Я говорил, что люблю тебя? - Эстель Маскей

Я валялась на ее кровати. Приподнявшись на локтях, я вытянула голову, разглядывая вешалки с одеждой, которые она цепляла за верхнюю кромку двери.

– Белый топик.

Рейчел немного помедлила, размышляя.

– Да, пожалуй, – согласилась она, сгребла все остальное и бросила на кучу в углу комнаты. Потом натянула на себя топик. Он хорошо гармонировал с длинной светло-вишневой юбкой, которую она выбирала перед этим минут двадцать.

– А я как – нормально? – На мне была коротенькая юбочка и топ-бюстье, который, по общему признанию, делал мою грудь чуть более впечатляющей. Запястье я украсила связкой браслетов. И все равно мне казалось, что как-то это все простовато.

– Это же пляжная вечеринка, – внятно произнесла Рейчел, словно я маленький ребенок, с которым разучивают слова. В этот момент она сидела на полу и натягивала на ноги песочно-коричневые босоножки, чем была страшно поглощена – настолько, что на меня даже не взглянула. – Ты выглядишь секси. Топ – просто класс.

– Ага, ты говоришь это только потому, что он твой, – проворчала я, но улыбнулась. Кажется, я и в самом деле в кои-то веки выглядела сексуальной и даже себе нравилась. В любом случае сегодня я не чувствовала себя белой вороной.

Округлив глаза, Рейчел какое-то время покрутилась перед зеркалом, чтобы удостовериться, что ее все устраивает. Я сказала, что она неотразима. Она только отмахнулась, хотя щеки залил довольный румянец. Больше наряды мы не обсуждали.

– Мы заявимся к Дину самыми последними, – сказала Рейчел через несколько минут, когда уже в третий раз наносила на губы блеск. Она выпятила губки перед зеркалом. – Ну, ты готова?

– Я уже целых полчаса, как готова.

– Точно. – Рейчел о чем-то задумалась. Засмеявшись, взяла с туалетного столика песочный клатч, подскочила к кровати и, схватив меня за запястье, потянула вверх. – Запомни, – назидательно сказала она, – у Дина надо выпить столько, сколько сможешь, потому что потом на пляже алкоголя не будет.

– Помню.

Я потянулась за лежащей на кровати теплой кофтой и, накинув ее на плечи, завязала рукава спереди узлом. Так как вечеринка – на пляже, надо быть готовой к тому, что от воды потянет прохладой. Проходя мимо зеркала, я украдкой взглянула на себя и осталась довольна.

– Идем.

Мы спустились по лестнице и заглянули на кухню, где Дон складывала в шкаф покупки.

– Ну? – проворчала она.

– Мам, подкинь нас, пожалуйста, к Дину, – елейным голосочком попросила Рейчел, наматывая на палец прядь волос.

– Ты ведь знаешь, я против того, чтобы ты шла на эту вечеринку, – недовольно сказала Дон. Она поставила банку консервированных ананасов на полку, закрыла шкафчик, развернулась к нам и, сложив руки на груди, внимательно изучила. – Ты еще слишком мала.

– Ну, мам! – в ужасе выдохнула Рейчел. – Все туда идут! Ты хочешь, чтобы на меня тыкали пальцем, как на какую-то ущербную? Да? Я что, по-твоему, ущербная?

Мне стало смешно, как мастерски Рейчел все разыграла. Потому что Дон сразу нахмурилась, как бы споря сама с собой, что сейчас лучше: быть матерью крутой или ущербной дочки. В конце концов она остановилась на первом. Признавая поражение, она вздохнула и тихо сказала:

– Хоть не пей там много.

Я поняла, что она выполнит просьбу Рейчел и подвезет нас к Дину.

– Ты, Иден, тоже. Твои родители вообще знают, что ты собираешься напиться?

– Мои родители развелись, – невозмутимо ответила я.

Рейчел громко засмеялась, а Дон выглядела сконфуженной. К счастью, она не стала развивать эту тему дальше, потому что, если бы она еще что-нибудь сказала, я ответила бы – да, отец с Эллой прекрасно осведомлены, что я иду на вечеринку только для того, чтобы упиться в стельку. Хотя на самом деле они думают, что я пошла в кино.

– Подождите меня у машины. – Вытерев руки о штаны, Дон прижала ладонь ко лбу, словно унимая головную боль, которую мы у нее вызвали. – Я возьму ключи.

Рейчел победно мне улыбнулась, и мы быстренько рванули к выходу, пока ее мать не передумала. Дожидаясь Дон, мы немного постояли на парковочной аллее возле «хонды-сивик». Рейчел использовала это время с пользой: смотрясь в правое боковое зеркало автомобиля, поправляла макияж. Я же взглянула на дом напротив. Машина Тайлера была на месте. Интересно, он что, еще не собрался? Наверное, брызгается своим дурацким Bentley, который так обожает Тиффани. От этой мысли я стиснула зубы и, отвернувшись от дома, уставилась на свое отражение в боковом окне машины. Рейчел так расстаралась, наводя мне макияж, что из окна на меня смотрела совершенная незнакомка.

– Оказывается, развод – неплохая тема, чтобы избежать ненужных вопросов, – одобрительно сказала Рейчел и, распрямившись, посмотрела на меня поверх крыши автомобиля.

– Надо бы пользоваться этим почаще, – ответила я.

Хлопнула дверь, и Дон нехотя направилась к нам. Она открыла машину, и мы расселись: я – сзади, Рейчел – рядом с матерью на пассажирском сиденье. Не успела Дон еще отъехать от дома, как я вдруг почувствовала волнение и даже легкую тошноту. С чего бы это? За лето я уже побывала не на одной вечеринке – похоже, местная молодежь здесь только так и развлекается, – но сейчас мне как-то особенно стало не по себе. Может, потому что это было общегородское мероприятие, а не какая-то там домашняя вечеринка, а может, потому, что мы еще не доросли до положенного возраста и все равно собирались туда пойти, затерявшись среди взрослых. Однако самое вероятное, потому что там буду я, там будет Тайлер, и там будет Тиффани.

Дорога до дома Дина заняла не больше пяти минут, и неожиданно я сообразила, что еще ни разу у него не была. Я даже не знала, что он живет в том же районе. Перед домом стояла его машина, что сразу напомнило мне о купюре на бензин.

Резко затормозив, Дон остановила у тротуара автомобиль и заглянула Рейчел в лицо. Вид у нее был крайне серьезный, лоб наморщился от волнения.

– Пожалуйста, не напивайся, – мягко попросила она. – Не забывай, что ты на целых четыре года младше, чем положено, и радуйся, что я вообще тебя отпустила. Не будь безответственной.

Рейчел демонстративно вздохнула и уставилась на дом.

– Мам, ну хватит, я все знаю…

Дон повернулась ко мне.

– Иден, ты тоже будь там поосторожнее.

– Спасибо, – ответила я, хотя прозвучало это как-то уж слишком иронично. Я даже заволновалась, что она подумает, будто я на нее обиделась.

Рейчел открыла дверь и вышла из машины, я – тоже и, помахав Дон на прощание рукой, вприпрыжку последовала за подругой по парковочной аллее. Какое счастье, что я была без каблуков! Насколько же без них все-таки удобнее.

– Моя мать дико приставучая, – сказала Рейчел извиняющимся тоном. Казалось, что ей и в самом деле стыдно за мать. А я прекрасно понимала Дон. Моя мама вела бы себя так же. – Невозможно из дома выйти. Словно нарочно пытается заставить меня чувствовать себя виноватой.