Уходя, не уходи - Лилия Фандеева

– Хорош сомневаться, Никита. Ты обходишь седан, а я пристраиваюсь ему в задницу. Поехали!

– Алекс, на тебе встречка. Не станет он таранить твой танк, – сказал Никита.

«Гонщики» заметили, что синий седан уже догнал Ауди Жени и пытается столкнуть его с дороги в кювет. Расстояние между «гонщиками» и седаном сокращалось.

– Женька, уходи в отрыв на три-четыре километра. Пошёл! – Алекс, ты где?

– Гоню по встречке, жду команды, – ответил водитель Ленд Крузера. – Мне тебя пропустить надо.

– Перекрывай встречку, как только я начну тормозить, – сказал Никита, и, обогнав седан, занял его полосу. В зеркало заднего вида, он видел, что Кирилл «пристроился» в хвост седана. Он проехал ещё километр, чуть обогнав седан, и резко затормозил. Его машина встала поперёк дороги. На встречной полосе «развернуло» машину Алекса.

Водитель седана, понял в одну секунду, что все их планы говно, в сравнении с тем, что делает молодёжь. Она не играла, она спасала Ауди. Спидометр показывал скорость девяносто, до тёмной Ауди с драконом оставалось метров сто. Он, уклоняясь от прямого столкновения, вывернул руль вправо, но насыпи после полотна не хватило. Машина, потеряв под колёсами дорожное покрытие, пролетела в воздухе метров десять и приземлилась, зарывшись капотом в землю. Две машины развернулись и, не останавливаясь, поехали в сторону посёлка, набирая скорость. За ними последовала третья. На дороге осталась Ауди Жени. Она остановилась, заметив полёт «ласточки». Отец и сын вышли из машины, дожидаясь Павла Ивановича, который уже притормозил на обочине. Втроём они спустились по откосу к машине. Андрей Викторович проверил пульс у пострадавших. Водитель был ещё жив. «Синяя сумка, сын болен…», – сказал он чуть слышно и потерял сознание.

– Вряд ли он дождётся скорой помощи, – сказал Платов Яковлеву, который вызывал полицию. – Что будем делать?

– Если не можешь ничем помочь, стой и молчи, – попросил он, осматривая машину. – Женя, возьми синюю сумку и отнеси в багажник моей машины. Последнюю волю умирающего человека нужно исполнять. Успокой женщин и возвращайся назад. – Он надел перчатку на одну руку и открыл вторую сумку. – Положи валюту в карман, рассчитаешься с ребятами за этот цирк. Деньги пассажирам больше не понадобятся. Что ни говори, а запрещённые гонки сегодня нас выручили, как выручила и перестраховка с пересадкой в другую машину. Ты знаешь, в машине Евгении был тротил, от которого не осталось бы ничего, кроме горстки пепла, – говорил он. – Анастасия Геннадьевна Зарайская не собиралась оставлять подельников в живых. Полюбуйся, – показывая шприцы, наполненные жидкостью, сказал Павел Иванович. – Вот примерно таким, она пыталась убить Женю, а может и двух Жень. У мужиков при себе нет даже ножей, а дама хорошо подготовилась. Как думаешь, зачем им две гранаты и пистолет? – спросил Яковлев, не трогая «арсенал». – Готовьтесь давать показания, команда прибыла вместе с медиками.

Начали с осмотра Ауди, на заднем левом крыле которой были свежие следы вмятин с синей краской седана. Андрей и Евгений Платовы давали показания. В машине Павла Ивановича, прижав дочь к себе, плакала Евгения. Медики уехали, констатировав смерть всех троих. Прошли не менее получаса, прежде чем Платовы смогли покинуть место аварии. Андрей и Женя поднялись к машине и Евгения, наконец, сумела обнять сына и мужа.

– Господи, как же я переволновалась за вас, – говорила она, целуя сына, которому пришлось наклонить голову.

– Мам, всё в порядке, – приподняв мать, сказал Женя. – Не плач. Всё уже позади.

– Не плач? А если бы вместо синего седана там «лежала» твоя машина? – говорила Евгения дрожащим голосом.

– Жень, сын прав – тебе нужно успокоится. Видишь, как плохо не соблюдать дистанцию и скоростной режим, – пытался пошутить Яковлев, глядя на лицо Евгении со следами слёз. – Езжайте к отцу, а вечером я к вам зайду.

– Пап, садись за руль, что-то у меня руки дрожат, – попросил Женя, занимая пассажирское сидение.

– Ты уверен, что она мертва? – спросила Евгения мужа.

– Смерть была мгновенной. Она свернула себе шею, – ответил Андрей, поворачивая ключ в замке зажигания. – Собаке – собачья смерть. Нам с Женькой нужно появиться в полиции в понедельник.

Платовы уехали, а Яковлев спустился к разбитой машине.

– Майор, ты не удивляйся, что я оказался здесь, – говорил он, доставая из кармана бумагу. – Я подполковник полиции в отставке, а ещё сосед этой семьи. Это твои пассажиры, – протянул он бумагу. – Из этой троицы, женщина два месяца назад вышла по УДО, а сидела за покушение на убийство моей соседки. Решила закончить дело, но что-то не получилось. Платов рассказал мне, что эта дама приходила к нему на работу, грозилась, что закончит начатое. Я не мог не вмешаться. Чего-то подобного я ожидал, поэтому и, так сказать, присматривал. Я знал, куда поедут Платовы сегодня, и ждал от этой троицы пакостей. Машину, на которой они должны были поехать, попросил сменить. Она стояла во дворе дома и с неё сняли взрывчатку. Все материалы есть в пятом отделе.

– Вы хотите сказать, что знали о покушении? – спросил Павла Ивановича следователь, глядя на него с недоумением.

– Я сказал, что был уверен в покушении и пытался как-то его предотвратить. Это могло случиться вчера, завтра. Я подъехал, когда машина уже летела с дороги. Да, на въезде в посёлок, стоит машина. Если эта в угоне, значит, ту приготовили для отхода. Это мой номер телефона. Звони, чем смогу, помогу.

– Почему они не обратились в полицию? – спросил майор, и понял, какую глупость сморозил.

– Ты сам, майор, понял, о чём спросил? – улыбнулся Яковлев. С чем, с заявлением, которое бы не приняли? Где им было взять доказательства угроз, свидетелей? Не мне тебе объяснять, какие нужны веские доводы. Ты в машине ничего странного не заметил?

– Нашли две гранаты, пистолет, вещи, деньги и шприцы с какой-то жидкостью, – ответил майор. – Криминалисты разберутся.

– Лично у меня версия проста как три копейки. Машину хотели сбросить с дороги, потом взорвать. Представить это так, что взорвалась она сама, после аварии. В шприцах, скорее всего, отрава для подельников. Именно так она покушалась на Полянскую три года назад. Эту машину, скорее всего, она бы бросила, а ушла на той, что стоит у посёлка, ликвидировав сообщников. Я дарю тебе эти три копейки. Работай.

Яковлев развернул машину и поехал в город. У него было два неотложных визита, которые он должен был сделать первым