Хозяйка старой пасеки 4 - Наталья Шнейдер

Приняла. И ни разу не пожалела.

После венчания высыпали во двор. День выдался ясный, солнечный. Бабье лето задержалось, будто нарочно для молодых.

И тут же налетела детвора.

Катюшка — уже не малышка, а серьезная восьмилетняя барышня — командовала младшими братьями. Герасим и Матрена наплодили троих погодков, и все трое носились по двору, не разбирая дороги. Следом — двойняшки Стеши и Федьки.

Андрюшка заерзал на руках, потянулся к ребятне.

— Пусти, — возмутился он. — Хочу!

— Мал еще, — попробовала возразить я, но Кирилл уже забрал сына и опустил на траву.

Полкан тут же возник рядом — откуда только взялся. Ткнулся носом в Андрюшкину спину, направляя к детям. Присматривает. Он всегда присматривает.

— Глаша! — Варенька подлетела ко мне, раскрасневшаяся, сияющая. — Ты видела? Видела?

Она сунула мне под нос руку с обручальным кольцом.

— Видела, — засмеялась я. — Совет да любовь, мадам Нелидова.

— Какая я тебе мадам! — Она обняла меня. — Глаша, я так счастлива! Мы уже присмотрели домик в Бережках, Сергей Семенович говорит, к весне перестроим под себя. Но ты же будешь приезжать? В Липках школа, я ее не брошу! Я хочу настоящую, большую — дети из соседних деревень готовы ходить за несколько верст. Смотри, что вышло из Данилки — помощник управляющего! В шестнадцать лет!

Я кивнула. Данилка — гордость моя. Тот самый мальчишка, который три года назад еле выводил буквы и одновременно хотел все знать, теперь ведет счетные книги.

— Приеду, — пообещала я. — И вы не забывайте дорогу.

Нелидов подошел следом, поклонился. На жилете у него, на цепочке часов висел брелок — медвежий коготь в серебристой оправе. Тот самый. Я улыбнулась. Значит, все-таки подарила.

— Глафира Андреевна. Кирилл Аркадьевич.

— Сергей Семенович. — Кирилл пожал ему руку. — Поздравляю. Береги её.

— Буду, — серьезно ответил тот.

Варенька уже тащила мужа к гостям, но на полпути обернулась:

— Глаша! Ты же приедешь посмотреть, как мы обустроились? В Липках столько дел! Я хочу школу, настоящую, большую — дети из соседних деревень готовы ходить за несколько верст. Смотри, что вышло из Данилки — помощник управляющего! В шестнадцать лет!

Я кивнула. Данилка — гордость моя. Тот самый мальчишка, который три года назад еле-еле выводил буквы на церковной доске. Теперь ведет счетные книги и не делает ошибок.

— Приеду, — пообещала я.

Варенька умчалась. Я смотрела ей вслед и думала — выросла. Не девочка больше, не восторженная графинюшка с романами в голове. Женщина. Хозяйка. С морем планов и силами, чтобы их воплотить.

А романы, кстати, никуда не делись. «Письма деревенской кузины» вышли два года назад — отлежались, как и обещала она Кириллу, были переписаны заново и изданы в губернском городе. Разошлись неплохо, барышни зачитывались. Теперь Варенька писала вторую книгу и говорила, что материала хватит на десять — после всего, что она здесь повидала. А зимой, когда молодые переберутся в город на сезон, в её гостиной непременно заведется литературный салон. Поэты, писатели, острословы — куда же без них молодой даме, чье перо не менее острое, чем язык.

Кирилл обнял меня за плечи.

— О чем задумалась?

— О том, как все изменилось.

— К лучшему?

Я оглядела двор. Дети носились вокруг Полкана. Марья Алексеевна что-то втолковывала молодому диакону. Настя смеялась, разговаривая с мужем. Герасим качал на руках младшего сына, а Матрена смотрела на них так, будто не верила своему счастью.

На пасеке — уже не тридцать ульев, а три сотни. Вся округа просит пчел, когда зацветают сады. Потом — гречиха. Потом — липа. Мед, воск, опыление — дело растет, крепнет. А еще халва и козинаки. Кирилл тоже не сидит без дела — на нем лес, и когда-то вырубленные делянки сейчас превратились в питомники для новых растений.

Кошкин умер в тюрьме. Младший сын его, Ефим, гниет на рудниках. Старший остался в поле у дороги. Дочка… это уже другая история*.

— К лучшему, — сказала я. — Определенно к лучшему.

— К лучшему, — сказала я. — Определенно к лучшему.

Андрюшка подбежал, вцепился в юбку.

— Мама! Там Полкан!

— Вижу.

— Он большой!

— Большой, — согласилась я.

Сын потянул меня за руку.

— Пойдем! Покажу!

Кирилл хмыкнул.

— Иди. Я догоню.

Я пошла за сыном — туда, где Полкан терпеливо сносил детскую возню.

Солнце садилось за деревья, золотя верхушки. Пахло яблоками, дымом и счастьем.

Обычным, тихим, заслуженным счастьем.

Конец

* История Дарьи Кошкиной https://author.today/reader/507322

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15 % на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть:

1. Почта [email protected] — отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы найти ее.

2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Хозяйка старой пасеки 4