Черная валькирия - Елена Милютина

то обследование, что Гелл захотел провести, когда повзрослел, джон и организовывал. Поэтому и испугался, что чересчур правильный правитель сочтет своим долгом узаконить чудом зачатое дитя и сорвет такую выгодную помолвку с Этерлингами! Он сразу спросил, что хотят нечаянные визитеры. Проще всего было бы откупиться деньгами, проследить за женщиной, после рождения ребенка сделать ДНК — экспертизу, и, если ребенок Гелла, в чем он глубоко сомневался, то забрать его и признать, как других бастардов, без права наследия. Но гости уперлись. Надо покрыть грех, и точка. Прогонять нельзя — испортят репутацию Геллу, потом отмывайся! Мелькнула здравая мысль, проверить, а есть ли она, беременность? Предложил съездить к врачу, там просветят аппаратом, и скажут, точно ли беременна. Аппарат не бабка, точно покажет, и фотографию сделает, будет что отцу предъявить. Девка согласилась. Фотография ей понравилась. Велев Марку ехать с ними, отправились в Центральный роддом, там стараниями Вирнаиры, готовящейся к свадьбе Геллерта и к будущим наследникам, только что получили партию новейших ультразвуковых сканнеров. Как раз специалист с Терры проводила курс для будущих диагностов с Обена, учила распознавать срок, состояние плода, пол.

Майя обрадовалась, что не надо совсем раздеваться, докторша, пожилая, строгая женщина в очках предложила лечь на кушетку, прикрыла ноги простынкой, велела обнажить живот. Майя потихоньку сдвинула накладку, увеличивающую живот куда-то подмышку, расстегнула юбку, приспустила, приподняла кофту, доктор помазала живот чем-то холодным, стала водить какой-то штукой по коже было щекотно.

— Какой срок, говоришь, деточка? — спросила диагност.

— Бабка в деревне сказала, четыре месяца.

— А когда последний контакт был?

— Чего?

— Не чего, а когда последний раз с мужиком была?

— А-А, так аккурат некануне того дня, как война началась! Ой, нет, вру, за день до того, как армия ушла воевать!

— Врешь, девочка, врешь! Зачем обмануть пытаешься! Прибор не бабка, он все видит! Нет у тебя 4-х месяцев, то есть 16-ти недель, дай бог 12 недель есть. Смотрите, — доктор показала на экран. Мужчины и присутствующие врачи шагнули ближе — В 16 недель плод уже должен быть примерно 15–16 сантиметров в длину, и уже хорошо сформирован. Ручки — ножки — голова, пол виден, мальчик, или девочка. А здесь, смотрите, еле-еле 6–7 см, ручки-ножки еле оформлены, сердечко еще почти не видно, как бьется. Так что 12 недель, максимум. В этом возрасте все детки одинаково развиваются, независимо от питания и работы организма матери. Это потом, месяцев с 6-ти, пойдут различия. Так что нет у тебя 4-х месяцев, темнишь ты.

— Но бабка!

— Я уже сказала, прибор не бабка, его не обманешь. Меня тоже. Я почтим 30 лет мамочек наблюдаю, так что ошибки быть не может! У тебя, девочка, желточный мешок еще рассосался до конца. Кого обмануть хотела? Все, прекращаю исследование, а то повредим плоду. Они на этом сроке плохо на ультразвук реагируют. Знала бы заранее, отказалась бы делать вообще. Показаний нет.

— Доктор, — просил Джон, — можно уже узнать примерную дату зачатия?

— Это так важно?

— Да, очень, для всего Обена!

— Даже так? Примерно от 1 июля до 5-6го июля. Пока так. Все, вот, возьми салфетку, вытри живот. Для более точной даты нужно проводить исследование через влагалище, но уже нельзя. И так долго на плод воздействовали, можем погубить!

Спасибо, доктор, нам все ясно. Марк, позови своих ребят. Этих двоих задержать за попытку мошенничества. Дождемся Геллерта, обрадуем! Пусть сам решает, что с бывшей пассией делать. Пошли, не будем доктору мешать, у нее там еще трое беременных ждут!

В коридоре папаша дал дочке хорошую оплеуху и заорал: — Потаскуха, дура набитая! От кого нагуляла! На честного человека напраслину возвела!

Все поехали во дворец, в кабинет Джона. Папашу и Майю взяли под стражу и привели под конвоем. Папаша пытался объяснится со стражниками, но его не стали слушать и довольно грубо втолкнули в кабинет премьер-министра.

В кабинете Джона все расселись, затем тот грозно спросил: — Отвечай, девка, кто тебя надоумил выдать чужого ребенка за отпрыска Его Величества! — Майя удивленно уставилась на Джона.

— Какого величества? Я про величество ничего не знаю, я с Геллом Торном, командующим жила!

— Господи, из какого медвежьего угла вы вылезли? У вас что, в деревне видеовизора даже нет?! Референдум же у вас был?

— Да, фередум был, мы всей деревней за монарха, за короля то есть, были. Все честь по чести, крестики на бумажках поставили.

— Так вот, папаша, как вас зовут-то?

— Баст, Баст Жиль мы, дочка моя, Майя Жиль зовётся, у меня же средний сынок здесь, в охране служит! Жакоб Жиль. Может знаете?

Джон взглянул на Марка. Тот кивнул.

— Знаю, у Геллерта в телохранителях. Хороший парень, на хорошем счету. Не знаю, что и думать!

— Брат ни причем! — взвизгнула Майя, почуяв, что она влипла во что-то нехорошее, — он мне всегда говорил, что Гелл мне не пара, я же думала потому, что он бывший раб, все убеждала, что отец не против! А что с Геллом не так?

— Все, деточка, все. Не Гелл он, а Его Величество Геллерт II, которого неделю назад короновали. А ты, дурочка, решила ему чужого ребенка навязать. Знаешь, как это расценить можно? Как диверсию и подрыв основ государства!

Майя побледнела, Отец ее просто сполз с кресла, намереваясь встать на колени, Марк поднял его за шиворот и усадил обратно.

— Кто, кто тебя дуру надоумил! — Неожиданно заорал он на дочь, — признавайся, курва, от кого понесла и что за представление устроила!

— Я, я хотела за Гелла замуж, мы почти год встречались, и больше у него никого не было! Я думала, любит! А перед отъездом он сказал, что все, расстаемся. Приданое пообещал, посоветовал парня найти, замуж выйти, а я уже и с отцом переговорила, он согласие дал, сказал, что неважно, что бывший раб, если человек толковый, А он говорит, мы не пара! Я так убивалась, вот подружки посоветовали, забеременеть побыстрее, что бы якобы ребенок его! Пока разберутся, а мы уже женаты! Вот я и решилась, в город поехала, там нашла кавалера, а как крови не пришли, выждала и к бабке пошла. Сказала, что последний раз была с мужиком вначале июня, она меня мяла, а я орала, что больно. Вот она и поставила больший срок! Я же не знала, что он король! Думала, простой парень!

В этот момент дверь в кабинет распахнулась, и в него влетел слегка встрепанный Геллерт, вместе с Эльрианом.

— Что тут у вас происходит? Ко мне сейчас чуть не в ноги Жакоб