Страстный защитник - Мэдлин Хантер

– Удрал он, Анна, – сказал Морван поздним вечером, когда они, обнявшись, лежали в постели. – И похитил твоих лошадок.

– Никогда в это не поверю. Луи не вор.

– Факты говорят обратное, – терпеливо возразил он. – Случись с ним что худое, мы отыскали бы лошадей. И его тело. Или нашли бы его раненным. В общем, все ясно.

– Ничего не ясно. Зачем бы ему бежать отсюда? У него хорошее ремесло, он живет в достатке.

– Не смог пересилить свою досаду.

– Нет, по-моему, он вполне уже примирился с тем, что служит английскому лорду.

– Твоя правда. Но у бедняги душа переворачивалась из-за того, что ты вышла замуж. Он ведь в тебя влюблен.

Она, смеясь, махнула на него рукой:

– Морван, брось! Бред какой-то!

– Он тебя боготворил.

Она снова беззаботно рассмеялась.

– Ты мне льстишь, Морван. Это в тебе ревность заговорила. И подозрительность. Еще немного, и мне придется выслушать от тебя, что и Карлос, и Асканио, и Грегори без памяти влюблены в меня. – Она легонько ткнула его кулаком вбок.

Он обнял ее и прижал к себе.

Все еще невинна, как дитя. Все еще пребывает в неведении о том, как хороша, как одним взглядом сводит мужчин с ума. Его удивляло и умиляло это простодушие полевого цветка, щедро дарящего свою красу всем и каждому, но лишенного возможности самому ее лицезреть.

Наутро он отправился объезжать свои владения. Он решил, что станет делать это регулярно, намереваясь стать образцовым хозяином. Следовало побывать на всех границах, познакомиться с крестьянами, свободными поселенцами, подметить все недочеты в работах. Следующие шесть дней он уезжал из крепости рано поутру и возвращался поздним вечером, так что у него не оставалось сил вникать в детали обихода Ла-Рош-де-Роальд, которые прежде он не оставлял без внимания.

Ближайшие земли он посетил в последнюю очередь. Вернувшись в замок раньше обычного, Морван и рыцари, которые его сопровождали, прошли в зал. Им подали эль. Стоя у одного из столов, они обсуждали события минувшего дня.

Вдруг Морван заметил во тьме коридора какое-то движение. Приглядевшись, он увидел, что к нему направлялись женщины в белых одеяниях и белых чепцах. Шествие возглавляла дородная особа средних лет. Морван вспомнил, что она ткачиха и швея, работает в замковой мастерской и зовут ее Ева. Именно она сметывала перед примеркой свадебное платье Анны.

– Милорд, мы желаем говорить с вами, – заявила она. Морван жестом велел рыцарям удалиться.

– В чем дело?

– Это насчет леди Анны, милорд. Она теперь всем хозяйством распоряжается. Говорит, по вашему приказанию.

– Так оно и есть. Это ее право, – сурово произнес он. Ева нервно облизнула губы. Из-за ее спины выскочила бойкая молодая девица и выпалила:

– Она новые порядки заводит, милорд!

Ева мрачно кивнула:

– Истинно так, милорд. Все теперь у нас шиворот-навыворот. Станки велела переставить в ряд, так что мы больше не можем говорить друг с дружкой. Сказала, так мы больше наработаем.

– И нитки для вышивания велит держать на крючках, на стене. Все они теперь у нас общие и по цветам разобраны, – добавила другая. – А раньше-то сподручней было, каждая из своей корзинки вытягивала, что ей надобно.

– А еще миледи сама изволит приходить к нам в швейную, – пожаловалась тощая старуха. – Чинит ваше платье, милорд. – При этих ее словах некоторые из швей выразительно закатили глаза, другие многозначительно на него взглянули. Морван понял, что последнее сообщение требует его особого внимания и нехотя кивнул:

– Пойдемте, я сам на все это взгляну.

В окружении белых чепцов и колышущихся белых платьев он прошел в швейную комнату. Все оказалось так, как они говорили.

Теоретически благодаря этим новшествам женщины должны были бы работать быстрее и производить больше холстов, вышивок и платья. Но они вряд ли станут особо усердствовать, будучи лишены привычных маленьких радостей – поболтать всласть да поглазеть друг на дружку. Только глупец мог этого не понять. Анна же была далеко не глупа.

Морван погрузился в размышления.

Их, однако, тотчас же прервала сердитая Ева:

– Вы только посмотрите на это, милорд! – В руках у нее оказался один из его камзолов. Коричневый, немного широкий в плечах. Морван не очень им дорожил. Теперь на обоих рукавах камзола была вышивка. Рисунок был расположен криво, неровность и неряшливость стежков бросались в глаза.

– Всю неделю она над ним трудилась. Я два раза все начисто выпарывала, времени своего не жалеючи, потому как мне жаль господского добра. А она знай свое! Если так и дальше у нас пойдет, придется вам пожаловать этот камзол кому-то из конюхов, миледи его загубит.

– Мы чуть со смеху не померли, как узнали, что миледи станет чинить да вышивать ваше платье, – хихикнула старуха.

– А что об этом думает леди Катрин?

– Отказалась нас слушать. Говорит, леди Анна теперь полная хозяйка в крепости, вот ей, мол, и повинуйтесь.

Вот как. Значит, и эта с ней заодно.

– Я с ними поговорю, – пообещал он и попятился к выходу.

Женщины продолжали хором жаловаться на его супругу.

Он перевел дух, лишь очутившись в спасительной тишине зала. Но и здесь ему не суждено было насладиться покоем: у очага стояла молоденькая служанка. Она явно ждала его.

– Что тебе?

– Я судомойка, милорд. – Девушка нервно потерла ладони одну о другую. – Повар сказал, вы сегодня рано вернулись в крепость.

– Да. Это его огорчило? Ему хотелось бы, чтобы я дольше отсутствовал?

– Нет, что вы, милорд, как можно. Просто ему надо кое-что вам сказать. И другим тоже. Не соизволите ли пройти на кухню?

Он молча последовал за ней к выходу из замка. Пройдя через широкий двор, они приблизились к зданию кухни.

Облака пара, чад, шум и треск, звуки множества голосов ослепили и оглушили его. Но через несколько мгновений, как только он был замечен, в просторном зале воцарилась тишина. Из дальних углов к нему двинулись двое мужчин и женщина. В центре стоял толстый лысый коротышка с мясницким ножом в руке.

– Милорд, я Пьер, главный повар, – с достоинством представился он. – Служу здесь уже два десятка лет. Я армии кормил. Я кормил богатейших лордов и герцогов! И во время чумы я тут остался. Мои подмастерья и поварята разбежались в разные стороны, как крысы, а я остался тут. Никуда не сбежал, стряпал на всех, на здоровых и больных. – Он угрожающе наставил на Морвана кончик ножа. – И теперь вы хотите мне сказать, милорд, что вы мной недовольны?!

– С чего ты это взял, друг мой? – заискивающе улыбнулся Морван. – Яства, что ты нам готовишь, выше всяких похвал!