Травма - Оля Олич

Я улыбалась, глядя на их фотографию: какие же они все-таки классные…

Когда я в очередной раз проваливалась в сон, я мечтала о том, что вскоре и мы с Майком будем такими же – веселыми, беззаботными и хоть немного, но отдохнувшими. В легкой летней одежде где-то на Западном побережье будем пить ледяную газировку и сидеть на песке на пляже, глядя на то, как мелкие волны накатывают на голые ступни.

И не нужно никаких богатых отелей, неуместной роскоши или какой-то пресловутой официальщины.

Мне хочется закрыть глаза и оказаться на пляже.

Каждый раз, когда я стараюсь это представить, я слышу вибрацию телефона…

Но сон настолько пожирает силы и делает из меня марионетку, что я не могу взять трубку, а Глория или мама попросту не слышат.

Глаза не открываются, несмотря на все мои усилия, а телу, чтобы восстановиться после травмы, нужен еще более глубокий сон.

Хотелось поговорить с Викки и наконец-то полежать на мягком диване дома, где нет аппаратов и лишних стерильных шумов…

Я слышала отдаленные разговоры мамы и тети, но не разбирала, о чем они говорили. Это резко напомнило мне Рождество двухлетней давности, когда мы приехали в город, чтобы я смогла побыть с Викки, которая тогда заочно обучалась на дизайнера и часто пропадала в Техасе…

Было так же тепло, спокойно, погода бушевала за окном, Глория с мамой болтали о цветах и работе, отец смотрел по телевизору «Секретные материалы», а я гонялась за Викки Смит по двору, желая набить ее капюшон снегом.

Телефон снова зажужжал…

Я обязательно возьму трубку, когда смогу проснуться.

Просто нужно немного отдохнуть.

Глава 50. Абонент недоступен

Меня разбудила мама, коснувшись плеча и легонько потормошив. Я спала настолько крепко, что не заметила, как пропустила целый день и часть вечера.

– Ты так долго не встаешь, – взволнованно, едва слышно шепнула она, стараясь не будить Глорию, уснувшую в кресле с книгой на коленях, – все в порядке?

– Да, мам, – сощурилась я, – сколько уже времени?

– Девять сорок пять, – ответила мама, сев рядом и положив руку мне на плечо, пока я искала телефон в складках пледа. – Я сварила бульон, будешь?

– Угу. – Я благодарно ткнулась лбом в ее руку, а затем случайно нашла мобильный, который просто кишел новыми порциями сообщений. – Ого… Что происходит?

Викки писала практически без остановки о том, что Джейкоб не находит себе места. Я тут же прокашлялась после долгого сна и набрала ее номер в надежде, что она не спит.

– Ох, привет, – тут же ответила подруга, и ее голос звучал напряженно, – в чем дело? Джейкоб как на иголках, пытается Майку дозвониться. Он куда-то уехал?

– К отцу, – ответила я неспешно, – сказал, что вернется через день максимум…

– Эш, он не у отца, я клянусь тебе, иначе Джейк не нервничал бы! У него выключен мобильный!

– Боже… – Я ощутила, как мне постепенно становится все жарче и жарче. – И где он может быть?

Услышав меня, проснулась и Глория: она рассеянно прошлась по гостиной, а потом сфокусировалась на мне, быстро взглянув на маму, которая сидела рядом со мной и старалась успокоить, поглаживая по спине.

– Мне кажется, он сам пустился за Вудом, – предположила Викки на том конце провода, – он вполне мог. Джейкоб говорит, что это так и есть. Маркус, кстати, молчит. Они как-то связаны, но меня не посвящают в их мужские тайны…

Сейчас мне стало страшно за Майка: неужели он правда бросился за Кайлом только для того, чтобы самостоятельно ему отомстить? Это не похоже на него. Неужели Майк захотел бы испачкать руки и сесть за это?

– Бред, – цокнула я спустя некоторое время, – может, у Майка телефон сел…

– Мы надеемся, – согласилась со мной подруга, на фоне я услышала матерную тираду Джейка, – потому что это уже ни хрена не весело.

– Да уж. – Я убрала липкие пряди волос с лица и выдохнула. – Схожу умоюсь и посмотрю, может, он писал…

– Давай, держи в курсе, Эш, – попросила Викки с надеждой, – все-таки кто знает, что решит сделать Майк?

– Пока.

Мама слышала весь диалог и только пару раз напряженно охнула, пока я поднималась с места и снимала с себя запутавшийся плед. Купаться мне все еще было нельзя, поэтому я решила просто помыть голову и ополоснуться, чтобы хоть немного ощущать себя чистой.

– Тебя проводить? – спросила Глория, на что я отрицательно качнула головой.

Я ушла с телефоном в ванную комнату и попробовала немножко повернуться корпусом. Получилось, но по телу прошла режущая боль. Да уж, это будет заживать минимум пару недель…

Прежде чем приступить к мытью головы, я присела на край ванной и открыла сообщения. От Майка было только одно: «Все окей».

Какой же это, к черту, окей? Я не могла поверить в то, что он правда мог подвергнуть себя опасности только потому, что ему хочется поймать Вуда.

Что делает Маркус? Чем он занимается? Как он может помочь в поимке этого больного придурка, если не связями с полицией или другими органами власти? ЦРУ, ФБР? Что это может быть?

Голова разрывалась от мыслей, но я пришла сюда просто для того, чтобы помыть волосы и высушить их.

Как вообще у людей получается переводить свои размышления в другое русло? Как мне сейчас не думать о том, что может произойти или уже происходит?

Викки и Джейкоба нельзя было винить. Я понимала это, потому что Джейк вряд ли переживал бы по пустякам: уж слишком хорошо он знает Нолана. Лучше, чем я, лучше, чем Ви. Джейку можно было доверять.

Никогда не подумала бы, что придется так сильно нервничать, ожидая сообщения о том, что с Майком все в порядке.

Мне хотелось залезть в ванну и просто полежать в ней пару часов, но пока мне было нельзя этого делать. Я высушила волосы феном Глории, кое-как придала им вид получше, чем пучок соломы; лицо в зеркале при свете белой лампы казалось мне бледным и даже синеватым, а на щеке осталась мелкая ссадина.

Когда я вышла из ванной, Глория и мама уже сидели на кухне и пили чай. Я присела напротив них за столом и уткнулась в тарелку с супом,