Спасение в любви - Робин Карр

— А еще, если ты пытаешься заняться с ней любовью, она считает тебя извращенцем, — сказал муж Джой, Билл, отец троих детей. — А если не пытаешься, то обвиняет, что, пока она жертвует собой, вынашивая твоего ребенка, ты больше не считаешь ее привлекательной.

— Когда мы занимались этим в последний раз, то вместо «Боже! Боже!» я услышал от нее «Уф!».

Райан заржал как конь и прыснул пивом.

— Мы все там были, брат, — выдохнул он наконец.

— Ты хочешь знать, что тебя ожидает, или предпочитаешь сюрпризы? — спросил Боб.

— Нет, пожалуйста, больше никаких сюрпризов, — отозвался Джек.

— Ну, тогда следующим этапом будет то, что ты любишь ребенка больше, чем ее. Одно слово о ребенке — и она скажет, что ты считаешь ее своей племенной кобылой.

— И что мне с этим делать?

— Для начала никогда не говори о разведении породы.

— Покорно сноси все, — посоветовал кто-то. — И умоляй о прощении.

— Но не давай сбить себя с толку и повторяй, что она для тебя важнее. Правда, это приведет тебя к следующей стадии и новым проблемам.

— Иисусе!

— Поскольку у тебя нет живота и не болит поясница, желательно не говорить, что это совершенно естественно. Она может тебя нокаутировать.

— А ты не думаешь, что акушерка, черт подери, может быть выше этих ерундовин?

— О, это не ее вина. Один взрыв эстрогена — и она себя уже не контролирует.

— И еще тебе стоит поосторожнее высказываться насчет ее сисек, — сказал Дэн, муж Дженни, и затянулся сигарой. — Поскольку они такие только временно, знаешь ли.

— Господи, вот это будет уже трудно. Ведь они…

— Я знаю, — произнес кто-то и засмеялся. — Они классные, да?

— Роды наступят довольно скоро, — сказал Билл. — И тогда любовь всей твоей жизни, чью спину ты растирал, кого ты старался подбодрить и ублажить, будет орать на тебя «Заткнись!» и требовать, чтобы ты убрал от нее свои траханые лапы.

Тут захохотали все, включая Сэма, признавая, что это случалось и с ними.

— Папа, — ошеломленно выговорил Джек. — Мама когда-то говорила «траханый»?

Сэм неторопливо затянулся.

— Думаю, раз пять, — ответил он, и мужчины снова захохотали.

— Почему мне никто раньше об этом не говорил? — спросил Джек.

— А какая разница? Ты же все равно не знал, что вытащил «счастливый билет». Я знаю, знаю — ты считал, что тебе известно о женщинах все, что нужно. А теперь оказывается, что ты такой же идиот, как и все мы.

Они еще какое-то время перебрасывались шутками, прежде чем Джек заметил:

— У нас кое-кого не хватает.

Все, включая мужа Джой, опустили глаза. Не было мужа Бри, теперь уже практически бывшего мужа. И Бри теперь была единственной свободной и единственной без детей. А она так хотела ребенка!

— Кто-нибудь его видел? — поинтересовался Джек.

— Нет. — Все как один отрицательно покачали головой.

— Как она? — спросил Джек.

— Говорит, что в порядке, но это не так. Совсем не так.

— Судя по словам ее сестер.

— А он живет в новом доме с другой женщиной, которая была подругой Бри. И проведет Рождество с ней и ее детьми.

— Пока моя сестра, так хотевшая ребенка, будет проводить его здесь с нами, — проговорил Джек.

— Да, вот сукин сын.

— Может, нам взять ребят и сходить к нему? — предложил Джек. — Чтобы чуток попортить его физиономию.

— Я не против. Но жены не простят нам этого до конца жизни, хотя сами втайне порадуются.

— И никто из вас не решится им противостоять?

— Нет, — ответили в унисон по крайней мере трое.

— Я этого просто не понимаю, — уже в миллионный раз пробормотал Джек.

— А ты спроси себя, что было бы, если бы к приезду Мел ты уже был женат? Что бы ты тогда делал?

— Мы все задавали себе этот вопрос, — мрачно произнес Райан.

Джек спросил себя, что бы он делал, хотя ему казалось, что это совершенно невероятная ситуация. До Мел у него было множество женщин и ни одного брака. Некоторые ему действительно очень нравились, но до женитьбы как-то ни с кем не дошло.

— Думаю, я бы поступил правильно и просто повесился. — Он посмотрел на парней. — Как думаете, она сможет из этого выбраться? Получить дом, вещи?

— Дерьмо. Лучше не спрашивай, — посоветовал Дэн.

— Только не говори мне…

— Она получит дом, — сказал Боб. — Она откупилась от него и будет платить алименты.

— Ни за что!

— Тебе сказали, что лучше не спрашивать.

— Как такое могло случиться?

— Она адвокат, а он простой коп. Она больше зарабатывает.

— Вот видите, тогда нам точно надо пойти и набить ему морду.

В сочельник они планировали полакомиться ветчиной и сырно-картофельной запеканкой «ау гратин», а на Рождество съесть фаршированную индейку. Все собрались около четырех, и дом наполнился смехом и гамом. Насытившись, они набились в большую гостиную и стали петь рождественские гимны. Мужчины пели громко и фальшиво, и все жены, до последней, высказали, что они думают по этому поводу. Мел и Джой довели своих мужей до кроватей, где те рухнули замертво. Назавтра они пожалеют, что сначала пили пиво, потом виски, потом бренди, да еще курили сигары. Больше, чем сам напившийся в сочельник Джек, Мел злило, что он слишком мало простоял под душем и не смыл с себя запах контрабандных кубинских сигар.

Дети уже были уложены, и мужчины, выражаясь вежливо, тоже спали. Мел и Джой сидели в главной гостиной дома. Джой была одета в пижаму, а Мел в домашний спортивный костюм. Мел принесла из своей спальни одеяло и подушки, и сестры устроились вдвоем на диванчике. Они ели мороженое и болтали.

— Если не считать изжоги, как ты себя чувствуешь? — спросила Джой.

— Просто замечательно, — ответила Мел. — Для человека, у которого в животе натуральный цирк.

— А как дела в Вирджин-Ривер?

— О Джой, ты бы видела Причера и Пейдж! Я в жизни не видела такой трансформации. Они так влюблены, что это чувствуется на расстоянии. Словно их окружает светлая аура.

Какой-то звук привлек их внимание и заставил прислушаться. Открылась входная дверь, и вошла Бри. На ней было пальто, на плече висела сумка, а на щеках виднелись следы слез. Она остановилась перед девушками:

— Не хочу ехать домой одна. В канун-то Рождества!

— Бри, милая! — Мел раскрыла ей объятия.

Они с Джой, не сговариваясь, подвинулись, чтобы та могла сесть рядом. Бри уронила сумочку, скинула пальто и обувь и втиснулась в узкое пространство между сестрами. И заплакала.