Так близко к горизонту - Джессика Кох

С прошлого месяца Кристина не сказала нам ни слова. Мы с Дэнни оборудовали весь дом так, чтобы она не смогла сбежать. По вечерам он обходил дом, закрывал старые ставни снаружи и укреплял их навесными замками. С этого момента соседи стали считать нас совсем чокнутыми. Если не считали нас таковыми уже давно. В конце концов, теперь уже полдеревни знало о его болезни и его предположительном стиле жизни. Тот факт, что к нему постоянно приходили и уходили две женщины, никак не улучшал его репутацию. Нам это не мешало. Те, с кем мы общались ближе, знали правду и любили нас; на остальной мир нам было глубоко наплевать.

Измождённые, поздно вечером мы падали на кровать.

Кристина отказывалась спать у нас. Она дулась в своей комнате. Дэнни не выходил на пробежку уже много дней и даже не занимался спортом. Перспектива, что всё это займёт время, испортило его настроение хуже некуда. Он становился всё недовольнее и безрезультатно искал возможность расходовать куда-нибудь лишнюю энергию. По вечерам она регулярно избивал свою боксёрскую грушу и делал очень много отжиманий и подтягиваний на перекладине в спортивной комнате. Затем он нападал на меня, чтобы после констатировать, что всего этого недостаточно. Иногда он часами бродил по квартире, что просто сводило меня с ума. В первый раз со времени нашего знакомства меня стало глодать чувство, что длительная совместная жизнь с Дэнни при определённом стечении обстоятельства может стать изматывающей.

– Ты точно можешь так спать? – спросила я его, когда мы в первый раз заперли рольставни. Он не рискнул оставить открытым окно даже в своей комнате. Он слишком волновался, что Кристина выберется этим путём, пока он будет в фазе глубокого сна, и исчезнет в неизвестном направлении. Я считала этот страх необоснованным. Дэнни мог бы услышать и муравьишку, семенящего через комнату, но его было не разубедить.

– Нет, – ответил он. – Я точно буду мало спать в ближайшее время.

Так было и в это воскресенье. Дэнни допоздна лежал без сна, нервно проводил рукой по волосам и беспокойно барабанил пальцами по матрацу.

– Так не может больше продолжаться, Дэнни, – сказала я. – Завтра утром ты снова пойдёшь на пробежку. Час она без тебя переживёт.

Моё беспокойство, что иначе он просто взорвётся, росло. Именно сейчас, в стрессовой ситуации, ему нужно было как-то выпускать пар.

– Сейчас начнётся худшая фазу, – предрёк он. – Когда-нибудь она не позволит запереть себя.

Физические симптомы абстинентного синдрома держались в норме. Сначала её рвало, она плакала, кричала, и её било ознобом. Дэнни накрывал её целым ворохом одеял, поставил к кровати телевизор и по ночам спал в её комнате. Сегодня она выгнала его из своей комнаты, поэтому, если честно, я и думала, что ей становится лучше. В часы, когда она страдала, она ни на секунду не отпускала его от себя.

– Но худшее уже позади, да? – спросила я.

– Я на это даже не надеюсь. От этого дерьма так просто не избавишься.

– Но она приняла это всего три раза.

– До этого она была зависимой годами. К тому же она почти ничего не весит. И её психологическая конституция отнюдь не самая устойчивая, поэтому она и стала зависимой так быстро.

– Дэнни, – заговорила я, – завтра рано утром ты пойдёшь на пробежку. Я не спущу с неё глаз ни на секунду и поеду на работу попозже, обещаю.

– Ладно, – согласился он. – Лучше бы тебе вернуться через неделю. Потому что следующий этап будет отвратительным.

Дэнни был, как всегда, прав. Уже в следующую ночь Кристина пришла к нам в спальню.

– Я хочу уйти! – прорычала она. – Если вы сейчас же не выпустите меня из этого проклятого дома, я свихнусь.

– Ты не выйдешь отсюда, Тина, – ответил Дэнни. – Что бы ты ни сделала, ты останешься здесь.

Она стала бегать по кругу, как сумасшедшая. Дэнни встал, надел спортивные штаны и свитер. Я задумалась, собирался ли он выйти вместе с ней или просто настроился на долгую ночь. Без предупреждения она побежала в столовую, схватила стул и принялась бить им входную дверь. Дэнни крепко обхватил её сзади, я забрала у неё стул, и она завизжала, как сумасшедшая. Кулаками она била Дэнни.

– Я ненавижу тебя, – кричала она. – Что даёт тебе право вмешиваться в мою жизнь? У тебя своих проблем мало? Беспокойся о своём дерьме!

Дэнни просто взял её запястья и дал ей буйствовать. Она пнула его и даже попыталась укусить его. Он отпустил её только тогда, когда она потребовала отпустить её в ванную. Дэнни хотел пойти с ней, но она закрылась. Потом она очень долго раздражалась и ругалась. Он облокотился спиной о дверь ванной и ждал, а я тем временем пыталась поспать, потому что на следующий день мне нужно было на работу.

Кристина не уставала объявлять, как сильно ненавидит Дэнни, и что ему стоит убраться из её жизни. В какой-то момент я встала и села на пол рядом с ним. Он сидел, положив локти на колени, уткнувшись лицом в ладони и рыдал.

– Она не считает так по-настоящему, – попыталась я утешить его.

– Я это понимаю, – ответил он. Он тёр глаза, пытаясь избавиться от слёз и снова взять себя в руки.

– У неё ничего не получилось, Даки, – прошептал он. – Мы потеряли её. Интуиция подсказывает, что мы её потеряли. Мы больше не достучимся до Тины.

– Почему ты говоришь так? – в ужасе спросила я. – Это просто регресс. Она поедет в клинику и вернётся без зависимости.

Откуда появились эти странные мысли? Дэнни обычно был оптимистом, как он дошёл до того, что из ничего делает такие заключения?

Он пожал плечами, помотал головой и снова заплакал. Плечо к плечу, мы сидели у двери и прислушивались, что творилось внутри. Через несколько часов она вышла и снова набросилась на Дэнни. Мы вместе укутали её в одеяло, зафиксировав руки и ноги, чтобы избежать ударов и тычков, и увели её к нам в кровать. Дэнни лёг позади неё и изо всех сил и всем своим весом удерживал её на месте. Мы накрыли её целой горой одеял, но она всё равно мёрзла. На улице уже рассвело, когда она наконец заснула.

– Иди на пробежку, если ты в состоянии, – велела я, чувствуя, что иначе он сведёт меня с ума, потому что принимает всю эту историю слишком близко к сердцу. – Закрой дверь снаружи, я останусь с ней.

– Спасибо! – Дэнни поцеловал меня и ушёл.

Видимо он никогда не устанет настолько, чтобы не пойти на пробежку. Я услышала, как он закрыл дверь снаружи и страстно пожелала, чтобы Кристина спала до его возвращения. До этого момента я не посмела бы даже вздохнуть, чтобы не разбудить её.

Не знаю, откуда пришло это ощущение, но внезапно меня охватил страх Дэнни, что мы потеряли её навсегда.