Восточная сказка - Виктория Волкова

Но как только мы с Фродо входим в кухню, мой пес молча подходит к стене. Садится рядом и тянет вверх шею.

- Неужели чувствует? – удивляется хозяйка, быстро убирая со стоящего рядом стола пустые чашки и вазочку с печеньем.

- Эта порода находит людей под завалами, - насупленно объясняю я, а сам думаю, как бы разобрать эту чертову стену. Место, где когда-то у Генки упал молоток, ничем не завешано. Только серые обои, содрать которые не составляет труда. А под ними - гипсолитовые блоки, вынимающиеся из пазов, как конструктор «Лего». И когда перед нами открывается узкая дыра, я с трудом просовываюсь в нее и кричу:

- Алина!

Рядом лает Фродо. Но и сквозь его радостный лай, я слышу голос любимой.

- Я здесь, Гера!

- С тобой все в порядке? – спрашиваю напряженно.

- Да, нормально все! – кричит жена. – Это Глеб Тихомиров меня сюда засунул.

- Не беспокойся, милая, - уверяю Алину. Радость переполняет, конечно. Но гнев тоже. Попадись мне эта сука. Разделаю под орех. Смотрю на узкий проем и обрамляющие его толстые капитальные стены. Алина здесь сможет пролезть. А я даже не втиснусь. Оглядываю монументальную кладку и понимаю, как нам повезло. Этот таинственный отсек выходит в Генкину кухню лишь каким-то кривым аппендиксом. Хоть всю стену разбери, толку не будет. И высота примерно этажа четыре. Настоящий бункер, мать вашу!

- Дай чертеж, - прошу Алишера. Думаю, с какой бы стороны подступиться к этому лабиринту.

Да ни с какой?!

Кинуть веревку с люлькой? Установить лебедку? Легко! Вот только сможет ли Алина подняться?

Она не спортменка… Да тут не каждая скалолазка залезет. А если сорвется. Тут в любом случае подстраховка нужна.

- Говори со мной, любимая! – прошу, лихорадочно соображая. – Ты есть хочешь? Сейчас что-нибудь закажем тебе…

- У меня котлеты и пюре, - докладывает хозяйка. – Можем спустить в судочке. Что же бедная девочка будет там голодной сидеть… Пока вы ее достанете.

- Алина! – кричу в проем. Собираюсь погромче озвучить предложение хозяйки.

- Я все слышу, - доносится снизу. – Каждое слово, Гера. Из всех квартир разговоры. Только сколько ни кричала, все без толку.

- Диггеры тоже утверждали, что когда спускались вниз, отчетливо слышали каждое слово…

- А где они? Можете им позвонить? – прошу с надеждой.

- Нет, - мотает головой мужик. – Я их на улице встретил. Два таких щуплых паренька…

Перед глазами сразу встают парнишки, которых тренирует Айрат. Не хочу к нему обращаться, но, похоже, выбора у меня нет. Сейчас важно достать Алину из этого чертова колодца и привезти домой, пока не запаниковала Настя.

Ищу по карманам визитку. Куда я ее задевал? Выбросил, что ли?

И найдя мятый листок, скомкав, кладу обратно в карман. Не могу, не желаю иметь ничего общего с этим гадом. Наблюдаю, как в встроенном шкафу хозяин ищет веревку, а его жена накладывает в армейский тормозок пюре и котлетку. Режет соленый огурчик и пристраивает его рядом.

- Свет бы туда провести, - вздыхает Пашка, жадным взглядом косясь на обед Алиненка.

- Я сейчас к себе смотаюсь, - бухтит «наш» дедок. – У меня налобный фонарь есть.

- Алина, - зову, - не молчи. Расскажи что-нибудь…

- Я думаю про жирафов, Гера! - кричит мне жена. – Давай поедем в Кению! Мы будем завтракать, а они - заглядывать в окна.

«Мне только жирафов не хватает! – подавляю внутренний вопль. Сейчас больше на жирафа буду смахивать я. Алинке вниз доставят обед, а мне сверху придется тянуть голову и  в расплывающихся тенях искать любимую.

Отметаю глупые фантазии и вслух замечаю добродушно.

- Как скажешь, любовь моя! Хочешь к жирафам, поедем в долбаную Кению…

- Звони в МЧС, - шепотом прошу я Алишера. – Объясни ситуацию. Нужен кто-то мелкий и крепкий. И альпинистское снаряжение

- Алина, - зову жену. – Ты можешь подойти к двери? Мы вызвали МЧС. Может, они эту дверь разрежут?

- Тут полная темнота, Гера. А дверь за поворотом. Я боюсь туда идти. И она толстая очень…

- Сколько?

- Сантиметров двадцать! Ее автогеном не возьмешь!

- Тогда ждем спасателей, - рычу я, усаживаясь около проема. Вижу, как внизу мелькает маленький фонарик. Жена получила посылочку. Надела на голову фонарь и села обедать. Наблюдаю за бледным желтым лучиком, вихляющим во мраке.

«Только бы успеть! – бьется в башке неотвязная мысль. Останавливаю сам себя. Алина найдена. Пусть пока в недосягаемости, но в относительной безопасности.

МЧС приезжает  меньше чем через час. Невысокий щуплый мужичок спокойно оглядывает проем, а потом бросает строго.

- Сейчас достанем.

Кивает на мальчишку, который приехал вместе с ним.

- Готовь снарягу…

- Предупреди жену, чтобы не испугалась, - требует, обвязывая веревку вокруг пояса. Пристегивает карабин.

- Как вы ее собираетесь поднять? – спрашиваю ошалело.

- Привяжу к себе, - роняет он нехотя. – Скажи ей. Не хочу лишний раз пугать.

- Хорошо, - киваю  с тяжелым сердцем. – Малыш! - кричу вниз. – Спасатели уже здесь.

Придерживаю веревку, болтающуюся на крючьях, вбитых в торец. Слышу, как заходят в стену другие, чтобы как по ступенькам поднять Алину. Умный ход. Слышу обрывки малопонятной речи. И когда жена показывается в проеме, подхватываю ее на руки.

- Алиненок мой, девочка родная! – целую в висок, а затем - в глаза. – Как ты?

- Я знала, что ты меня спасешь, Лиманский, - шепчет она, пряча лицо у меня на груди. – Я звала тебя, Герочка. И ты пришел.

92

Глава 25

Алина

Всю дорогу до дома я прижимаюсь к мужу. Хватаюсь за предплечье. Глажу по коленке. Чувствую его тепло и даже подумать боюсь, как могла лишиться всего. По какой-то неведомой причине Глеб Тихомиров решил меня похоронить заживо. Его, конечно, арестовали сразу же, как только мое заявление поступило в полицию.

- Это была шутка, - заявил он дознавателям. – Я бы ее все равно отпустил…

- Засадить его будет трудно, - вздыхает Лиманский. – Но я приложу все усилия, чтобы эта тварь топтала зону лет так пятнадцать. Дело под контролем у Стаса.

- Его даже не задержали, - вздыхаю я,