Жестокие клятвы - Джо Макколл

Нет, не моя жена.

Ее сестра-близнец.

Ада использовала свою сестру-близнеца, чтобы инсценировать свою смерть. Она забрала невинную женщину из своей семьи, чтобы использовать ее в качестве уловки, чтобы она могла работать над… над чем? Каков ее финал? Если она хотела империю Кастеллано, зачем ее разрушать? Нет, это должно быть что-то более глубокое.

А может быть, это было совсем не глубоко.

Все это время мы предполагали, что она гонится за чем-то большим. Захватить территории Кастеллано или даже попытаться развязать войну между всеми семьями здесь, в Вегасе. Но что, если это не так? Что, если единственной причиной, по которой она сделала все, было достижение одной и только одной цели?

Хаос.

Она выбрала это имя, потому что это именно то, что она хотела вызвать, но не между мной и Кастеллано. По крайней мере, не только между нами. Все, что она сделала, напрямую повлияло на Ваню. Ада обнаружила буквы и решила при нашей встрече притвориться Ваней. Это разбило Ване сердце, и следующие несколько лет Ада самодовольно тёрла это себе в лицо, а Ваня ничего не поняла. Но для Ады это не имело значения, потому что она знала, что значит быть у меня вместо Вани.

Сады.

Черт.

Неудивительно, что Ваня провела там так много времени, когда я позволил ей выйти из комнаты. Я посадил этот сад именно так, как она описывала его в своих письмах.

— Босс, — кричит Антон. — Эрика ранили ножом. Сейчас он находится в хирургии в Мемориале Вегаса.

— Как, черт возьми, это произошло? — рычу я.

— Мак говорит, что весь домашний офис доктора был разгромлен, а его ноутбук забрали.

Дерьмо. Я возвращаюсь на кухню.

— У нас есть видеонаблюдение?

— Ага, — Антон достает его на своем телефоне и швыряет мне со всего острова. — Ты не поверишь, кто это.

Чертовски правдоподобно.

Иона, этот скользкий ублюдок. Камера ясно показывает, как он рыщет в офисе Эрика. Когда Эрик бросается противостоять ему, Иона несколько раз наносит ему удар ножом, прежде чем убежать со своим ноутбуком.

— Дерьмо.

— Не для того, чтобы добавить к твоей тарелке, но у меня есть отчет врача о Коре, — говорит Виталий. Он передвигает ноутбук, чтобы мы все могли видеть. — Множественные ножевые ранения полости таза. Голову отпилили. Ее нашли в номере отеля в Спринг-Вэлли.

— Похоже на работу ее брата, — отмечает Антон. — Но зачем ему убивать собственную сестру?

Действительно, почему.

— Однако не имеет смысла, что это сделал мужчина, — говорит Виталий. — В отчете говорится, что ножевые ранения, скорее всего, нанесла женщина. Не мужчина.

— Отпиленная голова тоже была сделана женщиной?

Виталий качает головой.

— Нет, это определенно сделал мужчина.

— Зачем кому-то так поступать с другой женщиной? — спрашиваю я Виталия, нашего постоянного психолога. Его обучали искусству нейролингвистического программирования в Королевской элите. Та же самая наука, которую использует ФБР для отслеживания серийных убийц.

— Я бы сказал, обида, — говорит он мне с отвращением. — Чего, я не знаю. Это может быть презираемая любовница, обижающаяся на проститутку, с которой спит ее мужчина. Может быть, ее госпожа, если она разозлила ее или украла деньги.

— Или она возмущалась тем, что родилась? — нерешительно спрашивает Антон. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него.

— Думаешь, Ада убила собственную маму?

Антон пожимает плечами.

— Ваня рассказывала тебе, что отец забирал у нее Аду и что, когда она вернулась, она уже не была прежней. Что, если Тео развлекался с Адой и ее матерью в том гостиничном номере, а потом однажды Ада просто сорвалась?

Черт. Тогда она бы очень обиделась на свою мать.

— Вместе? — лицо Кензо искажается от отвращения. — Как специальный выпуск для матери и дочери?

Этот больной ублюдок. Зарабатывает таким образом деньги на собственной дочери. Я знал, что Тео Кастельяно был развращенным человеком, но это не имеет значения.

Мой телефон звонит, отвлекая меня от размышлений о том, как я хотел бы вернуть его к жизни, просто чтобы убить его снова.

Я смотрю на это.

Моя мать.

Нажимаю игнорировать.

Он звонит снова.

Моя мать.

Нажимаю игнорировать.

Еще раз.

Сукин сын, я отвечаю на звонок.

— Да, мама.

— Адриан, — в панике звучит голос моей сестры. Я выпрямляюсь.

— Елена, — рявкаю я. — В чем дело? — моя сестра рыдает в трубку. Я слышу, как моя мать на заднем плане успокаивает ее.

— Это о Ване, — икает она. — Я… пожалуйста, не злись.

Безумство? Я перегорю предохранитель, если она не скажет мне, что, черт возьми, происходит.

— Елена, что насчет Вани? — я настаиваю, разочарованный тем, как долго это занимает. — Ты знаешь, где она?

Еще одно рыдание.

— Я… я подобрала ее после того, как она сбежала от тебя, — плачет она. — Она попросила меня отвезти ее на кладбище на другом конце города. Я сказала ей позвонить мне, когда она закончит, или использовать мою карту, чтобы вызвать такси или Lyft, — она делает паузу.

Я сжимаю свободную руку в кулак, а другую сжимаю вокруг телефона.

— И?

— Ничего, — вопит она. — Она не звонила, и с моей картой в последнее время не было никаких действий. Я запаниковала и рассказала маме, и она сказала мне позвонить тебе. Мне очень жаль. Она была так разбита и грустна, что сказала, что хочет навестить могилу матери своей лучшей подруги.

Могила Коры. Я обращаюсь к Антону.

— Принеси мне все кадры из секции B5 кладбища на Канал-стрит, — огрызаюсь я на него. Он не тратит времени зря, делая то, что я прошу. Когда Матиас дал мне информацию о матери Ады, я проверил, где она похоронена.

— Мне очень жаль, Адриан.

— Все в порядке, Елена, — успокаиваю я ее нежным голосом. — Ты правильно сделала, что позвонила мне, но мне пора идти, ладно?

— Хорошо, — еще одна икота, и она вешает