не даю сорваться с места, хотя я чувствую, что его тело напряжено, как перед прыжком.

— Неблагодарный! Я был бы счастлив, будь у меня другой сын! — яростно кричит д. Сережа.

— Я облегчу тебе задачу. Считай, что с этого момента, сына у тебя вообще нет.

Спокойно поднимается Артем и идет к выходу, не выпуская мою руку из своей.

В прихожей он останавливается и прижимает меня к себе, зарываясь в мои волосы, тяжело дышит, а я вожу руками по его напряженной спине. Слышатся крики и ругань родителей. Т. Света вылетает в прихожую и натыкается на нас взглядом.

— Сынок, я прошу тебя, не руби с плеча! — плачет она.

— Нет, мама. Хватит, я устал, — говорит Артем, но не смотрит на нее, а продолжает сжимать меня в объятиях и дышать мне в волосы.

— Нам пора, — говорит Артем и начинает одевать на меня пальто.

Артем выходит на улицу, пока я застегиваю сапоги. На т. Свету смотреть жалко.

— Стеш, побудь с ним рядом, не оставляй одного, — просит она меня.

Я киваю головой и выхожу из дома. Артем стоит возле машины и курит.

Я сажусь в машину и жду его, но он не торопится. Только после третьей сигареты он садится за руль, и сразу же глухо, но твердо говорит мне, не поворачиваясь:

— Не спрашивай ни о чем. Не хочу говорить.

Я киваю, кладу свою руку ему на бедро и сжимаю его. Мы выезжаем домой, и всю дорогу Артем не выпускает мою руку из своей.

Я знала, что с отцом у Артема сложные отношения, но никогда не была свидетелем их ссор и размолвок. Не знала, что д. Сережа относится к нему с такой снисходительностью и пренебрежением. Я даже не думала, что у них такие проблемы с отцом до сегодняшнего вечера.

Уже дома приняв душ, я расчесываю волосы перед зеркалом, когда в комнату заходит Артем. Он обнимает меня за талию и трется носом о мою шею. Я поворачиваюсь к нему, обнимая ладонями его лицо, начинаю поглаживать. В глазах застыла такая тоска и боль, что мне хочется забрать хоть малую часть его чувств себе, чтобы немного облегчить его ношу.

Не знаю, сколько мы так стоим, но вскоре оказываемся в одной кровати. Артем заботливо укрывает меня и крепко прижимает к себе. Он ничего не говорит, а я не спрашиваю и не прогоняю его. Знаю, что нужна ему.

— Ты самый лучший и особенный для меня, — шепчу я в темноту.

Он кладет голову мне на грудь, а я глажу его по волосам. Так мы и засыпаем. А на утро я просыпаюсь одна в холодной постели.

Глава 42

Артем

Не думал, что этот день принесет мне столько переживаний. Сначала Стеша выбесила меня в машине своим упрямством, а затем и разговор с отцом полностью выбил меня из колеи.

Мама пару раз звонила, я написал ей сообщение, что все хорошо. Я так устал постоянно бороться с отцом, со Стешей. Как же хочется выбить всю дурь из башки мелкой! Ведь знаю, что она хочет быть со мной, тянется ко мне, но одергивает себя.

А когда она сказала ночью, что я лучший и особенный для нее, то вся тоска и боль, разъедающая душу, вмиг отошли на второй план. Вся отравляющая ненависть трансформировалась в легкость и тепло, как будто Стеша своим светом разогнала всю черноту в душе. С ней рядом ощущаю себя живым, настоящим, так хорошо, как никогда и ни с кем не было. Я влюбился в эту девчонку по уши. Не представляю, как я буду теперь без нее жить в этой квартире. Раньше думал, что жить одному в кайф, а я просто не знал, что так охренительно с девушкой просто завтракать и проводить время вместе. Все дело в самой Стеше, с любой другой было бы совсем не так.

Я слышу, как мелкая засыпает, и сгребаю ее в объятиях, заключая ее в свои оковы. Заснуть не получается, и я просто слушаю дыхание спящей своей красавицы. А под утро, когда понял, что не усну, встал и пошел курить на балкон.

Там меня и нашла Стеша. Такая сонная и растрепанная, теплая после сна, она прижалась к моей спине, а я, наконец-то, выдохнул и окончательно отпустил ситуацию с отцом. Можно было бы бесконечно ненавидеть отца, обвинять его, но я так сделаю хуже только для себя. В очередной раз отец выбрал не меня, и я должен был с этим смириться за столько лет, а все равно грудь сдавливает обида. Сейчас, когда Стеша вот так обнимает меня крепко, я чувствую себя намного лучше и свободнее, ведь я отпустил все те чувства, которые отравой калечили мою душу. Я выбираю для самого себя спокойствие и прощение, а от отца мне ничего не нужно.

— Пошли отсюда, прохладно, а ты босая, — говорю я.

Она вздыхает и отпускает меня. Похоже, не одному мне с тяжестью в сердце приходится прерывать объятия. Стеша сразу же идет на кухню и начинает готовить завтрак. Я как завороженный наблюдаю за ней, не в силах оторвать своего взгляда. Она что-то рассказывает мне, а я вижу только ее сочные розовые губы, в которые хочется впиться жадным поцелуем.

— Артем, ты меня слышишь? — говорит Стеша, внимательно посмотрев на меня.

Я встряхнул головой, сбрасывая морок.

— Извини, задумался.