Инфлюенсеры - Лилия Бакинхем

– Подожди, ты о чем? – хором выпалили Кори и Далила.

Но, прежде чем Фиона успела что-то объяснить, из дома донесся крик. Далила широко распахнула глаза.

– Что это было?

– Я… я не знаю. – Фиона шагнула назад, в сторону улицы. Может, зря они сюда приехали.

В доме что-то грохнуло. А потом раздался звук бьющегося стекла. Фиона тяжело сглотнула и поспешила к крыльцу.

– Как думаешь, Джасмин там?

Что-то мелькнуло в крошечном боковом окошке слева от двери: сияние темных волос. Два широко распахнутых глаза цвета фиалки. Фиону мгновенно осенило: Джасмин там. Кричит.

Девушки в ужасе уставились друг на друга. Далила заколотила в дверь.

– Впустите нас! Не трогайте ее!

– Пожалуйста! – эхом отозвалась Фиона.

Удивительно, но в следующее мгновение дверь распахнулась. Миссис Ли выглядела недовольной.

– Какого черта? – проворчала она, оглядывая группу.

Фиона заглянула женщине за спину. Джасмин стояла в дальнем конце холла, потирая ушибленную голову. Кажется, цела.

– Что происходит? – спросила Фиона.

Миссис Ли схватила Фиону за руку и потащила за собой.

– Ради бога, идите в дом. Разве вы не знаете, что фотографы прячутся в деревьях? Они как ниндзя. О чем вы только думали – выстроились у всех на виду!

Фиона споткнулась на пороге. Миссис Ли повернулась и втащила Далилу и Кори внутрь. Фиона бросилась к Джасмин – та прислонилась к скошенной стене, отделанной под мрамор.

– Ты в порядке? – прошептала она. – Что происходит? Мы слышали, как ты кричала!

Джасмин кивнула.

– Знаю. Я споткнулась, когда входила, и вырубилась ненадолго, – прошептала она. – Так она пыталась оградить меня от фотографов. У нее настоящая паранойя.

– Так что вам нужно, ребята? – перебила их миссис Ли. – Разве вы не достаточно натворили? – Она повернулась к Кори: – И где же ты был?

– Извини, – сказал Кори тихим, слабым голосом. Он выглядел таким испуганным, что Фиона чуть не рассмеялась.

Больше никто не произнес ни слова. Наконец Фиона шагнула вперед.

– Где она?

Ничто не дрогнуло в лице миссис Ли.

– Где кто?

– Сами знаете. Скарлет угрожает мне. Она подослала кого-то вредить мне. Вы прячете ее?

– Постой, ты о чем? – воскликнула Далила. – Скарлет жива?

Кори покорно поднял руки.

– Понятия не имею, о чем она говорит, Джина.

Фиона, ничуть не смутившись, взялась за телефон.

– Я собираюсь позвонить в полицию насчет вас – и всего этого. Я скажу, что Скарлет прячется здесь… что она хочет достать меня. И все почему?.. Я, видите ли, украла ее роль? Я увела у нее парня?

– Подожди-ка, – вмешалась Далила. – Скарлет не стала бы скрываться здесь. Они с Джиной ненавидят друг друга. У них была большая разборка вечером после бала. Разве не так, Джина?

– Далила, – смущенно пролепетал Кори, съежившись. – Может, не стоит… я думал, мы просто…

Джина как будто собиралась что-то сказать, но тут Далила выхватила телефон из безвольных пальцев Кори и нажала кнопку воспроизведения видео. Фиона наклонилась, чтобы посмотреть зернистое изображение на экране, запечатлевшее Скарлет и миссис Ли в разгар яростного спора. Неужели запись сделана… в тот вечер? Фиона узнала бальное платье Скарлет. В конце Скарлет заявила, что больше никогда не хочет видеть свою маму. Миссис Ли запротестовала, но Скарлет не отступила. Мать Скарлет выглядела кровожадной. Мстительной.

Фиона внимательно вслушивалась, и некоторые слова Скарлет впечатывались в память. Ты вечно торгуешь мной. Делаешь подлости за моей спиной. А потом заставляешь меня разгребать дерьмо, к которому я не имею никакого отношения.

Что бы это могло значить?

Миссис Ли выглядела потрясенной, когда видео закончилось.

– Где ты это взял, Кори? Ты что, шпионил за нами? После всего, что я для тебя сделала, ты так решил меня отблагодарить?

Кори сокрушенно повесил голову. Далила шагнула вперед.

– Он не шпионил. Он даже не был на балу Благодарности. Кто-то, должно быть, послал ему это видео, потому что обеспокоился. Так вы не хотите объяснить, что все это значит? – Она отступила назад, сложив руки на груди. Фиону впечатлил ее демарш. Вперед, Далила!

– Во-первых, вы идете по ложному следу, – процедила сквозь зубы миссис Ли. – Этот спор со Скарлет – он вырван из контекста.

– Неужели? – Далила подбоченилась. – Или она все-таки высказала все, что думала? И, может, вы не хотели этого слышать?

– Да, я была потрясена, что она решила именно тогда сказать все это. – Голос миссис Ли звучал ровно. – И… согласна, это видео не особенно лестно. Но я просто хотела, чтобы моя дочь была на высоте. Всегда. Мы ссорились из-за видеоблога. Из-за ее беременности. Я подумала, что она сошла с ума. Но я не убивала ее! После этого она забрала у меня ключ от своей квартиры – я даже не могла попасть в дом до следующего утра! Я глазам не поверила, когда наутро попробовала постучать в дверь и обнаружила, что она не заперта. Должно быть, убийца оставил ее открытой… – При слове «убийца» ее лицо дрогнуло.

Фиона и Джасмин обменялись испуганными, скептическими взглядами.

– В любом случае, все это я уже рассказала полиции, – продолжила миссис Ли. – Сказала, что мы поссорились. Что у меня не было ключа. Так что, пожалуйста, не могли бы вы убраться из моего дома? Или я заявлю в полицию на всех вас.

– Минутку. – У Фионы голова шла кругом. Она все еще пыталась переварить разговор Скарлет и миссис Ли. И еще эти слова миссис Ли: Я просто хотела, чтобы моя дочь была на высоте. Всегда. Фиона не переставала думать и о выражении лица Скарлет, когда зашла речь о шантаже – о том, что Скарлет знала про Лану. Скарлет выглядела как будто… недоумевающей. Фиона тогда решила, что Скарлет просто разыгрывает спектакль, но, возможно, здесь было что-то другое.

– Кто угрожал мне, требуя отказаться от роли Кейт? – обрушилась Фиона на миссис Ли. – Скарлет… или вы?

Миссис Ли, казалось, удивил столь неожиданный поворот.

– Разве это имеет значение?

– Конечно, имеет. Ведь из-за этого я сцепилась с вашей дочерью на балу. Я думала, что она мне угрожает. Но, выходит, это были вы?

Миссис Ли подошла к широкой двойной лестнице, присела на нижнюю ступеньку и потерла виски.

– Послушай. Моя дочь получала то, чего хотела, потому что я это обеспечивала. А если она не получала желаемого, я искала выход и находила лазейки. Я была ее главной опорой.