Дракон цвета любви - Галина Дмитриевна Гончарова

И мы начинаем сбрасывать с высоты греческий огонь.

Вязкая дрянь льется, обволакивает химер, но даже не заставляет притормозить.

Видя наши поступки, то же самое делают и остальные драконицы. Кувшины летят вниз, бьются, жалобно поет обреченная глина, – неважно.

Потому что через несколько секунд драконы выдыхают огонь – и на земле начинает бушевать огненный кошмар.

Драконий огонь все же горит не слишком долго. Может, десять секунд. Его не хватает, чтобы как следует прожарить химеру.

А вот эта вязкая дрянь – она продолжает гореть.

Может, если бы химеры догадались как-то уйти под воду целиком… под водой, наверное, он гореть не будет. Для горения нужен кислород.

Но мозга у химер нет.

Они не думают, не рассуждают, это просто сгустки горя и боли, которые тянутся к себе подобному. Сейчас уже не так сильно, источник мы удалили. Но…

И так хватило.

Вот одна туша осела на землю, вторая, третья… мелочь вообще выгорала в ноль. В пятна гари, в сажу на земле.

– УР-Р-Р-РА-А-А-А-А! – заорал кто-то.

– Добавить? – предложила Виола.

Я отмахнулась. Нет, не стоит. Драконы не могут дышать огнем каждые пять минут, этот ресурс живого организма не беспределен. Пару раз – и нужна передышка.

Потом еще раз и снова отдых.

А напалму все равно, он горит и сам по себе. Да, что-то мне подсказывает, что его введут в снаряжение драконариев.

И все равно потери были велики. Слишком велики.

И Алефи Мартино…

Будь ты проклят, Баязет!!!

– Спускаемся? – Виола практична донельзя, что ей мои терзания?

Я посмотрела на людей внизу. На их лица. И – махнула рукой:

– Спускаемся! Пусть ошалеют.

А что? Мы же не обговаривали, когда открыться? Сейчас очень подходящий момент, как я думаю. Очень-очень.

* * *

Виола медленно, по дуге, спланировала вниз. За ней девочки. На землю.

Как привыкли – десятком, я впереди, остальные за мной. Двойка, тройка, четверка…

Орландо шагнул вперед. Кажется, он хотел что-то сказать, и может, ему бы это даже удалось, но Мариса порушила все планы. С хриплым криком она кинулась мужчине на шею, прижалась, повисла…

– Живой! ЖИВОЙ!!!

И разрыдалась в сорок ручьев.

Я тоже плюнула на все и стянула балаклаву.

За моей спиной послышался шорох – это девочки…

В толпе медленно свалился в обморок Эстебан Гил. Интересно, кто его ТАК впечатлил? Надо потом уточнить, неужели – Ярина? Она может…

– Как-то так. – Я развела руками. – Уважаемые эссы, если кто-то еще хочет в небо – у вас есть шанс. Впервые за сто лет. Наконец-то.

Я почти физически чувствовала, как колеблются весы.

Вот именно здесь и сейчас решится все. Оттолкнут нас – или признают.

Станем мы изгоями – или героями…

Потом король может приказать что угодно, но начало будет положено здесь и сейчас.

Вот искривились губы Джусто Соуза… почему я не добила эту тварь? Сейчас, вот еще секунда, и полетят злые слова, как комья грязи, как камни. И навсегда останутся в памяти, и по стране разойдутся… такие мероприятия надо самой организовывать. А я не сообразила.

И Орландо ничего сказать не может, потому что Мариса его целует так, что драконы приглядываются. Это – точно не поедание?

Джусто полетел в сторону от сильного тычка. И вперед выбралась девушка. Кажется, первый курс, я даже имени ее не знаю.

– А что – так можно? – выдала она. – Хочу!

Все как-то сразу расслабились. И я в том числе. Даже улыбнулась.

– Можно еще и не так. Вот и пойдешь с нами в Пещеры, будем помогать драконам. Ты видишь, сколько среди них раненых?

Что есть, то есть.

Драконы огнеустойчивы, но именно чешуя, а не сам дракон. А раны-то у них есть от химер. И драконы получили в этих местах сильные ожоги.

С одной стороны – хорошо, прижжет яд, если он есть. И обеззараживание, хоть и варварское.

С другой… больно же!

– И пойду, и помогать буду! – Глаза девушки горели таким искренним огнем, что мне даже стыдно стало. За то, что я уже привыкла.

Для меня небо стало работой, а для нее – чудом.

– Ничего, – тихо шепнула Виола. – Мы с тобой еще полетим навстречу рассвету… и закат продлим. И над морем полетаем, и везде-везде…

И у меня стало тепло на душе.

Соуза что-то фыркнул, но на него уже никто не обращал внимания.

– Как тебя зовут, подруга?

– Марисела Эскобар.

– А я Каэтана Кордова. И давайте не рассиживаться, драконарий! Нас ждут драконы!

Другого призыва и не надо было.

Все, кто был на берегу, направились к ящерам с весьма решительными выражениями лиц – куда там химерам? Сейчас чешуйчатых бедолаг будут поить, кормить, лечить – и пусть только кто-то попробует удрать!

Хвост открутят!

* * *

За заботами я чуть не выкинула из головы важное. Потом уже сообразила.

– Ярина! Ты на крыле?

– Да.

– Бери Майю и метнитесь за девушками? Эсми, Фирузи…

– Ой! Каэ, я…

– Я помнила, остальное неважно!

Виола напомнила, честно говоря.

– Мы сейчас обернемся.

Подруги почти не пострадали в бою, так, у Ислы лапа обожжена, все же ей пришлось тяжелее всех, и Га-риде химера щупальцем добавила. Драконица берегла крыло и собиралась отлеживаться хотя бы дня три. Если получится.

Я кивнула Ярине и снова переключилась на раненых.

Девушки появились только через два часа, зато с новостями.

– Каэ…

– Да. Ярина, вы их забрали? Все нормально?

– Забрали. Но… Эсми и драконица… Фирузи с ребенком мы устроили пока у лекарей, пусть побудут там пару дней после перелета, им полезно. А Эсми привезти не успели, она на раненую драконицу поглядела – и в обморок.

– От потрясения?

– От Выбора.

Я едва за голову не схватилась.

Выбор!

А Эсми – санторинка и ни разу не знатная, и… и почему бы – нет?

Нрава там на сотню человек хватит! Причем мужиков со стальными бубенцами. Вот представьте, гарем! Гадюшник! Отстоять себя, отстоять подругу, прорваться к драконариям, усмотрев единственный шанс на спасение, более того… она ведь в гареме не просто так сидела на попе ровно! Она собирала информацию по крупинкам, по кусочкам, чтобы иметь возможность поторговаться за свою свободу и за подругу… я с ней парой слов только перемолвилась, но это ж не человек, это находка для любого шпиона! Она столько всего полезного знает, что хоть ты ее золотой фольгой оборачивай!

Фирузи – та попроще. Хотя не исключаю, что и она найдет свою драконицу. Если девушка не сломалась