Замуж за "аристократа" - Маша Царева

– Но все-таки клип он ей снял. Так что она свое получила, – усмехнулась Катя.

– Мама, какая же ты… – Санечка укоризненно на нее посмотрел. – Соня жаловалась ему, что ей скучно, что она сходит с ума. Представляешь, она целыми днями ходила по магазинам в сопровождении телохранителей.

– Не самое неприятное занятие для молоденькой свистушки.

– Она эти магазины в конце концов возненавидела. И тогда он сжалился над Соней. Нанял для нее композитора и хореографа. Композитор сочинил безвкусную песенку, но ей некуда было деваться, от скуки она готова была петь даже матерные частушки. Клип вышел на экраны, и Соню стали узнавать на улицах. Иногда к ней подходили прямо в магазинах и просили автограф. Все ей завидовали, а она была такая несчастная, мама! А однажды один незнакомый ей поклонник подбросил в ее почтовый ящик любовное послание. Открытку нашел муж, и он решил, что Соня закрутила роман на стороне. И тогда он вообще запретил ей выходить из дома, даже на минуту, представляешь?

– Почему же она с ним не развелась?

– Так он бы не разрешил, как ты не понимаешь. Она изнывала от скуки в четырех стенах, так прошло несколько лет. И она просто сошла с ума, начала принимать наркотики.

– Как же она их покупала? Если ей не разрешили выходить из дома?

– Она подкупила одного из охранников, и тот приносил ей героин.

– Ужас, Саня, зачем тебе это надо? Она же наркоманка, – взмолилась Катя.

– Мам, но я тоже был наркоманом. Вместе гораздо легче «соскочить», вот и Василий Самсонович так считает.

– Что же случилось на Новый год? Зачем ты к ней поперся?

Ничего особенного на Новый год не произошло. Напрасно Саня ждал обещанного главным врачом праздника. Правда, когда он уже собирался раздеться и уютно устроиться под одеялом, дверь палаты распахнулась, и в комнату без стука ввалился Дед Мороз. Выглядел он весьма правдоподобно – белая борода была явно сделана из натуральных волос. Из-за спины дедушки выглядывала Снегурочка в миниатюрной приталенной шубке – внешне она напоминала звезду классического немецкого порнофильма.

– С Новым годом! С новым счастьем! – басовито прогудел Дед, вручая Сане яркую коробочку с плеером последней модели.

Саня вежливо поблагодарил актера и предложил ему безалкогольного шампанского. Но Дедушка, лукаво улыбнувшись, отказался – от него слегка попахивало водкой.

– Это еще не весь подарок, – хитро прищурившись, сказал он, подталкивая вперед Снегурочку.

Застенчиво заулыбавшись, Снегурка распахнула шубку, и Саня рот раскрыл от изумления – на девушке были только миниатюрные прозрачные трусики. Снегурка протянула Сане какую-то желтоватую бумажку.

– Что это? – изумился он.

– Справочка, – пропела она, – из венерического диспансера. У меня все в порядке, я чистенькая. Исполню любое ваше желание, в любой позе. Это подарок от клиники.

Внезапно ему стало смешно.

– Вы знаете, – сказал Санечка, – вообще-то я не очень хорошо себя чувствую.

– Тогда можем просто посмотреть телик, – настаивала Дед-Морозова внучка.

– Спасибо… у меня… у меня уже назначено свидание, – еле сдерживаясь, чтобы не расхохотаться, сказал Саня.

Потом он позвонил в соседнюю палату, Сонечке. Выяснилось, что к девушке тоже приходил Дед Мороз. Только при нем была не внучка Снегурочка, а… внук, профессиональный стриптизер. При нем тоже была справочка из вендиспансера.

– Представляешь, мама? Вот прикол, да?

«Лучше бы ты поимел Снегурочку, – подумала Катя, – чем связываться с «честной» наркоманкой… Всем известно, что честные женщины обходятся дороже всего. Надо обязательно сказать Василию Самсоновичу, что я решительно против подобной групповой терапии!»

Они сидели напротив друг друга в ресторане «Крувуазье» на Сухаревской. Шура чувствовала себя немного неловко – на ней были неизменные выцветшие джинсы и майка с длинными рукавами и вызывающей красной надписью «Стерва» на груди. Холеные официанты в белых рубашках с крахмальными воротничками поглядывали на эту надпись искоса и с большим любопытством.

Катя же выглядела, как всегда, элегантно. Бежевый шерстяной костюм, юбка ниже колена, туфли-лодочки.

– Вы похожи на Мисс Антисексуальность! – рассмеявшись, сказала ей Шура.

– Как не стыдно? Это же костюм от «Шанель»!

– Это костюм для учительницы химии в элитной школе, – безапелляционно заявила Шура.

Катя обиделась:

– Думаешь, твоя «стерва» на груди лучше выглядит?.. Ладно, Шур. Еще не хватало нам поссориться. Я и сама знаю, что обещала одеваться моднее. Но… как-то стесняюсь. Во всех этих вещах, которые ты советуешь мне носить, я чувствую себя неуютно.

– Привыкнете, – подбодрила ее Шура, с интересом перелистывая меню.

Катя заказала легкий салат с тунцом, Шура же – тройную порцию горячего шоколада со взбитыми сливками и неприлично-калорийный кремовый торт.

– Вообще-то у меня к тебе важный разговор. – Катя отхлебнула прохладного вина и даже прищурилась от удовольствия. Вино в этом ресторане было именно таким, каким и должно быть сухое белое вино, – терпким, ароматным.

– О чем?

– О твоей карьере.

– В смысле? Есть какая-то работа для меня? Вы куда-то идете и хотите, чтобы я вас накрасила?

– Не в этом дело. Знаешь, Шура, ты меня, похоже, уломала.

– Вы о чем это? – настороженно поинтересовалась девушка.

– Ты же давно просила, чтобы я составила тебе протекцию. И вот я решила, что пора наконец тебе где-нибудь выставиться.

– Но… – На Шуриных щеках проявился малиновый пятнистый румянец, и Катя поняла, что девчонка нервничает. – Но… вы же всегда говорили, что у меня нет соответствующего образования… Что я никогда не смогу стать профессионалом.

– А ты мне всегда на это отвечала, что главное не образование, а талант. И вот можешь считать, что я с тобою согласилась.

– Но…Что вы имеете в виду?

– Да что ты заладила? – насмешливо спросила Катя, но Шура заметила, что кинодива весьма довольна произведенным эффектом. – Я имею в виду, что у меня есть знакомый галерист. Он возьмет на реализацию твою картину. Или даже несколько картин.

– Правда? – потрясенно спросила Шура. – И что это… что это за галерея?

– Ну не Третьяковская, само собой, – нахмурилась Катя, – так, небольшая галерейка. Но старт неплохой. Называется «Коммуналка».

– «Коммуналка»? – Шура даже взвизгнула, и все остальные посетители респектабельного ресторана уставились на нее с каким-то брезгливым любопытством.

– «Коммуналка», – подтвердила Катя. – Тебе это название знакомо?

– Да это же одна из самых известных андерграундных галерей! – возбужденно объявила Шура. – Да я же тысячу раз отправляла туда фотографии своих работ, но ни разу мне и ответа не прислали. Говорят, что это только для своих.