Леденящее пламя - Джуд Деверо

Не прошло и двух недель со дня свадьбы Блейр и Лиандера, как состоялось официальное открытие Клиники Вестфилдов. Правда, Блейр не закончила интернатуру, но оба они знали, что это всего лишь формальность. За плечами Блейр были годы работы в больницах.

В день открытия Блейр так нервничала, что разлила свой кофе и уронила кукурузную оладью на пол гостиной. Она виновато подобрала оладью и бросила взгляд в сторону кухни.

Ли накрыл ее руку своей:

— Она не кусается, ты же знаешь.

— Может быть, тебя она и не кусает, но насчет себя я не уверена.

Экономка-повариха, нанятая для них Хьюстон, появилась в доме несколько дней назад и сразу же нагнала страху на Блейр: маленькая, седые волосы отливают стальным блеском, черные глаза смотрят сурово, а вместо рта узкая щелочка. Миссис Шейнес едва доходила Блейр до плеча, но, когда та входила в комнату, Блейр казалось, что она словно уменьшалась в размерах. Эта хрупкая женщина заставляла Блейр чувствовать себя неуклюжей и неуверенной в себе. В первый же день она произвела осмотр небольшого гардероба своей хозяйки, ограничившись кратким замечанием, что выясняет, не нуждается ли одежда в починке или чистке. Вздохнув, она унесла часть вещей Блейр, и в последующие несколько часов весь дом пропах химикалиями.

В тот вечер, когда Блейр с мужем вернулись из клиники, миссис Шейнес отвела Ли в сторону для приватного разговора. Потом Ли с улыбкой поведал Блейр, что миссис Шейнес не считает гардероб Блейр соответствующим ее положению и что завтра же она должна поехать к портному Хьюстон.

Блейр попыталась протестовать, но Ли ничего не хотел слышать. Волнуясь, что у него и так много долгов, она на следующий день ехала к портному с намерением заказать совсем-совсем немного, но оказалось, что Ли уже позвонил и заказал в два раза больше, чем, как считала она, ей понадобится за всю ее жизнь. Тем не менее она не могла устоять перед очарованием прекрасных тканей и, возвращаясь домой в новом экипаже, размышляла над тем, как отблагодарить Ли.

Когда она вошла в гостиную. Ли был погружен в чтение письма. При виде Блейр он смял листок, чиркнул спичкой и сжег его в камине.

Блейр не стала спрашивать о письме, потому что не хотела опять услышать, что она в этом ничего не понимает. Оживление, вызванное новой одеждой, покинуло ее, и она провела вечер в попытках подыскать разумное объяснение поведению Ли: он кому-то помогает; ему нужны деньги; он преступник; он работает на агентство Пинкертона.

Той ночью они занимались любовью неторопливо. Крепко обняв Ли, Блейр думала о том, что ей все равно, что он делает. Он может втайне владеть хоть всеми игорными домами на Ривер-стрит, ей на это наплевать.

В день официального открытия Клиники Вестфилдов Ли вызвали на шахту «Виндлас» — там завалило рабочих. Блейр хотела ехать с ним, но он отослал ее в клинику.

Когда в восемь часов утра она вошла туда, там уже были медсестра миссис Креббс и три пациентки. Миссис Креббс, как обычно сдержанная, слегка кивнула Блейр и прошла в кабинет, чтобы проверить инструменты.

— Сюда, пожалуйста, — сказала Блейр, проводя свою первую пациентку в кабинет.

— А где доктор? — спросила женщина, прижимая к груди сумочку, словно боясь, что кто-то отберет ее.

— Я — доктор. Ну а теперь, если вы присядете и расскажете мне, что вас беспокоит, я…