Голос призрака - Виктория Холт

А магазины! Как я наслаждалась в магазинах! Нас обслуживали с таким уважением. Для нас выносили стулья, так что мы могли отдохнуть, пока рассматривали груды тканей, принесенных нам для выбора.

Затем театры. Оперные театры в Хэймаркете, Друри Лэйн и Ковент-Гардене, а также увеселительные сады, посещать которые было истинным наслаждением.

Мы редко видели Дикона и Джонатана. Они всегда были заняты делами. Я здесь очень заинтересовалась жизнью Джонатана, поскольку он действительно проводил, как и Дикон до женитьбы, в Лондоне больше времени, чем где-либо в другом месте. «Как бы отличалась моя жизнь, если бы я вышла за него замуж!» — думала я с грустью.

Но я никогда не была бы в нем уверена. Джонатан не смог бы быть верен одной женщине. Думаю, что таким же в юности был и Дикон, но Дикон и моя мама сейчас были так же привязаны друг к другу, как и мой дед Комти к бабушке. Только настоящая любовь могла изменить такого человека. Дикон, хоть это и странно, нашел эту любовь, как и мой дед. Многие люди удивлялись этим переменам в них. Думаю, что это было редкостью. И я с грустью подумала, что Джонатан не достиг еще этой ступени.

Я была бы неблагодарной, если, имея лучшего из мужей и дивного ребенка, желала бы большего. О чем можно еще мечтать?

Я раздумывала о треволнениях большого города и удовольствиях, ожидавших нас здесь. Но могут ли удовольствия сравниться с покоем и удовлетворенностью, сознанием того, что можно полностью верить в любовь мужа?

Не каждому хочется посещать театры по вечерам или увеселительные сады, ходить каждый день по магазинам. Эти визиты волновали потому, что случались редко в нашей жизни. Все со временем надоедает. Это действительно так. Нужно ценить то, что имеешь, и быть благодарной за это.

Мы с матушкой проводили много времени, выбирая ткани. Шелк был очень дорог, поскольку стал редким товаром из-за того, что его раньше доставляли в основном из Франции. И, конечно же, его производство остановилось, когда люди стали убивать друг друга. То же произошло и с кружевом. Никто, казалось, не мог делать их так же изящно, как французы. Так что нам понадобилось больше времени, чтобы найти то, что мы хотели.

Мы посетили театр в Хэймаркете и слушали «Ацис и Галатею» Генделя, что подняло наше настроение. И затем, для разнообразия, на следующий день мы отправились в Музей восковых фигур миссис Салмон, который расположен рядом с Темплом.[7]

Нас позабавили фигуры старой продавщицы спичек на костылях со стоящим позади нее лейб-гвардейцем в красочном костюме. Они были так правдоподобны, что люди приходили посмотреть их и убедиться, что они не настоящие. Как мы смеялись и потешались над этими фигурами! Были там король и королева Шарлотта с принцем Уэльским по соседству с доктором Джонсоном, Джоном Уилксом и другими известными фигурами, выполненными с поражающей точностью. Мне понравилась пасторальная сцена в следующей комнате с пастухом, ухаживающим за пастушкой. Далее была модель корабля в море из стекла. Нам с матушкой очень понравилось в музее. Мы купили несколько мраморных статуэток Панча и Джуди в магазине, который был частью музея.

— Они понравятся детям, — сказала мама.

Матушка с Диконом должны были присутствовать на королевской свадьбе, так как Дикон был влиятельной фигурой и, конечно же, матушке следовало сопровождать его. Я предвкушала, что услышу рассказ о свадьбе от очевидцев. Мы даже видели свадебный торт, такой огромный, что его в Бэкингемский дворец везли в карете. Все встречные радостно приветствовали его.

Королева проводила прием после участия в церемонии в часовне Святого Якова, и Дикон с мамой должны были там присутствовать.

Я сказала маме, что завидую ей.

— О, эти церемонии! — ответила она. — Все хотят быть приглашенными, но никто не хочет идти на них. Когда я буду стоять там, сомневаясь, все ли я правильно делаю в присутствии королевской четы, мысленно я буду с тобой и Джонатаном наслаждаться прекрасным днем.

Именно матушка предложила Джонатану присмотреть за мной, пока она с Диконом будет во дворце.

— Полагаю, тебе захочется посмотреть, что происходит на улицах, сказала мама, — но я не хочу, чтобы ты была одна.

— Я присмотрю за ней, мачеха, — сказал Джонатан.

— Все жулики и бродяги выйдут на улицы сегодня, — добавил Дикон. Клянусь, бродяги и карманники соберутся здесь со всей округи. Они ждут хорошего улова. Вам надо быть осторожными.

— Доверься мне, — сказал Джонатан.

Я говорила себе, что все произошло помимо моей воли. Не моя вина, что я должна была провести день с Джонатаном. Как я могла отказаться? Не стоило притворяться, что я не волновалась, но решила быть осторожной.

Я с удовольствием глядела, как мама облачается в парадное платье. Она всегда была очень красива, а в этом одеянии особенно хороша. Никто бы не догадался, что она мать взрослого сына.

Я следила, как они отъехали в экипаже.

Ее последние слова, обращенные ко мне, были:

— Когда будешь в городе, держись поближе к Джонатану. С ним ты будешь в безопасности.

Если бы она знала!

Джонатан весело сказал мне, что у него есть план, как провести день, и что он знает, чем можно заменить королевское приглашение.

— Ты, должно быть, разочарован, — сказала я. — Я думала, что тебя пригласят.

— Количество гостей ограничено, поэтому приглашать и отца, и сына было бы слишком трудно, но это, при данных обстоятельствах, доставляет мне несказанное удовольствие. Я намерен наслаждаться каждой минутой этого знаменательного дня. Мы должны приготовить лошадей.

— Джонатан, — начала я серьезно. — Я хочу, чтобы ты понял, я не собираюсь…

Он прервал меня.

— Уверяю тебя, я буду вести себя безупречно. Иногда я могу это делать, ты знаешь. Я решил сегодня доказать, что я не такой уж плохой, в конце концов. Я, как смогу, буду уважать твои желания. Вот! Это удовлетворит тебя?

— Если я могу тебе верить…

— Можешь. Клянусь честью.

— Я не знала, что она у тебя есть.

— Значит, я должен доказать тебе это. Пойдем. Улицы весь день будут переполнены. Немедленно одевайся и едем.

— Джонатан… — начала я неуверенно.

— Клянусь, ничего не будет сделано против твоего желания.

— Не думаю…

— Это и видно. Я все понимаю. Иди… переодевайся. Этот день должен запомниться надолго.

Когда мы выехали на улицу, звонили колокола, а в парке и Тауэре палили пушки. Экипажи двигались к церкви Святого Якова, и люди выкрикивали приветствия королевской чете.

— Ничто не вызывает такой патриотизм, как королевская свадьба, сказал Джонатан.