Любовный контракт - Софи Ларк

Даже звуки, которые издает жрица, до извращения похожи на мои собственные. Эти кадры спутанных темных волос, бледных бедер, голодных губ и сжимающих рук вызывают головокружение. Все это удивительно знакомо, как будто лихорадочные сны, которые одолевают меня каждую ночь, достали из моей головы и транслируют на экране.

Салли сидит рядом со мной, испытывая мучительный дискомфорт. Я могу только представить, что он чувствует, когда целый кинотеатр разглядывает его обнаженное тело на экране.

Мне ужасно жаль его, но, видимо, этого недостаточно, чтобы вернуть мне самообладание, потому что я крайне возбуждена.

И я не имею в виду чуть-чуть.

Я с красным лицом, ерзаю, сжимаю колени, надеясь, что не промокну насквозь в кинотеатре, где полно народу, а по обе стороны от меня сидят мой ненастоящий парень и его брат.

Так что да, все плохо. И лучше не становится.

Риз взрывает экран. Он занимается сексом так, как я даже не знала, что люди могут заниматься сексом.

Салли погрузился в угрюмую задумчивость, когда он безразлично смотрит на экран, как будто время не имеет никакого значения.

Я предаюсь фантазии, в которой Салли забывает, что все это вообще происходило, и наряжается римлянином на Хэллоуин. А может, просто одалживает набедренную повязку у Риза…

Наконец, все заканчивается. На экране появляется римский царь, а жрице, предположительно, разрешают немного поспать.

Риз поворачивается к нам, ухмыляясь.

― Довольно круто, да? Актрису зовут Мэдди. Она подумывает открыть магазин смузи.

― Это здорово, ― говорит Салли сквозь стиснутые зубы. ― Тебе будет что поесть через соломинку после того, как я сломаю тебе челюсть.

― Ты выглядишь взбешенным, ― замечает Риз. ― Да и голос у тебя такой.

― Бинго, ― шипит Салли. ― Двойное попадание.

Ризу очень повезло, что в театре около четырехсот свидетелей, и он в безопасности по другую сторону от меня. Он откидывается на спинку кресла, явно нервничая.

― Я же сказал тебе, что это для HBO…

― Ты не говорил мне, что собираешься продемонстрировать наш член западному полушарию…

― Шшш! ― шикает кто-то сзади.

Салли бросает взгляд через плечо, исключающий возможность дальнейших шиканий. Или, возможно, этот человек будет сидеть на унитазе от испытанного страха в течение следующих трех дней.

Мне жаль его, правда жаль.

Но когда этот эпизод будет доступен для просмотра…

Я буду пересматривать эту сцену сотни раз.

ГЛАВА 29

Салли

Я знаю, что уже говорил это раньше, но на этот раз я серьезен как никогда… к завтрашнему утру я стану единственным ребенком.

Тео пытается успокоить меня, пока я иду к машине. Она слегка спотыкается на своих высоких каблуках, стараясь не отставать.

― Все не так уж плохо…

― Да, ты права. Это всего лишь обнаженка в полный рост, которую собираются транслировать на всю гребаную страну.

Несмотря на то, что мой мозг пылает, я все же не забываю открыть ей дверь.

Тео проскальзывает на пассажирское сиденье, добросовестно пристегивая ремень безопасности.

― Ты прав, ― тихо говорит она, когда я сажусь за руль. ― Это полный отстой; я была бы унижена.

Это неожиданно гасит весь мой запал.

Я вздыхаю и завожу двигатель.

― Я знаю, что он делает это не для того, чтобы подставить меня. Черт, я рад за него. Просто мне бы хотелось, чтобы он хоть иногда думал о том, как это дерьмо скажется на мне. Было бы здорово хотя бы предупредить.

Улыбка Тео снова засияла.

― Ты бы предпочел не узнавать об этом вместе с четырьмя сотнями других людей?

― Как ни странно, нет. Особенно не… — Я прерываюсь.

― Особенно не, что? ― быстро говорит Тео.

Я бормочу:

― Особенно не с тобой рядом.

Настроение в машине меняется. Голос Тео звучит ниже, чем обычно, когда она говорит:

― Почему нет?

По моей шее разливается тепло. Мне трудно смотреть на нее, хотя обычно я не могу удержаться.

― Мне было неловко, ― признаюсь я. ― Ненавижу это чувство.

На самом деле я испытываю отвращение к этому чувству. Я сделаю почти все, чтобы избежать его. От него у меня сводит кишки и пылает кожа. Мне хочется вытряхнуть свой собственный мозг из черепа, лишь бы избавиться от него.

А когда Тео рядом со мной… это невыносимо. Я бы выбежал из кинотеатра, если бы это не испортило момент Ризу.

Тео поворачивается ко мне лицом, ее голые ноги направлены в мою сторону, локоть опирается на открытый подоконник, темные волосы рассыпаются по плечам.

― Поверь мне, Салли… тебе нечего стесняться.

Я заставляю себя встретить ее взгляд. Он спокойный, пристальный и совсем не насмешливый. Тео не смеется надо мной. Ни капельки.

Она не смотрит на меня с пренебрежением.

Она выглядит… заинтересованной.

По моей шее и груди разливается тепло. Мое тело согревается и расслабляется. Моя рука разжимается на руле. В окно врывается прохладный ветерок с приятным ароматом магнолии.

Не знаю, как ей это удается, но Тео может быть более убедительной, чем я, даже если стараюсь изо всех сил.

Дело в ее уверенности. Она верит в то, что говорит, и заставляет поверить в это и вас.

И если Тео не считает, что я выглядел дураком… чье еще мнение имеет значение? Именно на нее я хочу произвести впечатление.

― Я бы не взял тебя с собой, если бы знал, что все будет… так.

― Почему? ― говорит Тео, ее голос все еще низкий и хриплый, от него по моей коже бегут мурашки. ― Потому что мне уже трудно вести себя прилично, хотя я только представляю, что у тебя под одеждой?

Она позволяет своим глазам блуждать вверх и вниз по моему телу. Впервые в жизни я думаю, что могу покраснеть.

Я ворчу:

― Это несправедливо. Ты видела меня полностью обнаженным, а я видел тебя только частично.

― Я никогда не видела тебя голым.

― Мы выглядим одинаково.

― Ты уверен? ― говорит Тео.

Она смотрит на меня взглядом, который совсем не похож на те, что были раньше. Это совсем другая Тео ― похотливые глаза, голодный взгляд… Она выглядит так, словно если бы не ремень безопасности, удерживающий ее, она нырнула бы через подлокотник и сожрала меня.

Может, мне не стоит так уж злиться на Риза?

Признаюсь, часть