Любовь и Боль - Стеффи Ли

Но вместо обычных слов приветствия или благодарности, мой рот выпускает на свободу мучившие горло, вопросы:

— Почему за эти два года ты ни разу не появился? Почему не связался? Не пытался позвонить или встретиться… — слова вылетают сами, не давая времени их обдумать. — Почему так просто отпустил, если то, что ты вчера сказал правда и ты меня … — но договорить так и не получается.

— Правда. — врезается в меня наполненный свинцом ответ Райана, облачая его в маску напряжения.

В эту минуту откуда-то слева слышатся быстрые шаги и с криком:

— Сюрприииииз! — появляется моя любимая блондинка.

Она в светлых джинсовых шортах и синей рубашке, на ногах лимитированные nike air force, а в ушах сверкающие бриллиантовые серьги-капли. Озорная улыбка, способная осветить любую темную дорожку и руки готовые заключить в крепкие объятия.

— Терять сознание от счастья не стоит, но вот искренним объятиям быть!

— Лизи! — издаю радостный вопль и кидаюсь ей на шею, стараясь не убить случайно пакетами. — Ты же говорила, что у тебя не получается приехать? Я бы тебя встретила!

— Иначе не было бы сюрпризом. Меня встретил мой звездный водитель. — указывает на брата. — Правда я сразу отработала свой проезд, отгородив пострадавшего от назойливой фанатки, готовой на все ради прикосновения к его цветочку. — гордо заявляет она и тут же получает гневное:

— Элизабет!

— Чего ты завелся? Сам же вопил, как недотрога, что тебя почти полапали там прилюдно. — не унимается Лизи, многозначительно тыкая на его ширинку, а затем обращается ко мне. — А ты нас не впустишь внутрь, Хлоя-моня?

— Ой, конечно! Заходите! — только сейчас понимаю, что мы все это время стоим в коридоре.

— Какая милая квартира! — восклицает Лизи, осмотрев все мое жилье за пару минут.

По сути, квартира самая обычная. Довольно небольшая и выполненная в скандинавском стиле, с одной спальней и уютной просторной кухней.

— Я, наверное, поеду. — неуверенно произносит Райан, который, в отличие от своей сестры, не спешит плюхнуться на плюшевый серый диван в гостиной.

— Посиди хоть немного с нами, а потом поедешь. Ты же наверняка ничего с утра не ел. А если Хлоя поделится с нами всем тем, что ты для нее купил, то мы все сможем нормально позавтракать. — она говорит быстро и уверенно, не давая ему и шанса вставить слово.

Он нерешительно поворачивается ко мне, и я считываю все его сомнения по одному только взгляду.

— Конечно, оставайся. — заверяю радушно.

Не выгонять же его и не требовать в присутствии Лизи немедленно ответить на вопросы.

— Сейчас я быстро оденусь и все вместе позавтракаем.

— Как в старые добрые времена! — восклицает подруга. — И, кстати, можешь не переодеваться и ходить в этом белом полотенце и дальше, — хитро подмигивает мне.

Кажется, мы вдвоем с Райаном готовы ее немного придушить.

— Чего вы так на меня уставились? Ты прямо на русалочку в нем похожа. Которая только вышла из пены морской. — сравнение не ускользает от нас обоих.

Райан, предлагая помощь, забирает пакеты и относит их на кухню, а я спешно удаляюсь в спальню переодеться.

Закрывшись, успокаиваю себя и уговариваю сердцебиение вести себя здраво. В том, что мы позавтракаем втроем нет ничего предосудительного. И потом я же не в самом деле буду ходить перед ним в полотенце.

А ведь он так смотрел.

Все это время, я кожей ощущала прикосновения его взгляда.

Одеваться, как на светский прием, нет смысла, поэтому надеваю бежевый шелковый комплект белья от Victoria’s secret, а сверху хлопковые синие шорты и белую майку с нарисованным на ней Стичем, с радушной надписью «Hugs!». Собственно, в таком виде я обычно и хожу по дому.

Вдох.

Выдох.

И моя лучшая походка и я выходим из комнаты и идем на кухню.

Вселенная, ну зачем он так смотрит. Но сладкая пытка длится всего миг, потому что в следующую секунду он снова улыбается сестре, с которой о чем-то беседует.

Видимо, путь мой действительно указывает на огненный вертел — огорчение слишком явно бьет в груди от мысли, как мало задержались на моих ногах глаза Райана.

Надо думать, о еде, — убеждаю себя на кухне и открываю крафтовые пакеты. Лизи права, нам троим этого хватит сполна. И не только на завтрак. Круасаны, различная выпечка с кремом, печенья, сэндвичи, слойки, пончики, капкейки. Сложно так сразу понять, чем он руководствовался при выборе…

— Думаю, он решил скупить пару магазинов. — читает мои мысли подруга, практически проталкивая своего брата на кухню. — Если бы не эти остановки у нескольких кондитерских, мы бы приехали к тебе намного раньше.

— Элизабет! — желваки на скулах Райана идут в пляс.

— И главное не разрешил мне по пути ничего попробовать, представляешь? Жадина. — они усаживаются за столом, и девушка с аппетитом тянется к малиновой слойке.

Телефон Райана звонит, и он уходит из кухни обратно в комнату. Проводив его взглядом, подруга поворачивается ко мне:

— Ты же не против, если я у тебя останусь?

— Конечно, нет! Я же сама тебе предлагала остаться у меня, если приедешь.

— Помню, поэтому и уговорила его везти меня сразу к тебе. А-то он собирался отвезти меня к себе и только потом заехать к тебе, представляешь? — она с аппетитом жует и смотрит на меня любопытными глазами, словно пытается узнать начинку. Молчание быстро перестает быть ей интересным, и она тише добавляет. — И часто он к тебе по утрам заезжает с провизией?

— Да это первый раз! — возмущенно отвечаю, поперхнувшись чаем.

— Ах, это ваш первый раз! Так вот почему ты вышла к нему в полотенце…

— Лизи!

— Девушки, — в дверях появляется Райан. — Мне нужно будет уехать, извините не смогу остаться.

— Нам больше достанется. — пожимает плечами его сестра. — Только не забудь занести мой маленький чемодан.

Когда дверь за ним закрывается, подруга радостно восклицает:

— Ура, он перестал быть Волан де мортом!

— Что? — кусаю круассан.

Вкус, конечно, не сравнится с теми, которые делают во Франции, но тоже неплохо.

— Райан был тем, о ком нельзя говорить. А сейчас можно! Ой, даже не отрицай, по твоему лицу все вижу! И ты мне все расскажешь, — азартно блеснув глазами, произносит подруга. — Иначе я отберу у тебя всю эту еду. — бессердечно грозится она.

Глава 55

Райан

— Вот дерьмо. — произнёс Сэм Тойлон, когда мы первый раз столкнулись с ним на съёмочной площадке.

Он нервно обвел глазами павильон и только после