Завоеватель - Бренда Джойс

— Все уже прошло. — Она ласково сжала его руку. Рольф со вздохом откинулся на подушки и снова уставился в потолок.

— Тебе не следует винить себя! — прошептала Кейдре, приподнявшись на локте и задев грудью его плечо.

— Кажется, ты читаешь мои мысли? — с досадой спросил норманн.

— Мне это вовсе ни к чему — твои мысли написаны у тебя на лице. Вдобавок я хорошо тебя изучила.

— И угораздило же меня отдать тебя Гаю! — посетовал он.

— Это не важно. Ты, наш лорд и повелитель, волен брать все, что пожелаешь.

— Гай наверняка думает иначе!

— Нет, он ни в чем не посмеет тебе отказать.

— С чего ты взяла?

— Не имеет значения. Но если тебя это так волнует — ему совсем не обязательно обо всем знать.

— К чему ты клонишь? — Он грубо схватил ее за руку. — Я не привык изворачиваться и лгать, как не собирался делать рогоносцем своего лучшего друга; однако из-за тебя случилось и то и другое!

— Нам нельзя друг без друга, милорд! — Кейдре провела ладонью по его щеке.

Он снова подумал, что должен немедленно, сию же минуту убираться отсюда подобру-поздорову. Но было уже слишком поздно: он не в силах был уйти.

— Ты настоящая ведьма! — хрипло выдохнул Рольф. — Я больше не сомневаюсь, что ты меня заколдовала!

Горячая ладошка легко заскользила по его плечу, шее, груди…

— Ты такой большой, такой сильный и грозный… — нашептывала Кейдре.

Рольф застонал, подхватил ее и уложил поверх себя. Простая ласка и нежные слова снова сделали его рабом страсти.

— Хочешь быть сверху? — предложил он, прижимаясь к ней своим ожившим копьем.

— Не знаю… — Она вздрогнула от неожиданности, почувствовав его внутри себя. — Ты же проткнешь меня насквозь!

— Нет-нет, доверься мне! Не спеши, не двигайся! — Рольф подождал, пока она освоится с необычной позицией, и слегка шевельнулся, отчего у нее вырвался блаженный стон. — Вот, теперь хорошо!

Кейдре оказалась способной ученицей: запрокинув голову, она прикрыла глаза и отдалась волшебному ритму этой удивительной скачки.

— Сколько времени ты служишь Вильгельму? — Они все еще лежали обнявшись, и Рольф задумчиво перебирал прядь рыжих волос, упавших ему на руку.

— Двенадцать лет.

— Так долго? — Она даже приподнялась от удивления. — Значит, ты уже совсем старик?

— Мне скоро исполнится двадцать девять, — ответил Рольф со снисходительной улыбкой. — Я пошел служить в семнадцать. А что ты так всполошилась?

— Но я же совсем ничего о тебе не знаю.

— Ты знаешь гораздо больше, чем любая из знакомых мне женщин. — Теперь его улыбка была полна нежности — так же как и сияющий взгляд. — И умеешь доставить мне удовольствие!

— По-моему, для этого особых знаний не требуется…

— В некотором смысле да, но я говорю об особом удовольствии.

Кейдре смущенно улыбнулась и потерлась щекой о его плечо.

На этот раз их близость была полна нежности и ласки — и все равно Рольф готов был заниматься с Кейдре любовью еще и еще. Ни одной женщине не удавалось такое. Понимает ли это Кейдре?

Ему ужасно хотелось высказать ей это, но он не мог подобрать нужные слова.

— А твой брат такой же большой, как ты?

— Что?

— Я сказала что-то не то? — Кейдре невинно захлопала глазами. — Какого он роста, широкие ли у него плечи, и так ли хорош он на вид?

— Откуда в тебе такой интерес к моему брату? — Рольф не мог скрыть, что очень польщен ее комплиментом. — Кстати, откуда ты вообще узнала, что у меня есть брат?

— У колдуний есть свои способы выведывать новости. Он здесь, в Англии?

— Да, служит на юге. У нас в семье все высокие — но такие широкие плечи достались почему-то мне одному. Может, среди моих предков есть викинги?

— У тебя очень красивые прямые плечи, — заверила Кейдре. — Ты уже никогда не вернешься на родину?

— У меня там ничего не осталось.

— А как же твоя семья — родители, братья, сестры, другая родня?

— Да, конечно, у меня там полно родни! Пойми, я четвертый, самый младший, сын и отправился за Вильгельмом ради обещанной мне земли — наследства, которое достанется моим детям. Ты ведь понимаешь, о чем речь: в Нормандии мне ничего не светит. Теперь моя жизнь будет связана с Эльфгаром — и только с ним!

— Разве это честно? — Кейдре поднялась, сердито сверкая глазами.

— Я не собираюсь с тобой спорить!

— Я тоже, — как-то чересчур покорно согласилась она.

— Тебе говорили, какая у тебя чудесная грудь?

— Да, и не раз!

Его рука, ласкавшая пышную полусферу, напряженно замерла:

— Черт побери, и кто же это был?

— Я просто хотела посмотреть, как ты реагируешь! — лукаво рассмеялась Кейдре. — Нет, милорд, я слышу это в первый раз!

— Разве Гай не говорил тебе, что ты красавица?

Кейдре растерялась. Она молчала, лихорадочно прикидывая про себя, не поступит ли опрометчиво, рассказав ему правду.

— Кейдре? — Он отчего-то встревожился, почувствовав ее нерешительность.

— Милорд, Гай никогда не видел мою грудь! — призналась Кейдре, смело глядя ему в лицо.

— Что я слышу? Он спал с тобой в темноте и не раздеваясь? — поинтересовался Рольф охрипшим голосом.

— Он вообще со мной не спал.

— Что это значит? Изволь объясниться!

— Гай даже пальцем меня не тронул — он боится, что раз я ведьма, то могу напустить на него порчу или придумаю еще какую-нибудь пакость. Вот почему он предпочитает искать удовольствия на стороне! Мы отлично понимаем друг друга, и такое положение устраивает нас обоих.

— Неужели это правда? — Рольф не верил своим ушам.

— Да, — выдохнула Кейдре.

— И он ни разу не разделил с тобой постель?

— Нет! Ни единого!

Рольф рывком привлек Кейдре к себе и впился в ее губы страстным, жадным поцелуем. Ей стало больно, и она, охнув, уперлась ладонями ему в грудь.

Опомнившись, он постарался умерить свой пыл.

— Ты моя, только моя! — хрипло прошептал он. Кейдре чувствовала, как содрогается его огромное, мощное тело от вспышек безудержной страсти, и приникла к нему, самозабвенно отвечая на жаркие поцелуи и ласки. Не в силах больше терпеть, Рольф вошел в нее, и обоим сразу стало ясно, что она давно готова принять его в себя. После нескольких неистовых рывков оба одновременно вскрикнули, захваченные блаженной разрядкой.