Богиня для плохиша - Алекс Найт

— Ну что, хорошо заработал на мне?

Дэн резко развернулся ко мне, глядя почти испуганно.

— Что ты, Макс, я же на тебя ставил.

— Слушай, только тебя и видели возле моей тачки. И ставил ты не на меня. Ну и как оно подставлять друга?

Дожидаться ответа я не стал, уверен, у него куча оправданий. Да и давно стухла наша дружба, мы пошли по разным дорогам. Но такой подлянки я от него все же не ожидал.

— Да ладно, Макс. Тебе отец новую тачку купит, — начал оправдываться Дэн, когда я просто отвернулся от него. Купит, как же, я уже давно отказался от денег отца. А в свете последних событий не уверен, что смогу вообще с ним нормально общаться.

— Ты его чуть не угробил, гад! — прежде чем я успел среагировать, Ловкий бросил Дэна на асфальт мощным ударом в челюсть. Обычно Ловкий редко махал кулаками. Довольно мягкий и добрый, он не отличался вспыльчивостью. А сейчас он просто пылал от негодования. И не успокоился, пока пару раз не пнул Дэна. Потом на нем повисла Вера, оттаскивая Ловкого в сторону.

Дэн приподнялся на руках, стирая кровь с губ. Ничего, вырученных денег ему хватит и на пластырь, и на перекись водорода. Хотя, с большим успехом он спустит их на выпивку. А в этот момент Марк сообщал Кириллу, что не примет от него ни одной ставки, как и не допустит к заездам. И люди, окружающие нас, поддержали его. Ведь мы здесь собираемся не для того, чтобы заработать, а чтобы пообщаться. То, что учинил Кирилл пересекало все границы.

Сейчас я очень жалел, что не остался у себя. Ведь вечер принес мне немало неприятностей, не говоря о том, что я лишился машины. Которую я даже не стал забирать с ипподрома. Она так и осталась стоять в месте аварии. Я лишь забрал вещи из нее. Часов с десяти мне начал долбить Кирилл, требуя выполнить условия заезда. Я не стал томить его ожиданием. Ловкий отвез меня на место встречи, где я передал документы Кириллу. Довольным он не выглядел. Не рассчитывал, что заезд будет иметь такие последствия, как фактически отлучение от местного общества любителей скорости. Ну, в городе гоняют в нескольких местах, может ему повезет там. Они с друзьями были пьяны, то ли отмечали удачное приобретение, то ли вместе грустили.

Ловкий отвез меня к дому Артемиды. Теперь я был намерен дежурить возле квартиры Артемиды, пока она не откроет. Потому что вчера я в полной мере осознал, что главное в жизни. Не деньги, не мимолетный впрыск адреналина, а люди. Близкие мне люди. В число которых вошла Артемида. Моя Богиня, любимая.

На первый звонок никто не открыл, как и на второй. На третий дверь распахнулась так резко, что чуть не задела меня.

— Максим? — с недоверием в голосе спросила Арти, босыми ногами ступая на напольную плитку коридора. Она плакала, ежесекундно всхлипывая. — Боже. Ты жив. Жив!

Артемида прижалась ко мне, обвив руками мою грудь. Заплакала, громко навзрыд. Я же пытался осмыслить ее слова. Жив? Что вообще произошло? И почему я должен быть мертв? Вспомнив, что она босиком, я подхватил ее на руки и внес в квартиру, попутно прикрыв за собой дверь. Прошел в спальню и аккуратно посадил Арти на край кровати. Ее слезы суть утихли, дыхание стало не столь прерывистым. Меня оглушило на мгновение силой пощечины.

— Я думала, ты умер! Дурак! Больше не пущу тебя за руль!

— Что произошло?! — воскликнул я ошеломленно, потирая горящую щеку.

— Машина, как у тебя, попала в аварию. Водитель погиб.

Ее слова ввели меня на мгновение в ступор. Кто-то разбился на моей машине? Кирилл? Или он уже успел продать ее, не удосужившись починить после аварии?

— Я вчера проиграл машину в гонке.

— Проиграл? — Глаза Артемиды с каждой секундой наполнялись злостью. — Я с ума схожу. А ты проиграл! Ты никогда не сядешь за руль, понял? А тебе купим велосипед или проездной.

На этот раз я все же перехватил ее руку, прежде чем она обрушилась на мою щеку. Притянул Арти ближе, обнял, чтобы прошептать в ее ушко:

— Ты любишь меня, Арти. Не реагировала бы так, если бы не любила.

— Люблю, — тоже шепотом отозвалась Арти, даже не пытаясь спорить, и обмякла в моих руках, теперь вновь начав всхлипывать. Любит, Богиня меня любит.

— А я люблю тебя, — поцеловал ее в лоб, обняв сильнее и наощупь находя ее соленые от слез губы.

Эпилог

Артемида

Год спустя…

— И как ты их различаешь? — поражалась я, глядя на то, как ловко Марго переодевает Петра, одного из двойняшек, расположившись на постеленном на пол пледе. Малыш смешно сучил ножками и ручками, все пытаясь убежать от мамы без штанишек. Григорий, второй из двойни сидел на коленях расположившегося возле меня Максима. Малыш строил умильные рожицы в ответ на гримасы Максима.

— Настоящая мать не может ни узнать своего ребенка, — Марго гордо вскинула подбородок.

— На попке Гришы родимое пятно, так и различают, — шепотом пояснил Максим. Я захихикала, Марго смотрела на брата с возмущением, но не сдержалась и тоже рассмеялась.

— А вот и мы, — в гостиную вплыла Диана. Точнее первым в гостиную вплыл ее уже довольно большой живот.

Сестра была на шестом месяце беременности. Роман пребывал в ожидании рождения «золотой девочки», как он сам говорил. Сейчас он аккуратно поддерживал жену за локоть. Диана же косила на мужа недовольным взглядом. Мужчина слишком опекал ее, но оно и понятно. На третьем месяце беременности Диана умудрилась попасть в аварию. Точнее ей снес зеркало какой-то мудила, когда она ставила машину на парковку. Никаких последствий для нее и ребенка, но Роман теперь проявлял гиперопеку и мегагиперзаботу. Да и не только в личной жизни у них все наладилось. Дело Леонида было закрыто и бизнес родителей вновь вернулся в руки Золотовых. Поел декрета Диана планировала вплотную заняться делами фирмы.

Следом в комнату вошел Руслан, счастливый отец большого семейства. Взглянул на жену с любовью, присел возле нее на пол, и не стесняясь поцеловал в губы. Хотя, чего стесняться, мы же все здесь родные. Только родители Марго и Максима опаздывали. Не скажу, что я смогла отбросить прошлые обиды, но общалась с Валентином Владимировичем ровно, если в общении возникала необходимость. Да и Максим наладил