Сладкая месть страсти - Джо Гудмэн

— Боже мой! — воскликнула она. — Что это было?

Забрав у нее дочь, Кейти обняла Викторию и покрыла поцелуями ее личико.

— Так, ничего особенного. И говорить-то, пожалуй, не о чем, — мягко сказала она.

— Рия! Открой сейчас же дверь! — Майкл снова лягнул дверь, но это оказалось бесполезно — прочный замок выдерживал все удары.

Когда дверь зашаталась, Рия вздрогнула, но осталась на месте — в углу комнаты, куда забилась, когда Майкл начал рваться в ее спальню.

— Отправляйся к своим шлюхам, — прижав к лицу кулаки так сильно, что на губах стал ощущаться вкус крови, прошептала она. В глазах ее стоял страх.

— Так больше не может продолжаться, Рия, — сказал он. Голос Майкла смягчился — он решил попробовать новую тактику. — Ты должна признать, что я был с тобой очень терпелив.

— Ты три недели со мной не разговаривал, — еле слышно ответила она.

— Это продолжается уже пять месяцев. Сколько можно сидеть взаперти, не впуская никого к себе? Люди спрашивают о тебе, Рия. Твои подруги хотят знать, когда ты снова будешь с ними. Они скучают по тебе… и я тоже, дорогая.

Прислонив голову к стене, Рия закрыла глаза. Скоро он устанет здесь стоять, устанет от того, что ему никто не отвечает, и через несколько минут благополучно вернется в свою постель. Так повторялось по несколько раз в месяц, когда Майкл слишком долго задерживался в «Унион-клубе». Очевидно, к шлюхам отправляться было уже поздно, и тогда он приходил к ней.

Услышав, как Майкл уходит, Рия убрала одеяло, которым только что прикрывалась. У ее ног валялась фотография лежащей в белом сосновом гробу маленькой девочки. Глаза ее были закрыты, словно девочка спала. Подняв фотокарточку, Рия тихо прошептала:

— Я найду тебя, дорогая! Мама тебя найдет. Тогда все будет нормально, вот увидишь. Если ты будешь со мной, у него будет наследница и он больше не захочет до меня дотрагиваться. А я позабочусь о том, чтобы с тобой ничего не случилось. Мы будем защищать друг друга. — Рия слабо улыбнулась. — Да, Виктория, мы будем защищать друг друга. Ты еще увидишь, как мама тебя любит. — Спев колыбельную, она заснула, сжимая в руках фотографию, как будто это был ее ребенок.

— Загадай желание, — скомандовала Сьюзен Тернер, не давая Логану раньше времени задуть тридцать одну свечу. — И никому о нем не говори.

Логан лукаво усмехнулся:

— Даже тебе? Ведь ты в нем как раз и фигурируешь. Скотт постучал вилкой по краю стола.

— Хоть бы ты наконец женился и перестал флиртовать с моей женой!

— Ты абсолютно лишен чувства юмора, — сказала Сьюзен. Логан быстро задул свечи и вместе со Сьюзен принялся разрезать пирог. Скотт терпеливо ждал.

— Оставь что-нибудь своей дочери, — сказала Сьюзен, глядя, как Скотт накладывает себе приличный кусок. — Эми не меньше тебя любит мой шоколадный торт.

— А где же она? — спросил Логан.

Сьюзен указала на висевшие в углу столовой старинные часы.

— Вы держите ее в часах?

— Я хотела указать тебе на время, — сказала она. — Эми ложится в восемь. Ты обещал прийти в шесть часов. Сейчас уже десять. Еще два часа, и ты вообще пропустил бы свой день рождения. Неужели тебе действительно нужно с утра до ночи проводить в «Кроникл»? Неужели ты ничего не слышал о делегировании полномочий?

— Мои пожелания почему-то не сбываются, — скривился Логан. — Я ведь загадал, что в ближайшие сутки ты не будешь меня пилить.

— Я обещала Дженни и Кристиану сделать твою жизнь невыносимой, — с важным видом сказала Сьюзен.

— Вот здорово! Они будут рады услышать, что ты прекрасно справилась с этой задачей.

— Брек! — прервал их Скотт и, чтобы переключиться на другую тему, спросил Логана, что слышно о его брате.

— Они обещали мне, что сядут на пароход в сентябре. а значит, приплывут в Нью-Йорк в конце октября — начале ноября. Они даже говорили о том, что построят себе новый дом, когда приедут.

— О Господи! — сказала Сьюзен. — Что же ты будешь делать один в таком громадном доме?

— А я открою бордель, — не моргнув глазом ответил Логан. Крепче сжав вилку, Сьюзен с трудом пыталась сохранить серьезность.

— Животное! — давясь от смеха, сказала она. — Лучше бы превратил Маршалл-Хаус в музей, — налив кофе мужу и гостю, предложила она. — В последнем письме Дженни писала, что Кристиан отправил тебе несколько картин.

— Восемь.

— Да ну? — заинтересовался Скотт. — И что же его вдохновило?

— Парижский рынок. Рыбак на Сене. Ночной Париж. Я уже продал все, что он прислал.

— Да неужели? — удивилась Сьюзен. — А я думала, что по возвращении он устроит выставку.

— Устроит, — с набитым ртом ответил Логан. — Об этих картинах быстро узнали — думаю, благодаря миссис Б. , — и на них сразу поступило множество заявок. Получается, что выставка Кристиана продана еще до ее открытия, но я никому пока не позволяю ничего забирать. Все еще находится в доме.

— Вот, возьми мой кусок, — заметив, что муж алчным взглядом смотрит на торт, сказала Сьюзен и пододвинула ему тарелку. — Дженни писала, что там еще был замечательный портрет этой актрисы — как бишь ее зовут? — ну, которая вышла замуж за Виктора Донована.

— Кейти Дакота! — разом выпалили Логан и Скотт.

— Ну да, — поглядывая то на своего мужа, то на Логана, медленно проговорила Сьюзен. — Именно. Так кто же купил эту картину, Логан?

— Не помню, — без зазрения совести солгал он. — А разве эго так важно?

— Нет, мне просто интересно. Она ведь была пациенткой Скотта, да, Скотт?

Он кивнул:

— Какое-то время была. До смерти Виктора. Я потом пытался выяснить, что с ней сталось, но сын Виктора клянется, что не знает этого. Рия Донован тоже мне ничего не говорит.

— Она живет в Вашингтоне, — сообщил им Логан. — Время от времени на моем столе появляется о ней информация. — «Это правда, — подумал он, — но отнюдь не в том смысле, в каком наверняка подумали Скотт и Сьюзен». — Она все еще играет в театре. — Чуть поколебавшись, он небрежно спросил: — Это верно, что Виктор умирал от рака?

Скотт недоуменно вскинул брови.

— Откуда ты об этом узнал? Логан пожал плечами.

— Не помню где я об этом слышал — сказал он, не упоминая, что ему сообщила об этом сама Кейти. — Для публикации такое не годится, Скотт. Виктор умер год назад, так что это уже не новость.

— Да, пожалуй. Я думаю, о подобных вещах в принципе писать не стоит, даже если это новость. Насчет женитьбы Виктора вообще ходило много слухов, а известие о том, что он был болен раком, только подлило бы масла в огонь.

— Что ты имеешь в виду?

— Не считая того, что люди могут решить, будто она вышла за него замуж, зная о его близкой смерти, — что абсолютно неверно, — а стало быть, в надежде унаследовать кучу денег, могут возникнуть вопросы насчет самой природы его заболевания.