Позови меня, любовь - Юджиния Райли

Разве ты не понимаешь?

— То, что существует между нами, уже неподвластно изменениям, Белла. Когда ты это поймешь? Белла беспомощно смотрела на него. Потом полувздохнула полупростонала — и в этом звуке было столько подавленного вожделения, что Жак без раздумий впился в ее губы. По телу Беллы пробежала дрожь восторга, она обмяла Жака, прижалась к нему крепче… Когда он подхватил ее на руки и понес к диванчику, у нее не было ни сил, ни желания сопротивляться. Жак сбросил фрак, и Белла вновь ощутила на себе вес его тела — как чудесно!

Жак лихорадочно расстегивал ее корсет и нижнюю сорочку. Для снятия викторианской женской одежды требуется время и сноровка, но Жак справился с пуговицами и тесемками в мгновение ока. И вот уже Белла тихо вскрикнула от боли и наслаждения, когда он впился зубами в ее сосок. Ощущение было упоительным, однако она еще не окончательно утратила разум и понимала, что ни время, ни место не позволяют им отдаться страсти.

— Жак, — умоляюще сказала она, — мы не можем… Через несколько минут поднимут занавес!

— Раньше поднимется твоя юбка, милая! — улыбаясь, ответил Жак и скользнул ладонью по ее бедру. — Не стоило тебе, Белла, являться сюда после прошедшей ночи! Здесь ты в моих руках. И ты знала, куда и на что идешь! Знала, что мы неизбежно окажемся в постели.

Неизбежно… Покрывая ее грудь поцелуями, он поднимал юбку, и Белла не сопротивлялась. Жак прав — перед неизбежным надо смириться. Она хотела прийти, потому что больше не могла заглядывать в пропасть, которая внезапно открылась между ними. Хотела помириться, вновь обрести возлюбленного, быть рядом с ним… пусть и ненадолго, но рядом!

Белла осыпала его короткими, пылкими поцелуями, проворно расстегивая жилет и рубашку Жака, касаясь пальцами его груди.

— О любовь моя, как хорошо, — отозвался Жак на ее ласку.

Юбка уже взлетела до самой талии, и он стаскивал с Беллы панталончики. Еще миг — и она ощутила, как что-то твердое коснулось ее влажного лона. Широко отрытыми, полными желания глазами Белла взглянула на искаженное страстью, решительное лицо Жака.

И тут в дверь постучали. Она испуганно дернулась.

— Жак, — шепнула она, — мы не можем… — И сделала резкое движение, чтобы встать.

Он проворно зажал ей рот ладонью и полностью вошел в нее. Как прекрасно было ощутить его в себе!

Как сладостно!..

Стук настойчиво продолжался. Белла заметалась в объятиях Жака, мыча что-то. Жак отнял руку от ее губ и тут же накрыл их своим ртом. Вся ситуация уже не столько пугала ее, сколько возбуждала: кто-то в нескольких шагах от них и стучит в дверь!

Стук не унимался, однако Жак не обращал на него никакого внимания. Но вот он оторвался от ее губ, чтобы вдохнуть воздуха, и она тут же воспользовалась моментом:

— Жак…

Он шепнул, успокаивая:

— Расслабься, милая, и не противься. Тебе все еще больно после нашей ночи?

— Жак, дверь! — тихо сказала Белла.

Похоже, прежде он действительно не слышал стука, а теперь осознал, что в дверь барабанят, и крикнул:

— Кто там?

— Это Джордж, — раздался визгливый, нервный голос. — До занавеса три минуты, мистер Лефевр!

— Ну и отлично. А теперь пошел вон!

— Да, сэр.

Они услышали удаляющиеся шаги в коридоре. Жак улыбнулся Белле и погладил ее раскрасневшуюся щеку.

— На чем мы остановились, малышка? Успокойся и не суетись. Расслабься, и все будет как нельзя лучше.

— Жак… занавес… мы не можем… — задыхающимся голосом выговорила она.

— Нет, милая, — сказал Жак и еще глубже вошел в нее. — Я не могу устоять перед твоей красотой. Я должен обладать тобой.

— Жак… О Господи! — Белла подалась на встречу ему, не в силах противиться желанию.

— Больно? — нежно спросил он.

— Да, — выдохнула она. — Немного.

— Он легко поцеловал краешек ее губ.

— Хочешь, чтобы я остановился?

— Нет, — чуть ли не крикнула она и крепче при жалась к нему — Ради всего святого, нет!

Белла отчасти пожалела о своих словах, потому что Жак впился в ее губы страстным поцелуем и задвигался в бешеном темпе. Все ее тело сотрясала сладостная дрожь. Она неистово прижалась к нему, выгнулась дугой, стараясь раствориться в нем, стать единым целым.

Жак упивался ее ответной страстью и осыпал поцелуями лицо и грудь.

— Белла, да, да! Отдай мне всю себя! Вот так, так! О да, милая, вот так прекрасно!

От восторженного бормотания Жака Белла совершенно теряла голову, а его уверенные движения охватывали пламенем ее тeлo и увеличивали и без того нестерпимое желание. Она почувствовала, как его руки скользнули под ее ягодицы, охватили их и стали ритмично сжимать их, приподнимать, задавая темп. Это было восхитительно…

Белла громко вскрикнула, и напряжение разрешилось слепящим взрывом наслаждения. В этот момент раздался новый стук в дверь. Жак поспешно закрыл ей рот поцелуем. Задыхаясь, они исступленно обнимали друг друга.

— Теперь ты моя, Белла? — шептал Жак.

Она посмотрела на него сквозь слезы.

— Я… я думаю, что ничего не изменилось.

При этих словах он нахмурился и сделал резкое движение. Белла поморщилась и застонала.

— Не изменилось? — спросил он.

Они молча смотрели друг на друга, тяжело дыша. Джордж продолжал колотить в дверь.

— Жак, тебя ждут! — умоляющим тоном сказала Белла.

— Пусть ждут!

— Отпусти меня!

— — Никогда, Белла… Никогда! — яростно прошептал он. Затем крикнул Джорджу: — Проклятие, я уже иду!

— Да, сэр.

Снова она почувствовала губы Жака на своих губах. Он приподнялся над ней, а потом вдруг снова проник глубоко, усиливая сладостные ощущения…

Жак наконец оставил Беллу и поднялся. Девушке стало неуютно и тревожно. Через несколько секунд она открыла глаза. Жак уже привел в порядок свою одежду и, возвышаясь над ней, рассматривал ее грудь с торчащими сосками, разведенные бедра… Нагнулся и поцеловал ее.

— Вспомни это, когда будешь в следующий раз рассуждать о том, что мы не предназначены друг другу судьбой.

Он взял со спинки стула свой халат, бросил его Белле и вышел из гримерной. Девушка свернулась калачиком на диване и расплакалась.

Белла могла не бояться, что ее хватятся во время первого номера. Поэтому она не спеша привела в порядок свою одежду и вышла из гримерной. В коридоре, ошарашенная происшедшим, в смятении чувств, она растерянно остановилась и прислушалась к аплодисментам, долетавшим из зрительного зала. Что же делать? Премьера в самом разгаре, август на носу, и Жака могут убить уже на следующей неделе, Разум подсказывал, что не стоит привязываться к нему, но она уже привязалась… а помочь ему не может!