Скрытое сердце - Мелани Харлоу

— В порядке.

— Он кажется хорошим человеком.

— Он лучший из возможных.

— Ты его любишь?

— Безумно.

Она тихо рассмеялась.

— Это заметно. Значит, он вернётся?

— Очень на это надеюсь. И, кстати, как тебе идея съездить как-нибудь в Мичиган, посмотреть, где он живёт? Гавань Вишневого дерева — красивый город. Думаю, тебе бы там понравилось.

— А как же медведи? И эти серые крысиные змеи?

— Ни одной не видела.

— Ну, тогда… Звучит неплохо.

— Ещё бы.

Я сжала её руку напоследок и поднялась.

— А теперь мне срочно нужен кофе. День обещает быть долгим.

— Кофеин! — Мать возмущённо округлила глаза. — Он же кожу сушит, а потом она обвисает! Тебе это сегодня точно не нужно. Давай-ка я лучше сделаю тебе травяной чай.

— Ладно, мам, — я улыбнулась и снова села. — Давай.

Остаток утра и день пролетели в каком-то тумане. Я приняла душ, побрилась, вымыла волосы шампунем, нанесла кондиционер, сделала пилинг, маску и увлажнила кожу. Затем пришла команда стилистов — они привели в порядок мои ногти, волосы и макияж. Ассистент дизайнера и мой стилист помогли мне надеть потрясающее серебряное платье. Изумрудные и бриллиантовые украшения, которые мне одолжили для этого вечера, искрились на запястье, у горла, в ушах.

Без нескольких минут четыре я бросила последний взгляд в зеркало. То, что я увидела, мне понравилось. Волосы спадали на плечи крупными мягкими волнами. Зелёные глаза ярко выделялись из-под длинных, драматично изогнутых накладных ресниц. Кожа светилась, щёки выглядели свежими, губы были покрыты насыщенной вишнёвой помадой.

— Ну? — спросила я команду. — Как вам?

— Совершенство, — сказала Кайла.

— Ты выглядишь потрясающе, — улыбнулась Джесс. — Ксандер увидит фотографии и с ума сойдёт.

Я встретилась с ней взглядом в зеркале. Пока стилисты творили свою магию, я рассказала ей и Кайле о разговоре с Ксандером и о том, что мы решили попробовать быть вместе.

— Спасибо.

В комнату вошла мама.

— Дюк здесь, — сказала она. Затем посмотрела на меня и ахнула. — О, милая. Ты такая красавица.

— Спасибо, мам.

Она подошла и взяла меня за руки.

— Я так тобой горжусь, Келли Джо. Ты всё ещё моя девочка, но ты научила меня многому — упорству, стойкости, верности самой себе.

— Мам, хватит, — я высвободила одну руку и замахала ею перед лицом. — Только не заставляй меня сейчас плакать.

Она рассмеялась.

— Ладно, ладно. Иди и покоряй их. Я буду смотреть.

— Спасибо.

Я глубоко вдохнула и в последний раз посмотрела на своё отражение. Да, меня накрасили, уложили, осыпали драгоценностями, но под всей этой лакировкой я знала, кто я и зачем здесь.

Я чувствовала себя собой.

И я не боялась.

— Ты выглядишь сногсшибательно, — в десятый раз за вечер сказал Дюк в тёмном внедорожнике с тонированными стёклами. — Я не могу отвести от тебя глаз.

— Спасибо, — я незаметно подалась ближе к двери, чтобы его нога, небрежно завалившаяся на бок, не касалась меня.

— Ты готова к тому, что начнётся, когда мы выйдем на ковровую дорожку? Может быть хаос.

— Готова.

Машина замедлилась, и я продолжала смотреть прямо перед собой.

— Знаешь, ты выглядишь как-то по-другому, — задумчиво заметил он. — Роскошно, но по-другому.

— Наверное, дело в макияже.

— Нет, не в этом. В тебе просто что-то изменилось. Я не могу понять, что именно.

Хорошо, подумала я.

Машина остановилась.

— Ну что, Пикси, — Дюк наклонился ко мне с ухмылкой. — Готова дать им то, чего они хотят?

— Не называй меня так. Сегодня я Келли Джо Салливан. И дальше тоже.

— Лейбл одобрил это?

— Одобрит, — сказала я с уверенностью, на которую вряд ли имела право.

Дверца с его стороны открылась. Он вышел первым, затем протянул мне руку. Серебряное платье было тяжёлым, и, скользя по сиденью, я с трудом подалась вперёд, вложив ладонь в его.

Снаружи уже раздавались крики толпы.

Я сделала последний глубокий вдох, натянула улыбку и вышла.

Дюк сразу же обхватил меня за талию.

Крепко.

Глава 26

Ксандер

— Чёрт, — пробормотал я, глядя на обновление на экране телефона. Мой рейс снова задержали.

Нас уже дважды задерживали. Сейчас было почти три дня, а это значит, что я торчал в этом грёбаном аэропорту больше пяти часов.

Я был уставший и раздражённый, Келли не выходила на связь, а в животе скручивало от нервов. Может, я просто был голоден. Я не ел с самого утра.

Закинув сумку через плечо, я ушёл от выхода на посадку и начал бродить по терминалу, пока не увидел ресторан с парой свободных мест у барной стойки. Я зашёл внутрь, сел и, когда подошла барменша, заказал пиво и сэндвич.

— Сейчас принесу, — улыбнулась она. На её чёрной рубашке золотыми буквами было вышито имя Кейт.

Пока я сидел, пришло сообщение от Зака Барретта с информацией о рейсе Лоуренса Хупера. Я быстро пробежался глазами. Никаких сюрпризов — он прилетел в четверг, в тот же день, когда приехала Келли, когда она выложила селфи, засветив адрес дома. Он, должно быть, увидел фото и сразу же сел на первый рейс.

Но потом я пригляделся внимательнее.

Даты совпадали, но время — нет. Его первый рейс вылетел из Нэшвилла около девяти утра, задолго до того, как Келли опубликовала это фото.

Какого чёрта? Откуда Хупер знал, куда она направляется? Кто его предупредил?

Я вспомнил, что спрашивал её, кто в курсе её поездки, и она назвала родителей, ассистентку, менеджера и Дюка. Но это было в пятницу днём, и, по словам Келли, Дюк узнал, где она, только в тот день. А остальных она считала надёжными.

Так кто же слил её местоположение? И зачем? Ради рекламы? Денег? Чтобы следить за ней? Это не даст мне покоя, пока я не выясню. Мне нужно было достать Хупера и убедить его, что ему выгоднее быть со мной честным. Но как, чёрт возьми, его найти?

Пока я об этом размышлял, парень рядом со мной поднял кредитку и помахал ею в воздухе.

— Эй, можно счёт?

— Секунду, — ответила Кейт, что-то вводя в компьютер. Вернувшись, она взяла карту и взглянула на неё. — Джеймс Бонд? Это реально твоё имя?

— Ага, детка.

Джеймс Бонд?

Я покосился на него. Белый, светловолосый, высокий и здоровый, как вышибала. Не этот ли ублюдок пытался вытянуть у Келли десять тысяч?

— Крутое имя, — сказал я. — Ты что, шпион?

Он повернулся ко мне, его взгляд скользнул по моей фигуре и татуировкам. Он выпрямился, слегка расправив грудь.

— Нет. Я работаю в частной охране.