Безоглядная страсть - Марша Кэнхем

На этот раз для штаб-квартиры принца Чарльза был избран Каллоден-Хаус. Получив от своих разведчиков весть, что армия Камберленда разбила лагерь и, судя по всему, в ближайшее время не собирается продвигаться дальше, его высочество решил, что может безбоязненно устроить парад своих войск и показаться перед ними. Несколько тысяч человек, выстроившись рядами, приветствовали воинственную фигуру в небесно-голубом плаще с красной подкладкой, размахивавшую украшенной драгоценными камнями саблей так, словно победа уже была выиграна.

У большинства же людей настроение было отнюдь не боевое. Кое-кто, глядя на этот маскарад принца, орал приветствия лишь для проформы, а про себя думал, не изволил ли его высочество повредиться умом. Большинство же вообще почти утратили способность что-либо соображать от голода и холода. Люди жались у костров или рыскали по окрестностям в надежде что-либо отобрать у местных жителей.

Несколько палаток, воздвигнутых вокруг Каллоден-Хауса, наполнились вождями кланов, обсуждавшими, хороший ли выбор поля боя сделал его высочество. Низина Драммуззи была абсолютно плоской, без единого деревца — негде даже укрыться от мощной артиллерии Камберленда. Лорд Джордж, пока еще не был отстранен, подыскал было другую местность в нескольких милях западнее — болотистую и холмистую, где горцы чувствовали бы себя в привычной им обстановке, а тяжелым орудиям и привыкшим шагать в ногу солдатам противника передвигаться было бы тяжеловато. Но все попытки лорда переубедить его высочество ни к чему не привели.

— Я сдаюсь, господа, — заявил лорд Джордж своим ближайшим соратникам после очередной попытки. — Считайте, что мы уже проиграли. Да хранит нас Бог!

Джон снова начал уговаривать Энни вернуться домой — в том, чтобы проводить ночь в холодной, сырой ложбине, не было никакой необходимости, но та наотрез отказалась. Отказалась Энни и от предложения принца отужинать с ним в Каллоден-Хаусе, сославшись на то, что ее долг, как полковника, быть со своими солдатами и поддерживать их дух. Вернуться ее заставила лишь настоятельная просьба Александра Камерона — дескать, неотложные дела требуют ее присутствия. Поскольку приглашение было высказано в официальной форме, Энни решила, что ее, должно быть, зовут на очередное стратегическое совещание.

Ругаясь про себя, Энни ехала почти в полной темноте — все небо было затянуто тучами, ни луны, ни звезд. Под копытами хлюпала грязь, ветер раскачивал деревья так, словно задался целью вырвать их с корнем. Единственным, что хоть как-то освещало эту кромешную мглу, были огни костров. Ни пронзительного, берущего задушу гудения волынщиков, ни веселого людского гомона… Какой контраст по сравнению с ночью перед фалкиркским боем!

Сопроводив Энни до палатки Камерона, Джон и близнецы почтительно удалились. Войдя, Энни обнаружила полный сбор: Камерон с братьями Лохелом и Арчибальдом, Алуинн Маккейл, лорд Джон Драммонд, лорд Джордж Мюррей — и еще один высокий мужчина, лицо которого показалось Энни странно знакомым.

Когда Энни вошла и вместе с ней ворвался холодный воздух, взгляды всех тотчас же оторвались от разложенной на столе карты и устремились на нее. Даже пламя лампы почему-то замигало, словно тоже проявляло любопытство.

Лорд Джордж вышел из-за стола к ней навстречу.

— Слава Богу, Энни, что мой посыльный разыскал тебя! Надеюсь, мы не оторвали тебя ни от чего важного? — В тоне лорда не было иронии.

— Честно говоря, — усмехнулась она, — я была занята исключительно тем, что пыталась хоть как-то согреться. Не знаю, сочтете ли вы это важным…

— Что ж, — лорд Джордж улыбнулся в ответ, — может быть, хоть у нас согреешься! Заходи, заходи! Джентльмены, — обратился он к остальным, — у нас найдется, на что присесть леди Энни?

— Ничего, я постою… — Энни вдруг запнулась, лишь сейчас узнав последнего из присутствующих: это был ее благоверный собственной персоной…

— Понимаю, Энни, — предупредил ее вопросы лорд Джордж, — ты наверняка удивлена, но было бы опасно предупредить тебя заранее — слухи сейчас распространяются быстрее молнии… Ангус, сукин сын, дай жене ущипнуть тебя, чтобы она знала, что ты ей не пригрезился!

Поколебавшись с минуту, Ангус вышел на свет. С тех пор как Энни видела его в последний раз, он сильно изменился: под глазами — черные круги, лицо покрылось щетиной, одежда превратилась в такое тряпье, что и нищий бы побрезговал…