Укротите огонь, господин Демон - Екатерина Васина

– Просто больше не опаздывай. Я тоже виноват в ситуации, – попросил мягко Кирилл, продолжая прижимать ее к себе. – Мир? Геля, серьезно, моя вина тоже есть. Надо было просто попросить тебя не приходить. Замотался, не подумал. Я не робот.

– Разве можно устоять перед вами, – проворчала Ангелина. – Теперь я могу идти?

– Не-а. Предлагаю отпраздновать примирение и встречу. – объятия стали чуть крепче, и Демон снова шепнул на ухо, вызывая дрожь вдоль позвоночника: – Я безумно скучал.

* * *

Геля дурой не была и прекрасно понимала: если поедет сейчас с ним, то домой не вернется долго.

Обида окончательно исчезла. Сам факт извинений стоил дорогого.

– Я позвоню маме.

Она нащупала в сумке мобильник. Демон тем временем вылез и пересел за руль. Автомобиль медленно тронулся вперед.

– Мам, привет, ты уже дома? – Геля болтала беззаботно и чуть насмешливо. – Все нормально? Да, все супер, хотела предупредить, чтобы ты не волновалась, если я задержусь.

– До утра, – негромко проговорил Кирилл. И два простых слова заставили хватануть ртом воздух. Слишком много в них было вложено.

Слишком часто она об этом думала…

– Надолго задержишься?

– Если пойдем отмечать в клуб, то до ночи. Но мне Инка предлагает у нее остаться.

– М-м-м, – кажется, мама пила чай. – Хорошо, но позвони мне, если решишь остаться у Инки.

– Да! – возликовала Геля. – Пока!

– Еще и врет, – покачал головой Демон. Геля встретилась с ним взглядом через зеркало заднего обзора. Светло-зеленые глаза чуть щурились и откровенно смеялись.

– А что я должна была сказать? Меня везет соблазнять мой преподаватель, у которого прозвище Демон?

– Согласен, в данном случае – ложь во благо.

Ангелина чуть нервно ухмыльнулась. Изнутри поднималась дрожь. Она усилилась, когда машина остановилась у подъезда кирпичной многоэтажки в тихом зеленом районе. Ну вот, сейчас узнает, как живет Демон.

Ноги предательски подгибались. Геля даже приняла протянутую руку Кирилла и оперлась на нее. Хорошо Демону, ведет себя как ни в чем не бывало.

Она сама не знала, чего ожидать от жилища Демона. Ничего особенного в нем не было. Чисто, уютно, все на своих местах. Входная дверь вела сразу в гостиную, которую объединили с кухней и балконом. Слева виднелась дверь. Видимо, в спальню. А так – много света, пространства, изящная строгая мебель и светлые жалюзи вместо штор.

– Алкоголь не предлагаю, – проговорил Демон, подходя к темной барной стойке. – Сок, чай, минералку?

– Валерьянку, – откликнулась Геля. Она ходила и оглядывалась. Ведь правда было интересно оказаться в доме Демона.

– Оу, какая прелесть! – она остановилась у полок рядом со светлым кожаным диваном. Стеллаж образовал некое разграничение гостиной на две зоны: отдыха и столовую.

– Кирилл, откуда они? – спросила, зачарованно оглядывая стоявшие во множестве статуэтки… кошек. Самых разных: от худых и длинноногих до пухленьких и уютных. От белых и грубо обработанных до ярких расписных.

– А… Банально, но я их собираю, – сообщил Кирилл, подходя ближе. – Валерьянки не держу, так что выпей яблочный сок.

Геля машинально отхлебнула из стакана, продолжая разглядывать статуэтки.

– Красиво, – сообщила наконец. – Не ожидала, что ты интересуешься кошками.

– Я бы завел парочку, но меня слишком часто не бывает дома.

– А у меня у мамы аллергия, – покивала Геля. – А так я сфинкса хочу. У подруги тискала. Такой горячий, бархатный! И умный, как человек.

– А еще лучше дворовую. Самые храбрые и стойкие.

– Ну так у них гены такие… работают на выживание, – согласилась Ангелина, допивая сок. Со статуэток ее внимание переключилось на картины, но там ничего особенного не заметила. Просто набор цветов, и все.

– Кстати, я слышал, твою мать пригласили к нам в университет?

– Ага, – ответила Геля и чуть вытянула шею, стараясь заглянуть в спальню. Но кроме зеркального огромного шкафа ничего не увидела.

– Можешь зайти и посмотреть, – спокойно предложил Кирилл.

Ангелина несмело шагнула вперед и вдруг услышала за спиной:

– Геля…

– М-м-м? – обернувшись, увидела задумчивого Демона. Тот разглядывал ее так, словно что-то прикидывал.

– Я правда тебя сильно обидел?

– Это скорее от неожиданности, – пожала плечами Геля. – Раньше я думала, что ты козел, и это помогало пережить нападки. А сегодня вот стало обидно.

– Правда, извини. Наверное, не стоило быть столь категоричным.

– Забавно, но я не особо удивилась.

– Я настолько ужасен? Я смогу загладить вину?

– Ну-у-у, – Геля ощутила на талии руки Демона, – чисто теоретически… если постараешься… Мне было очень обидно.

– Значит, больше не опаздывай, – шепнул Кирилл уже ей в губы, прежде чем накрыть их поцелуем.

То, что Геля эти два месяца тщательно хранила в душе, вырвалось наружу. В лихорадочных поцелуях, объятиях, прикосновениях.

Кажется, оба немного сошли с ума…

Обстановку спальни она так толком и не рассмотрела. Поняла только, что кровать широкая. Точнее, почувствовала это, когда ее уронили туда и, нависнув сверху, поинтересовались:

– Ты не девственница?

Геля замотала головой, чувствуя, что краснеет. Поднимавшееся изнутри желание смешалось со смущением.

– Ну отлично, – кивнул Демон. Провел ладонью по щеке девушки и с нежностью добавил: – Только не бойся. И расслабься.

– И получай удовольствие, – подхватила Ангелина.

– От этого ты все равно никуда не денешься, – пообещали в ответ. Перед тем, как стянуть одежду. Всю. До ниточки. Сам Кирилл пока оставался в брюках, лишь скинул рубашку.

Дальше стало не до разговоров. По крайней мере связных. Ангелина могла лишь цепляться пальцами за покрывало и вскрикивать, когда ласки Демона становились особенно откровенными. Ей казалось, что ее превращают в сплошной оголенный эротический нерв.

Вот и отпраздновали первое сентября…

Внезапно она ощутила, как что-то поменялось. Открыла глаза и увидела: Кирилл наклоняется к ней. Уже без одежды. Готовый.

«У меня же давно никого не было», – мелькнуло, когда мужчина оказался сверху. В следующее мгновение Геля стиснула зубы и едва заметно выдохнула, почти прошипела.

А у нее правда была сексуальная жизнь до этого дня? Геля всерьез начала в этом сомневаться.

Кирилл и сам замер. Словно давал ей время привыкнуть. И начинал очень медленно, постепенно. Зато так, что Ангелина чувствовала каждое его движение.