Госпожа Вольтури - Яна Бендер

луны, поляна, на которой столпились хороводы ведьм, читающих латинские заклинания… Рядом Агнесса, просящая меня о помощи…вой моих сородичей, блеск алых глаз слуг Вольтури, но ни те, ни те не могут, в силу каких-то веских причин, добраться до нас и помочь нам. Все словно застыло в вечности и только шепот мистических фраз заставляет меня и дочь главы вампирского клана двигаться вперёд…

– Что происходит с тобой, когда ты просыпаешься? – уточнила я.

– Я чувствую неутомимое стремление куда-то…меня словно зовут в другие места. Определить куда – невозможно. Одно могу понять…я слышу в голове заклинания до тех пор, пока не выпью крови или не разорву клыками живой плоти.

Я поднялась со своего места, прошла по залу, заложив руки за спину.

– Что думаешь об этом? – спросила я у Джейн.

– Не могу сказать ничего определенного… Нужно, чтобы Аро приехал сюда.

– Анаит… – вмешалась Соня. – И ее великий колдун. Уж он-то, точно знает, что к чему.

– Точно! – с некоторым восхищением произнесла я. – Как же я могла забыть?!

– Нашим детям угрожает опасность. Я в этом уверен, – заявил Люциан. – Эти сны начались после того, как в наш замок пришла одна женщина… Она была не из наших, но и не из холодных… Ее глаза…они были ярко-зеленого оттенка, белые волосы…словно седые… Голос, вроде старческий, но, в то же время ласковый, усыпляющий. Она попросила приюта, хотя я видел, что она поняла, кто мы такие… Она провела здесь ночь, посреди которой столкнулась в коридоре с Леоном.

Ликан замолчал и посмотрел на сына.

– О чем она тебя спросила тогда? – обратился он к нему.

– Она загадала загадку и сказала, что, когда я найду ответ, то освобожусь. От чего…мне этого не известно.

– Что за загадка? – раздался звонкий голос Джейн из-за моей спины.

Она явно оживилась, когда речь зашла о ведьмах.

– "То, что есть у многих существ, что ты видел, но всегда будет недоступно для тебя, сын ликана!" – процитировал Леон.

– Под такой вопрос можно подогнать любой ответ! – хмыкнула я.

– Она сказала, что ответ я должен дать на латыни при свете кровавой луны, иначе так и останусь запертым в темноте своего существования, – добавил наследник Люциана.

– С латынью проблем не будет, – заверила я. – Но нам предстоит отгадать, что все это значит…

– Нам нужен Аро! – напомнила Джейн.

– Мы и без него справимся! – отрезал предводитель оборотней.

– Было бы неплохо пригласить Анаит с ее спутником. Они всяко больше нас поймут… – заметила Соня ещё раз.

– Джейн, отправляйся к ней. Скажи, что она мне нужна. Ещё сообщи Вольтури, чтобы прибыли сюда. Агнесса в опасности. Пусть Маркус присмотрит за ней в дороге.

– Да, моя госпожа, – она резким движением покинула помещение, оставив нас вчетвером.

– Его здесь только не хватает! – выказывал недовольство Люциан.

– А сколько раз он спасал жизни тебе и твоим близким? – напомнила ему Соня.

У него не нашлось аргументов против этих слов.

Ночь легла тяжёлым камнем над севером Венгрии, и Леон отправился спать.

Я стояла у окна среди мрака каменного замка, глядя на растущий диск луны. До моего слуха донеслись осторожные шаги по огромным мраморным плитам комнаты.

– Зачем пришел? – спросила я нарушителя моего спокойствия.

– Нашим детям грозит опасность. Хочу узнать твои планы на предстоящие события, – глубоким бархатным голосом Люциана запела тишина.

Я резко повернулась к нему лицом, так что лунный свет падал на меня со спины.

– Признайся честно… – я начала медленно подступать к нему, а он отходил все ближе к противоположной стене. – Ты просто хотел побыть со мной…

– Нет, – произнес он, и я почувствовала запах лжи.

– Говори правду, – настойчиво, но мягко требовала я, уже почти прикоснувшись своим телом к его.

– Да…– с трудом выдохнул он.

– Я хочу лишь одного… – остановившись в паре миллиметров от его губ, прошептала я, – уберечь свою дочь.

– А я сына… – подхватил он, уже готовый сдаться мне в эту ночь.

Я резко метнулась в сторону и остановилась у двери, ведущей в коридор.

– Неужели ты подумал, что я изменю своему мужу, так же позволяя и тебе нарушить законы Вольтури? – я блеснула белыми клыками в темноте, изобразив злорадную улыбку.

– Ты любишь меня дразнить, – с упрёком заметил он.

– Да, я люблю тебя, – я сделала паузу буквально на мгновение, – дразнить.

– Если убрать последнее слово, то я услышу то, о чем мечтал так долго…

– Но я не люблю тебя конкретно. Люблю лишь дразнить и доводить до безумия.

Он тяжело вздохнул, а я незаметным движением покинула комнату.

В коридоре я столкнулась с Соней. Она удивлённо на меня посмотрела.

– Держи своего мужа подальше от меня, – пропросила я её.

– Почему? – уточнила она.

– Кем бы он ни был, ликаном или неизвестно кем, в нем течет кровь, а новообращённые довольно часто испытывают жажду. Хотя, кому я это объясняю? Сама же все знаешь.

– Ты хочешь его? – задала она мне вопрос, от которого я несколько опешила.

– Поясни, будь добра, – произнесла я.

– Тебя столь сильно мучает жажда, что ты готова испить кровь вервольфа?

– Ах, ты в этом смысле… Нет. Я пока ещё способна контролировать себя, но долго мне не продержаться. Его счастье, что я сегодня была на охоте.

– Джейн тоже?

– За нее можешь не волноваться. Она опытнее меня в этом плане.

Соня улыбнулась мне и зашла в комнату, где был Люциан. Что происходило дальше – мне неведомо. Одно для себя я поняла точно, она гораздо счастливее меня.

Нет, я, ни в коем случае, не ропщу на свою жизнь, но Соня…она не знала никого, кроме своего мужа. Всегда любила только его и ни разу не была с другим. Ей повезло и в том, что однажды ей удалось умереть, чего на протяжении двух тысячелетий не хватало мне.

Я спустилась в большой зал, разместилась на диване и посмотрела по сторонам. Здесь было мрачно и пусто. Громадные каменные глыбы выступили из стен, давя на меня своим видом. В огромных рамах висели старинные портреты, среди которых мне удалось увидеть и Виктора, отца Сони. Все здесь напомнило о многовековой вражде оборотней и вампиров, начавшейся после восстания Люциана.

Сейчас же все изменилось. Вольтури стали союзниками вервольфов, а ликаны оказались не такими уж и варварами.

За моей спиной проскрипела массивная дверь, и я почувствовала чьё-то присутствие в зале.

– Госпожа Вольтури, – раздался грубый мужской голос.

Я повернулась к говорившему и резко села на край спинки дивана.

– Я тебя слушаю, Пирс, – спокойно отвечала я, увидев напротив соратника Люциана.

– Я бы хотел получить