Поцелуй феи. Книга1. Часть2 - Иван Сирфидов

– Я рада, дорогие мои, что вам понравился дар милорда. Который я всего лишь вам передала, и только, – скромно заметила Лала, сияя счастьем. Посмотрела с видом сорванца на Руна, и тоже облизала свои пальчики, наверное впервые с далёкого детства. Правда никто не оценил удали её проделки.

– Идите милуйтесь дальше, дети, – добродушно проговорила старушка. – Я сама посуду приберу, и на лужок схожу за Шашей.

– Ой, спасибо, бабушка! – безмерно обрадовалась Лала. – Пойдём, Рун, снова на лавочку. Там хорошо.

– Пойдём, – с охотой отозвался он.

На лавочке Лала сразу устроилась поуютней, положив голову Руну на плечо. Он приобнял её. Небо ещё было хорошо освещено, но в облаках уже начинали проступать первые багряные краски.

– Красиво! – произнесла Лала с чувством.

– Ага, – согласился Рун с улыбкой. – Особенно глаза. Хотя и остальное тоже. И крылышки, и ножки. Всем прекрасна. Не налюбуешься.

– Я о закате, Рун! – рассмеялась Лала.

– А я о тебе.

Лала вздохнула счастливо.

– Устала, – поведала она тихо. – Столько сегодня видела всего. Столько узнала. У вас всё-всё другое, Рун. Так интересно. Хоть что возьми, каждая мелочь у вас иная, чем у нас. Даже посуда, даже стулья. Ковры, обивка, окна, полы. Всё. Замок барона… такой мощный. Стены толстущие. Решётка страшная над воротами. С зубьями заострёнными. Словно оружие какое-то. Это специально, чтоб как оружие использовать?

– Ну да, наверное, – подтвердил Рун. – Если неожиданно враги прорываться будут, пока не закрыта. Опустится и под весом пригвоздит вместе с конями.

– Суровый у вас мир.

– Не без этого.

– Платья такие красивые у юных баронесс. Пышные. Расшитые. Длинные. Для феи, подозреваю, тяжеловаты бы были, я бы летать в них не смогла, мне кажется. Но примерить было б интересно. Ты бы хотел меня увидеть в здешнем платье знатной дамы?

– Ага, – признался Рун. – Очень. Тебе бы было к лицу, я уверен. Хотя с короткой юбкой по-моему красивей всё же. Одежды это ведь лишь обрамленье. Той красоты, что спрятана под ними. Чем меньше спрятано, тем лучше.

– Смотри ты, как заговорил, – развеселилась Лала. – Прямо философ.

Рун тоже не удержался от смеха.

– С тобой так хорошо, – произнесла Лала расслабленно. – Знаешь, Рун, я почему-то сильно устала сегодня от разговоров. Сама много говорила, мне много говорили барон и детки его. А с тобой сколько не говорю, не устаю, наоборот, словно отдыхаю. Я думаю, когда мы с тобой разговариваем, мы обмениваемся не только словами, но и чувствами. У нас сердечки рядом-рядом. Душа от этого наполняется светлым. Вот и не тратишь силы, только черпаешь их из друг дружки. Ты же не устаёшь от бесед со мной, правда?

– Не замечал за собой подобного. Мне, Лала, страх как нравится твой голос. Как можно утомиться от того, что услаждает слух? И слушал бы и слушал. Хоть век.

– Спасибо, милый. Между прочим, Рун, мне надо платьице давно сменить. Ну сколько я могу летать в одном? Уже неловко. И тебя порадовать охота.

– Я был бы только за, но как ты себе это представляешь, Лала? – спросил Рун со значением.

– Ну как-как, так и представляю. Возьму да и сменю, – иронично ответствовала она.

– А если не получится? И что мы делать будем? Бабулю удар хватит, коли увидит, как я обнимаю тебя… без ничего.

– Ох, Рун, прикинется прям наивным! – усмехнулась Лала. – Ты сильно-то не мечтай. Мы не в лесу, тут нет нужды быть… без ничего. Даш мне, пусть, свою рубашку какую-нибудь подлиннее. Накину на себя, и всё.

Рун призадумался.

– Нет, Лала, всё равно так не получится, – сказал он с сожаленьем. – Даже в рубашке это будет странно. И неприлично. Как я бабуле объясню причину, почему ты в одной моей рубашке, и мы в объятиях? И это ведь надолго. Тут надо обниматься не минуту и не две. Никак не выйдет.

Рун прямо кожей почувствовал, как Лала огорчилась.

– Что же я, по-твоему, должна теперь в одном платьице всегда летать? – с растерянным недоумением поинтересовалась она.

– Ну, не печалься, моя красавица, – попросил он ласково. – Найдём выход. Знаешь, самое простое, это накопить много магии. Чтобы было на несколько попыток платье сделать. Тогда риск будет минимальный. Потерпи два-три денька, не сотворяя чары. Вот и всё.

– Что-то не получается у меня копить магию, – с сожалением посетовала Лала. – Всё время нужна зачем-то. Ты не забыл, любимый, что ты мне разрешил наколдовать для бабушки твоей, дабы ей помощь твоя меньше потребна была, и ты б мог быть со мной? А это, Рун, много магии уйдёт. Тут простое чудо не подходит. Нужно нечто очень значимое. Такое, чтобы бабушке твоей гораздо легче стало, и чтобы она воодушевлена была, тогда не будет обижаться на тебя, когда не помогаешь. И ещё чтобы совесть твоя тебя не мучила. Большое чудо необходимо. Какой-нибудь глупой лейкой, в которой водичка не заканчивается, тут не обойдёшься. Хотя и лейку такую наколдовать непросто. Навеки я наверно в этом платьице.

– Оно тебе ужасно идёт! Не налюбуешься! – заверил Рун очень искренне.

– Спасибо, мой хороший, – разулыбалась Лала. – Ты хитренький. Но всё равно приятно.

– Я правду говорю. Кроме того, возможно ты уж воротишься домой через день-два. Два дня можно стерпеть и в одном платье.

Лала вздохнула.

– Хорошо бы воротиться, Рун. Но я не уверена, что выйдет. Сильный кто-то проклял меня. Могущественный. Иначе фею не проклясть.

– Ну значит дам тебе свою рубашку. Будешь в ней форсить, – невинно промолвил Рун. – Все привыкнут, что ты в подобном виде разгуливаешь, тогда хоть заобнимайся и в рубашке. Тебе страх как пойдёт. Я тебя уж и представляю в ней. Как волосы по спине да плечам рассыпаются. И ножки будет отлично видно заодно. Разве не здорово?!

– Главное, без рубашки меня не представляй, – проронила Лала шутливо.

– Хорошая идея, – порадовался Рун.

– Рун, не надо, – мягко попросила Лала.

– Не буду, – серьёзно ответил он.

Они замолчали ненадолго.

– Может тебе здешнее платье завести, как у женщин наших? – предположил Рун. – Будет на всякий случай, если магией не вышло.

– Коли я у вас надолго, наверное так и придётся поступить, заинька мой, – произнесла Лала умиротворённо. – Или лучше попробовать наколдовать постоянное запасное платьице. Но тут другая магия нужна, это гораздо сложнее. Домой хочу.

– Ну вот, и Рун уже не нужен, – деланно огорчился он.

– Ты нужен. Я может даже плакать буду от разлуки, – поведала Лала