Надменный лорд - Гэлен Фоули

— Неужели? — усмехнулся граф.

— Да, милорд. Я преклоняюсь перед достоинствами мисс Фицхьюберт. Она образованна, умна и красива. Общаясь с ней, я получал огромное удовольствие. Уверен, что и она испытывает ко мне симпатию. Миранда весьма охотно проводит со мной время. Я смог развеселить ее, а она — меня, и нам было очень весело друг с другом. — Криспин немного помолчал, затем добавил: — Поверьте, , сэр, она совершенно не такая, как все остальные дамы.

— Полагаю, вы заблуждаетесь. — Граф снова усмехнулся.

Молодой человек в растерянности взглянул на отца, и тот кивнул ему. Криспин снова прошелся по гостиной. Собравшись с духом, продолжил свою речь:

— Я испросил благословения моего отца, чтобы просить руки Миранды. И теперь прошу вашего согласия, сэр. Я хочу, чтобы мисс Фицхьюберт стала моей женой.

Деймиен закусил губу. С минуту он молча смотрел на молодого человека. Затем произнес:

— Нет.

Голубые глаза Криспина расширились.

— Простите, милорд…

— Уинтерли, но почему?! — воскликнул Алджернон.

— Нет, — повторил граф. Поднявшись со стула, он подошел к Криспину и пристально взглянул на него. — Моя подопечная никогда не выйдет замуж за бесхарактерного мальчишку, который и шага ступить не может без указаний своего отца. Если вы даже не в состоянии объясниться в своих чувствах без его поддержки, то как же я могу доверить вам заботу о молодой женщине? Вам было с ней весело? Возможно. Но в качестве мужа вы не принесете ей ничего, кроме горя, безденежья и долговой тюрьмы.

Криспин залился краской.

— Но, милорд…

Однако тут же вмешался Алджернон:

— Лорд Уинтерли, у нашей семьи прекрасное материальное положение. У вас нет никаких оснований бросать нам такие обвинения.

— Я оскорблен вашим предложением, — отрезал граф. — Бесчестно делать подобное предложение после того, как вы столько лет не признавали Миранду.

— Мы хотим загладить свою вину. Это понятно, не так ли? Она сирота, а мы — ее родственники. Мы исполняем по отношению к ней свой христианский долг.

— А где было ваше милосердие все девятнадцать лет? — спросил Деймиен, в упор глядя на виконта. — Ваш сын захотел жениться на ней только потому, что сейчас Миранда пользуется успехом в обществе.

— Неправда! — воскликнул молодой человек. — Я люблю ее.

— Нет, это правда. Вы ее не любите. И не смейте перебивать меня. А вы, сэр, — граф повернулся к Алджернону, — исполняли любой каприз этого мальчишки и потворствовали всем его прихотям. Он бы и дня не выдержал на военной службе. Попадись он мне на войне, я бы смог сделать из него мужчину, но вы способны только покупать безделушки дня своего наследника. Даже если бы Миранда пожелала принять ваше предложение, я никогда бы не допустил этого после столь постыдного отношения к ней со стороны вашей семьи.

Алджернон внимательно посмотрел на графа.

— Вы слишком пристрастны, сэр. А может, лорд Уинтерли сам собирается жениться на моей племяннице?

Деймиен окинул виконта презрительным взглядом.

— Убирайтесь из этого дома.

— С удовольствием, — ответил Алджернон. — Идем, Криспин.

Молодой человек смерил Деймиена взглядом, исполненным праведного гнева, и вышел из гостиной вслед за отцом. Деймиен же был вне себя от возмущения. «Как эти люди осмелились сделать Миранде подобное предложение?» — спрашивал он себя снова и снова.

Экипаж подъезжал к особняку лорда Хьюберта. Криспин был в ярости от отказа Уинтерли и все никак не мог успокоиться, он поносил графа последними словами и постоянно поглядывал на отца, — очевидно, в поисках поддержки. Но Алджернон сидел молча; казалось, он о чем-то задумался.

— Я не понимаю! — бушевал Криспин. — Я ведь все сделал как надо! Говорил все, как мы условились. Ты слышал, как он оскорблял меня? Да я его вызову на дуэль!

— Не будь идиотом, — проворчал виконт, покосившись на сына.

— Ты действительно думаешь, что он имеет виды на Миранду? Полагаешь, что между ними что-то есть? Все это ужасно подозрительно. Он ведь держит ее под замком…

— Время от времени он вынужден вывозить ее в свет, — пробормотал виконт, глядя в окно экипажа.

— Так ты считаешь, что он собирается окрутить ее? — допытывался Криспин.

— Глупец, ему не нужно окручивать ее. Он ее опекун и может делать с ней все, что ему вздумается. Но нет, Уинтерли не собирается на ней жениться. Во-первых, потому, что он одержим своими представлениями о чести. Из уважения к памяти Джейсона он к ней никогда не прикоснется. Она — незаконнорожденная. Для такого человека, как Уинтерли, подобный брак стал бы несмываемым пятном на репутации.

Экипаж остановился, и Криспин, нахмурившись, замолчал. Уже входя в дом, он спросил:

— Отец, так что же теперь делать?

— Все очень просто, — ответил Алджернон, отдавая перчатки и шляпу дворецкому. Он дождался, когда слуга удалится, и, понизив голос, продолжал: — Наберись терпения. Когда же она снова появится в обществе, ты должен будешь скомпрометировать ее любыми средствами.

После этого Уинтерли придется дать согласие на брак, иначе она будет опозорена перед всеми.

— Ты хочешь, чтобы я скомпрометировал ее намеренно? — спросил Криспин и поморщился.

— Я что, неясно выразился?

Криспин посмотрел на отца и проворчал:

— Я не могу этого сделать, папа. Алджернон в изумлении уставился на сына:

— Простите, сэр, что вы сказали?

— Миранда — мой друг. Она прелестная и доверчивая девушка. Это было бы бесчестьем для нашей семьи…

В следующее мгновение виконт влепил сыну пощечину. Криспин попятился и, остановившись в дальнем углу холла, в страхе посмотрел на отца.

Алджернон подошел к сыну почти вплотную и проговорил:

— Ты неблагодарный щенок. Ты что, собрался перечить мне? Из-за тебя я разорился, но вы забыли, что вы мой должник, сэр! Уинтерли правильно сказал… Ты просто бесхарактерный мальчишка. Ты будешь делать то, что я сказал. Ты застанешь ее одну и порвешь на ней платье, заставишь ее кричать…

Криспин облизал пересохшие губы.

— Отец, я не верю, что ты всерьез хочешь заставить меня поступить так подло.

— Если ты не сделаешь этого, Криспин, я отрекусь от тебя.

— Но Уинтерли убьет меня, если я это сделаю.

— А я убью тебя, если ты этого не сделаешь. — Виконт посмотрел на сына с жутковатой усмешкой. — Или ты вообразил, что сможешь остаться благородным денди, чище, чем я? О, вижу в тебе породу дяди Ричарда. Но вот что я тебе скажу, мой милый мальчик. Я избавился и от него, и от твоего дяди Джейсона, и если ты станешь у меня на пути, то тебя ожидает та же участь. — Виконт размахнулся и ударил сына в живот — в качестве предупредительной меры.