Креольская невеста - Дебора Мартин

Нет, не может быть. Камилла взглянула на часы, стоявшие на каминной полке. Сейчас еще слишком рано! Саймон сказал, что не вернется до ужина! Камилла услышала, как хлопнула входная дверь. У нее оборвалось сердце.

– И не стоит забивать этим свою прекрасную головку, – продолжил дядя. В это время в гостиную вошел Саймон. – Твой муж и я будем очень осторожны.

– В чем это мы будем осторожны? – резким тоном спросил Саймон на английском.

У Камиллы душа ушла в пятки. Неужели догадался? Он никогда не простит ее, узнав, что она ослушалась в столь принципиальном для него вопросе. Камилла бросила на дядю умоляющий взгляд. Хоть бы он замолчал! Но тот, похоже, ничего не заметил.

– В нашем деле, майор, – ответил дядя Жак тоже по-английски. Тон его звучал слегка покровительственно, словно его забавляла эта история: – Ты мне правильно тогда говорил, в субботу. Моей племяннице не дает покоя наш бизнес.

– Неужели? – желчно переспросил Саймон.

Камилла чувствовала, как он сверлит ее глазами, и старалась на него не смотреть. Ее колотила дрожь.

– Я не ждала тебя так рано, – сказала она, изо всех сил пытаясь скрыть страх.

– Генерал сжалился над молодоженом и отпустил меня домой.

– Я рада. – Камилла попыталась придать голосу убедительность. – Хочешь пирожок? Я их совсем недавно напекла.

– Спасибо, я не голоден. – Саймон подошел поближе к диванчику. Было заметно, что он едва сдерживает гнев. – Лучше расскажи мне, что тебя так разволновало.

– Не будь так суров с женой, друг мой, – поспешил вставить дядя Жак, предчувствуя надвигавшуюся грозу. – Для женщины вполне естественно беспокоиться о муже. Ты радоваться должен, что она за тебя так волнуется!

– За меня? – с удивлением переспросил Саймон.

– Разумеется. А за кого же еще? Ты ведь знаешь женщин. Вечно они волнуются, и всегда без причины! Камилла боится, что тебя арестуют, если ты продолжишь вести со мной подпольный бизнес. – Лизана громко расхохотался. – Представляешь, говорит, что я не должен хранить здесь товары, которые… как бы это сказать… были приобретены не совсем честным путем. Какая странная мысль! Будь я честным капером – зачем бы мне понадобилась твоя помощь?

– Да, и правда, очень странная мысль. Как ты могла сморозить такую глупость, Камилла? – спросил Саймон.

Камилла наконец осмелилась поднять на него глаза. Как ты осмелилась бросить мне вызов? – говорил его взгляд.

– Да нет, я так, просто предложила… – еле слышно пробормотала она.

– Просто так предложила? – повторил дядя Жак. – А по-моему, ты говорила вполне серьезно. Но обещаю тебе, моя милая: мы будем очень осторожны. Не правда ли, майор? За нас не нужно бояться.

– Конечно, не нужно. Мы будем крайне осторожны. – Голос Саймона звучал спокойно, но это было показное спокойствие. Камилла сама начала сердиться.

Подумать только, какой наглец! Сидит тут и притворяется верным сообщником ее дяди, а сам уже представляет, как тот будет болтаться на виселице. Как ей сейчас хотелось положить конец этому двуличию, встать и рассказать дяде Жаку, что замышляет этот негодяй!

Но она не могла этого сделать. Ведь если дядю Жака поймают, еще не факт, что его повесят. А если она хотя бы заикнется дяде Жаку о планах мужа, Саймона можно считать покойником.

Камилле не оставалось ничего другого, как только слушать разговоры дяди с Саймоном о контрабанде. Она старалась ничем не выдать обуревавший ее страх.

Саймон пошел проводить ее дядю, а когда вернулся, Камилла приготовилась к скандалу.

Но скандала не было. Некоторое время Саймон смотрел на жену, нахмурив густые брови, затем глубоко вдохнул и произнес спокойным голосом, не предвещавшим ничего хорошего:

– Значит, ты все-таки решила предупредить своего дядю, несмотря на то что я запретил тебе это делать.

Он сбросил с себя пиджак и закатал рукава рубашки.

– Как ты понимаешь, я намерен положить конец этому непослушанию. Ну что ж, моя дорогая женушка, готовься принять наказание.