Загадочное превращение - Линси Сэндс

- Но ведь эти романы, что читает Лиза, не так ужасны…

- Нет, по большей части и они мне не нравятся, но… - Сюзетта огляделась. Они уже успели спуститься вниз и шли по коридору как раз мимо кабинета Ричарда. Сюзетта вдруг распахнула дверь в кабинет и затащила туда сестру. Потом повела ее к стоящим у камина креслам и лишь там сделала признание: - Лиза недавно получила книгу о юной девушке по имени Фанни, которая сбежала в Лондон и стала женщиной легкого поведения. Эта книга… э… на многое открыла мне глаза.

- И вы с Лизой читаете такое? - возмущенно воскликнула Кристиана. Сюзетта густо покраснела, но кивнула. И тогда сестра спросила ее: - Папа знает?

Сюзетта возмущенно фыркнула.

- Конечно, нет. Он вообще мало чем интересуется с тех пор, как в первый раз проиграл деньги. Большую часть времени проводит в своем кабинете взаперти, прячась ото всех с тех пор, как вы с Дикки уехали после свадьбы. - Сюзетта поморщилась, но, когда она посмотрела на Кристиану, лицо у нее прояснилось. - Ничего не говори ему, пожалуйста! - взмолилась она. - И Лизе тоже ни словечка. Это запрещенная книга, и она заставила меня поклясться, что я никому о ней ничего не скажу.

- Если она запрещена, как вам удалось ее раздобыть? - мрачно поинтересовалась Кристиана.

- Я не знаю точно, - призналась Сюзетта. - Она мне не рассказывает. Но думаю, что сестрица получила ее от миссис Морган.

Кристиане это имя было незнакомо.

- Кто такая миссис Морган?

- Вдова, чья карета сломалась возле нашего поместья, когда она ехала в Лондон, - объяснила Сюзетта. - Отец пригласил ее к нам на чай, пока ее колымагу пытались отремонтировать. Разумеется, потом он покинул нас, чтобы ее развлечь, - ядовито сообщила Сюзетта.

- И эта миссис Морган именно тогда дала Лизе книгу? - спросила Кристиана.

Сюзетта покачала головой:

- Ее карета ремонту уже не подлежала. По крайней мере наши люди ее восстановить не смогли. Экипаж пришлось отвезти в деревню, где миссис Морган остановилась в гостинице и прожила там почти неделю. Лиза чуть ли не каждый день ходила ее навещать. Они, можно сказать, подружились, и, насколько я понимаю, перед отъездом в Лондон миссис Морган подарила Лизе книгу в знак благодарности за то, что та помогла ей скоротать время в деревне.

- Господи, - простонала Кристиана, - что это за женщина, которая дарит запрещенную книгу незамужней юной девице?

- У миссис Морган весьма просвещенные взгляды, - пожав плечами, сказала Сюзетта. - Она считает, что у женщин должны быть равные права и свободы наравне с мужчинами. Что мы имеем право сами строить свою жизнь, а не существовать так, как указывают нам отцы и мужья. Кроме того, Лизе уже почти двадцать, Кристиана. Ее трудно назвать ребенком. Ей давно пора бы выйти в свет и обзавестись мужем и ребятишками.

Кристиана не стала с ней спорить. Отец их мало заботился о том, чтобы устроить будущность своих дочерей. Но с другой стороны, их никто не принуждал к активному поиску мужей. Честно говоря, девушек вполне устраивала та жизнь, которую они вели, и ни одна из сестер не рвалась замуж. Хотя Кристиана все чаще всерьез задумывалась над тем, не пора ли ей покинуть отчий дом, чтобы создать свою семью, еще до того, как в ее жизни появился Дикки. Ей стало казаться, что она могла бы стать неплохой матерью. Но замужество было невозможно без выхода в свет. Наверное, она рано или поздно завела бы на эту тему разговор с отцом, если бы угроза разорения, нависшая над их семейством, не вынудила ее поспешно выйти замуж за Дикки.

Эта мысль заставила ее вспомнить то, что сказал Ричард об игорном доме и о слухах, что ходили об этом недоброй памяти заведении.

- Отец корит себя за то, что проигрался, и за то, что я вынуждена была выйти за Дикки?

- Да, и ему есть за что себя винить, - с грустью кивнула Сюзетта. - На самом деле мне уже стало жаль его, но история повторилась вновь.

- Возможно, тут что-то не так, - тихо сказала Кристиана. - Ведь он вообще не играл в азартные игры.

- Что? - Сюзетта пристально на нее посмотрела.

- Ричард рассказал мне, что в обществе поговаривают, будто Дикки подружился с неким владельцем игорного заведения, в котором, опять же по слухам, посетителей подпаивают чем-то и обирают дочиста. Он предполагает, что, возможно, именно это и произошло с нашим отцом.

Сюзетта переменилась в лице, но еще до того, как Кристиана успела спросить ее, что так ее потрясло, она сказала:

- Когда мы обнаружили его в нашем лондонском доме, отец все время говорил, что не может понять, как это произошло, что он ничего не помнит, даже того, как попал в игорный дом. Он все время повторяет, что очнулся там и узнал, что проигрался в прах. И в первый раз, и во второй.

Кристиана вздохнула:

- А ты не думаешь, что он и не играл вовсе?

- О Боже, - простонала Сюзетта, с несчастным видом откинувшись на спинку кресла. - Я так жестоко обошлась с ним в то утро, когда мы приехали в Лондон. Наговорила ему столько ужасного!

- Тебя можно понять, учитывая обстоятельства, - тихо сказала Кристиана. - Откуда тебе было знать, что Дикки его напоил и довел до разорения?

- Будь проклят этот негодяй, - гневно воскликнула Сюзетта и выпрямилась. - Если бы он не был уже мертв, я бы своими руками его убила.

- Хм, - пробормотала Кристиана и, прикусив губу, заметила: - Хотя, если бы не Дикки и его злодеяния, я бы не была сейчас замужем за Ричардом и ты, возможно, никогда бы не познакомилась с Дэниелом и не сделала бы ему предложение.

- Это верно, - согласилась Сюзетта. Гнев отчасти покинул ее. Взглянув на Кристиану, она спросила: - Так Ричард тебя устраивает?

- Я думаю, у нас могли бы сложиться неплохие отношения, - осторожно сказала она.

Сюзетта, к ее удивлению, брезгливо поморщилась.

- О, да брось ты! - презрительно бросила она. - Я слышала охи и вздохи, что доносились из вашей комнаты и в ту ночь, когда умер Дикки, и прошлой ночью тоже. «О, Ричард, о, о, да… ох», - гримасничая, передразнила ее Сюзетта. - А потом ты еще орала, как будто тебя убивают.

Кристиана густо покраснела.

- Ты нас слышала?

- Да вас весь дом слышал, и не сомневайся, - сухо сообщила она. - Он рычал как лев, а ты визжала как резаный поросенок. - Сюзетта замолчала и задумчиво добавила: - Что, как я полагаю, вполне соответствует приведенному в той книге описанию. Действительно так больно, когда он первый раз втыкает свой шест в твое самое нежное место?

- Как ты сказала?

- Так Фанни называла его в книге. Ну, это всего лишь одно из сравнений, - подумав, уточнила Сюзетта и повторила вопрос: - Так тебе было больно?

Кристиана, застонав, закрыла лицо руками. Она готова была умереть от стыда.

- Так было больно или нет? - не унималась Сюзетта.