Истинная мама - Мия Шугар

— Расскажу. Он лежит в больнице недалеко от нашей деревни. Ну как недалеко — в восьмидесяти километрах. Мама заболела и не могла съездить к нему, а там лекарство нужно было купить и срочно отвезти. Она позвонила бабушке, плакала и умоляла помочь. Бабуля моя, — добрая душа, божий человек, собралась ехать на электричке до города, там в аптеке купить нужное и дальше на автобусе. Я случайно узнала и предложила отвезти на машине. Так она ещё и упиралась, не хотела меня тревожить!

— Как прошла встреча? Что вы чувствовали, можете рассказать?

— Я не видела его, не пошла в отделение. Но мне хватило и прогулки по территории. Там такая атмосфера… Все эти больные люди… кто раскачивается из стороны в сторону, кто разговаривает сам с собой, а кто безучастно смотрит из-за оконной решётки на парк, — не выпускают… И так мне грустно стало… Знаете, не было в душе злорадства и мыслей типа "Сам виноват, так тебе и надо", зато появилось сочувствие. Странно, да?

— Нет, Есения, не странно. Вы тонко чувствующий, ранимый и деликатный человек с высокой степенью эмпатии. Для вас естественно сопереживать другим людям, особенно оказавшимся в трудной ситуации. И то, что вы освободились от чувства ненависти, полезно, в первую очередь, для вас. Вы страдали и не могли спокойно жить дальше, но теперь, когда получилось преодолеть страх и злость на отчима, всё должно наладиться. Я горжусь вами, Есения, вы молодец!

— Спасибо, Алексей Владимирович. Знали бы вы, сколько бумаги я перевела на бесконечные письма маме и отчиму. Каждый день писала и сжигала, писала и сжигала..

— Но ведь помогло?

— Очень. Я и сейчас ещё иногда пишу, правда, уже реже. На прошлой неделе написала письмо с благодарностью, представляете?

Мужчина с интересом подался вперёд.

— Правда? Кого и за что благодарили?

— Обоих — и маму, и отчима. А за что? За Ивэна, конечно. И за Марка.

— Хорошо, — подбодрил Есю мужчина. — Продолжайте.

— Удивительно это принимать, но только из-за своего прошлого я попала на работу в "Надежду", встретила там Ивэна… Потом и с Марком познакомилась… Такая вот получилась цепная реакция. — Еся замолчала и вновь посмотрела в окно.

— Вы очень привязаны к мальчику, — тактично заметил Алексей Владимирович. — Как он? Его проблемы со здоровьем в прошлом?

— Осенью ему сделали первую операцию и сейчас он на реабилитации. Физиопроцедуры, массаж, специальные занятия, тренажёры. День Ивэна расписан по минутам. — Еся говорила о мальчике с нежностью и гордостью. — Он настоящий боец, а уж какой умница! Он уже говорит! Правда, ещё не целыми фразами, а, в основном, отдельными словами, но словарный запас у него приличный. Вчера так требовательно заявил: "Мама, дай!".

— Он так и называет вас мамой?

— Да.

— А что с его родителями?

Еся вздохнула.

— Всё по прежнему. Стелла ждёт ребенка и очень нервничает. Им с Даном обещают девочку, и, я так понимаю, в семье из-за этого проблемы. Их бы к вам на приём записать, — пошутила девушка. — А то ругаются бесконечно.

Доктор улыбнулся, соглашаясь, и вновь вернулся к разговору.

— Ивэн больше времени проводит с вами или с ними?

— Ивэн живёт у нас с Марком. Стелла его забирала несколько раз, но мальчик постоянно просится к нам. Так и жил на два дома — две-три недели у нас, пару дней у мамы, и опять у нас. А после операции Стелла и сама решила не мучить его и оставить пока под моим присмотром. Я же медработник и знакома со всеми тонкостями послеоперационного ухода и реабилитации. Пока Ивэн лежал в больнице, я там же прошла курсы и обучилась специальной методике массажа для детей с проблемами. Теперь и Ивэна лечу, и другим малышам помогаю при необходимости.

— Приятно вас слушать, Есения. — седовласый психотерапевт тепло улыбнулся. — Ваше состояние меняется в лучшую сторону от приема к приему. Вы уравновешенны, спокойны и уверенны в себе. Настроение больше не скачет?

Еся завозилась на кушетке, пытаясь встать. Алексей Владимирович поднялся с кресла, осторожно выпутал свою пациентку из пледа и помог подняться. Девушка подошла к окну, вглядываясь в разыгравшуюся снежную стихию, и ласково огладила округлившийся животик.

— С настроением полный порядок. Первый триместр дался нелегко, вы знаете. Столько вопросов, сомнений, страхов… Но, всё позади, и теперь я даже слишком спокойна. Зато Марк теперь волнуется за троих.

Выйдя от доктора, Есения попросила водителя не спешить и ещё немного подождать её. Молодой мужчина был недоволен и пробурчал что-то насчёт ответственности перед альфой, но Еся не стала его слушать и медленно пошла по заснеженному тротуару к торговому центру, сияющему предновогодними огнями.

Её путь лежал в магазин детских товаров, к рядам с крошечными кофточками и ползунками.

Здесь, под строгим взглядом водителя-охранника, Еся долго ходила и выбирала приданое малышу, пока, как и несколько месяцев назад не услышала знакомые голоса.

— Лера, давай быстрее! Что ты пялишься на эти штаны? Берём или нет?

— Грэг, я не знаю… - капризно заныл женский голос и следом раздался плач.

Еся выглянула из-за вешалок с комбинезонами и увидела необъятных размеров Леру, безутешно рыдающую на груди у растерянного Грэга.

— Эй, ну ты чего? Ну хочешь, — возьми и те и другие..

— Я не знаю! — голосила Лера. — Не могу выбрать, это слишком сложно… Я вообще ничего не хочу, я передумала!

— Лерочка, ну перестань плакать, это вредно для ребенка. Давай попозже вернёмся, если определиться не можешь. А сейчас пойдем пить какао?

— Лучше горячий шоколад, — быстро успокоилась Лера, повесила зелёные штанишки на место и направилась к выходу.

Грэг с самым замученным видом поплелся следом за девушкой, бесконечно вздыхая и сокрушенно качая головой, а Еся пожала плечами, многозначительно посмотрела на своего охранника, на что тот ответил понимающей усмешкой.

— Вы тоже хотите горячего шоколада?

— Нет, Влад. Я хочу большой клубничный молочный коктейль и…. домой.