Тщеславие - Джейн Фэйзер

— И мне тоже, — присоединился к приятелю Дирк.

— Обычное дело, — поддержал их судья Гринвэй. — Все время приходится этим заниматься, не так ли друзья? Когда играешь, приходится рисковать. А то, чем мы здесь занимаемся, это и есть игра.

— Именно, — обрадовался Дирк. — Как очко или фараон. Кладешь на кон деньги и ждешь, что пошлет тебе судьба.

Гектор посмотрел на компаньона почти осуждающе;

— Только в этом случае мы рискуем оказаться в долговой тюрьме.

— То же самое может произойти и за карточным столом, — пожал плечами Дирк. — Помню, как-то раз сам провел там ночь.

— Мистер Ригби, я чувствую, в вас живет дух настоящего игрока. — Тадеуш снова наполнил стаканы. — Чтобы сорвать большой куш, нужно рисковать. И уверяю вас, я еще ни разу не проигрывал. Как и никто из этих джентльменов. — Хозяин поднял глаза на присутствующих и, как и ожидалось, получил от них горячую поддержку. — Хорошо, тогда выпьем за наш следующий шаг. — Он поднял бокал и так улыбнулся, что Гектор засомневался, видел ли он вообще готовую к нападению кобру.

Члены комитета подняли бокалы.

— Я готов выписать чек хоть сейчас, — заявил банкир. — У вашего слуги найдутся бумага и перо?

— Есть прямо здесь в конторке. — Тадеуш подошел к дубовому секретеру. Открыл ящик и поставил перед банкиром Мораном чернильницу, бумагу и перо. — К вашим услугам, господа.

Потом снова уселся за стол, достал длинную трубку и принялся набивать табак. Через несколько минут чек был готов и передан ему через стол.

Дирк и Гектор тоже написали закладные на свои доли в Хартридж Фолли, которым владели совместно, потому что ни у одного из них не было денег выкупить часть другого.

Тадеуш принял бумаги с благодарной улыбкой, подержал над каждой свечу, и когда капли воска упали на подписи, с любезным выражением лица передал обратно:

— Соблаговолите поставить ваши печати, джентльмены… а лорд Главный судья их удостоверит.

— Но никто другой печатей не ставил, — возразил Гектор.

— Они выписали банковские чеки, — сладким голосом объяснил хозяин. — Мне еще предстоит убедить своих банкиров предоставить наличные под ваши гарантии. Поэтому, как вы понимаете, документы требуются, заверенные печатями.

Поколебавшись мгновение, Гектор приложил кольцо с печаткой к расплавленному воску. Его примеру последовал и Дирк. Выражение лица Тадеуша оставалось елейно-любезным. Судья Гринвэй, что-то удовлетворенно бормоча, засвидетельствовал подписи, после чего документы оказались в руках хозяина.

— Спасибо, господа. Должен отметить, что дела вести с вами чрезвычайно приятно. — Он аккуратно сложил закладные, которые тут же исчезли в ящике секретера. Тадеуш повернул в замке тяжелый ключ и положил его в карман.

— Еще бокал вина, чтобы завершить нашу приятную встречу. — Он снова потянулся к бутылке.

Гектор вскочил со стула. Ему вдруг захотелось как можно скорее уйти из этой темной дыры, а бургундское в грязном стакане показалось просто отвратительным. Но только он собрался откланяться, как судья задал какой-то вежливый вопрос о его опыте работы в парламенте, и Лакросс оказался втянутым в разговор с человеком, чье положение в обществе требовало всяческого уважения.

Гектору льстило, что судья Гринвэй так внимательно слушает его разглагольствования о том, каким он, один из вигов, пользуется влиянием в городке Броутоне, который представляет в парламенте. Дирк в это время разговорился с банкиром. Их захватила увлекательная тема — проблема финансирования скачек и лисьей охоты.

Тадеуш Нильсон между тем из-под полуприкрытых век внимательно следил за своими жертвами, окончательно потерявшими бдительность под градом комплиментов, сказанных столь уважаемыми людьми.

Дирк поднял глаза на хозяина, и ему показалось, что тот насмешливо улыбается, но, конечно, это всего лишь безобразный шрам. Бедняга. Такое уродство!

— Джентльмены, я вынужден просить меня простить, но у меня назначено еще одно важное свидание, — вступил в разговор Тадеуш, когда в беседе возникла короткая пауза. — Он отодвинул стул и подошел к звонку. — Нед вас проводит.

— Иду, иду. Что за спешка? — раздался снизу голос старика. Послышалось шарканье ног и скрип половиц.

— Извозчик внизу говорит, что может ждать еще три минуты. И хочет получить оплату за поездку сюда. Как вам будет угодно, господа?

Гектор и Дирк вскочили.

— Грязная собака! — воскликнул Лакросс.

— Одному Богу известно, куда катится мир, — согласился судья, кивая головой и поглаживая бордовый жилет. — Кто знает, что еще случится на Сент-Джордж Филдс, где намечается сборище лорда Гордона.

— Его сторонники утверждают, что придут тысячи людей, — подхватил разговор банкир, направляясь к двери. — Послушают лорда Джорджа, кинутся в Лондон, и никто из нас не будет чувствовать себя в безопасности в собственных кроватях.

— Напишите на дверях лозунг «Долой папство!», и вас, вероятно, обойдут стороной. — Тадеуш пытался скрыть усмешку. — До свидания, джентльмены. — Он поклонился гостям и передал их на попечение Неда.

Дверь за ними захлопнулась.

Руперт распрямился, подошел к окну и, распахнув ставни настежь, глубоко вдохнул пропахший гниющими речными водорослями влажный воздух. После спертой духоты закрытого помещения он показался ему живительным.

— Ушли, Бен? — Он обернулся к двери. Бодрыми, решительными шагами в комнату вошел хозяин «Королевского дуба».

— Да, Ник. Я сказал Уиллу, что как-нибудь в субботу ты встретишься с ними со всеми в таверне.

— Великолепные актеры! Я чуть было сам не поверил. Особенно хороши Уилл и Томас. Из Уилла получился замечательный Главный судья.

Он усмехнулся и намочил салфетку.

— А Фред и Терренс представляли парочку сонных стариков, которым все равно, что происходит вокруг.

— Ну, ты получил то, что хотел?

— Именно то, что хотел. — Руперт стал снимать с лица салфеткой шрам. — Через пару недель наши приятели получат требования расплатиться по закладным. Тогда они бросятся к Тадеушу Нильсону. Но Тадеуша Нильсона и след простыл — он уже исчез с лица земли. — Лицо Руперта исказила страшная улыбка, а в глазах застыл ледяной холод.

— Иногда мне кажется, что ты и есть сам дьявол. Ник, — спокойно заметил Бен. — Что эти парни тебе сделали?

— Не мне, Бен. — Руперт стащил с головы парик, развязал на шее платок, снял замызганный сюртук и жилет из кротового меха.

Поборов любопытство, хозяин таверны больше не задавал вопросов. Он прекрасно знал это выражение глаз и эту ухмылку Лорда Ника и понимал, что продолжения разговора не будет.

— Ты проследил за Моррисом? — Руперт спросил это обычным тоном, застегивая жилет.