Игры с дьяволом - Али Вали

Услышав, как Ханна восторженно говорит о том, чего она так ждала, Эмма расплакалась, понимая, что не может исполнить такую простую мечту девочки.

Мэдди положила руки на плечи Эммы.

– Что случилось? Почему мы здесь? Что-то с Хэйденом? Никто из этих людей ничего не сказал.

– Попозже я объясню, Мэдди. Спасибо, что приехали и привезли Ханну, но сейчас я не могу об этом говорить. – Эмма погладила малышку по черным волосам, приняв решение. – Вы не против подождать, пока я познакомлю Ханну кое с кем?

– Конечно, милая, не торопись. Нам с Джерри никуда не нужно спешить.

Ханна, нахмурившись, переводила взгляд с Мэдди на свою маму.

– Мама, прости меня.

– За что, любимая?

– Я не хотела ничего трогать.

Эмма улыбнулась и поцеловала Ханну в лоб.

– Нет, малышка, все в порядке, я просто хотела поговорить с тобой, прежде чем ты кое с кем познакомишься. Помнишь, я рассказывала тебе про твою маму Кейн?

Девочка кивнула.

– Ну вот, она хочет тебя увидеть, но ее ранили, и она очень сильно болеет.

– Мы ей поможем, мама?

– Мы попробуем, ангелочек. Ты хочешь увидеться своей мамой?

Когда Эмма вернулась в отделение, держа Ханну руку, никто из медсестер не осмелился сказать ей, что детям туда нельзя. Мужчины за дверью Кейн все как один уставились на девочку в розовом платьице. Эмма могла представить, о чем они думают – например, о том, что ей повезло, что их босс без сознания.

Она взяла Ханну на руки, когда они вошли в палату и посадила ее на кровать.

– Милая, я знаю, что ты слышишь меня, поэтому я хочу, чтобы ты открыла глаза и познакомилась со своей дочерью. Кейн, она так долго этого ждала, пожалуйста, не расстраивай ее.

Эмма не успела остановить Ханну, как та стала тормошить ее за щеку.

– Мам, это я, Ханна. Мама сказала, что я могу прийти и встретиться с тобой.

Кейн застряла где-то в густом тумане, но голоса она слышала. Она запаниковала, потому что у нее никак не получаюсь открыть глаза. Что-то случилось. Она не могла пошевелиться. И никак не могла вспомнить. Легкий шлепок по губам заставил ее веки дернуться.

И мать, и дочь вздрогнули, когда неожиданно синие глаза открылись. Кейн резко вдохнула, пытаясь понять, кто держит ее за губу. Боль остановила ее от движений и не позволила глубоко дышать. То, что она ничего контролирует, пугаю ее.

– Не пытайся двигаться, малыш. Ты ранена.

Неужели. Сама бы я и не догадалась. Кейн пару раз моргнула и поняла, что Эмма ее не услышала. Она могла бы поклясться, что она на самом деле сказала это. Она осторожно повернула голову и увидела нечто восхитительное – маленькую девочку с фермы. Это была ее дочь. Ее и Эммы.

Ханна, это твоя мама Кейн, она очень хотела тебя увидеть. Только не надо дергать ее так за губы. – Эмма услышала, как дрожит ее собственный голос, и пожалела о том, что этот момент совсем не такой, каким она его себе представляла – Кейн обнимает девочку и целует ее. Но синие глаза сказали ей, что Кейн сделала бы именно это, если бы могла. – Милая, это твоя дочь, Ханна Мари Кэйси.

– Люблю тебя, – Кейн прошептала эти слова, но они значили столько же, сколько значили бы, если бы она прокричала их.

– Мэм, пустите нас к пациентке, медсестра была не одна, и кто-то уже вызывал врача. Кейн не должна была просыпаться в то время, когда в ее крови было столько медикаментов.

Когда Эмма взяла Ханну и начала отходить. Кейн стала говорить немного громче: – Нет.

– Мы будем рядом, Кейн. Не беспокойся. Я никуда ее не заберу. – Эмма отошла и стала наблюдать за медиками, одни проверяли рану Кейн, другие показания мониторов.

Когда главная медсестра вынула фонарик и посветила Кейн в глаз, чтобы проверить реакцию, Кейн прохрипела:

– Уберите это.

– Что убрать, мисс Кэйси? Кейн с трудом поднесла руку ко рту.

– Это. Уберите это. – Она положила пальцы на трубочку на горле.

– Простите, мэм, но у меня нет права это сделать.

– Уберите, или я сделаю это сама. – Голос был слабым, но жестким, как всегда.

– Мэм. пожалуйста, перестаньте, иначе нам придется вколоть Вам успокоительное.

– Только попробуйте подойти к ней с иглой, и Вам придется иметь дело со мной, – пригрозила Эмма. Кейн только что вернулась к ней, и она не собиралась отпускать ее обратно так быстро. – С ней сейчас все в порядке?

– Да, но… – сказала женщина средних лет.

– Тогда отойдите, и мы подождем врача.

– Мы просто пытаемся выполнять свою работу. Если Вы этого не понимаете, Вам придется выйти из палаты.

Вошел хирург Кейн и начал изучать показания мониторов, отправив всех медицинских работников за дверь

– Неудивительно, что Вы проснулись, здесь стойко шума, – пошутил он, начиная осмотр. Он объяснил, что Кейн для него – медицинская загадка. Он не ожидал, что увидит ее в таком состоянии, как сейчас, раньше чем через пару недель если она вообще выживет. Но у нее все, казалось, было в норме.

– Уберите это. Сейчас. – Кейн говорила тоном человека, который не привык, чтобы ему отказывали.

– Кейн, я хочу, чтобы Вы кое-что поняли, так что послушайте меня, хорошо?

Его пациентка быстро сглотнула, и это явно было трудно из-за трубки, на которую она жаловалась, но кивнула.

– Вас пытались убить, и у Вас огромная рана. Я очень рад, что Вы в сознании, но здесь главный я, а не Вы. Мы постараемся сделать так, чтобы Вам было удобно, но придется подождать.

Кейн подозвала его поближе и сказала: – Ко мне итак приделано достаточно проводов, и это пугает моего ребенка, так что уберите это. Она видит меня в первый раз, и я не хочу, чтобы она запомнила этот день таким.

– Миссис Кэйси. Вы с девочкой не могли бы дать нам примерно двадцать минут? Мы просто приведем Кейн в порядок и сделаем так, чтобы ей было удобно.

– Вы больше не будете давать ей лекарства?

– Нет, если она не попросит. Пока Эмма и Ханна ждали, стрелки часов, казалось, будто завязли в песке. По прошествии сорока минут. Эмма не выдержала и собиралась вернуться, как в дверях ее встретил врач.

– Я не понимаю, как такое возможно, но мы сможем выписать ее уже через неделю.

Она заулыбалась, представив, что Кейн придется лежать на спине целую неделю.

– Если Вы выдержите ее так долго. Эта неделя будет сложной, Кейн не лучший пациент.

– Вы не понимаете. Я думал, что ей придется пробыть здесь месяц или даже два.

– Нет, доктор Элтон. Это Вы не понимаете. Кейн сильный человек, и она привыкла делать удивительные вещи. Сейчас ей некогда болеть, и она приказала себе излечиться.