Капкан - Одри Раш

— Но ты думал о том, чтобы убить ее. — я сжимаю кулаки, затем поднимаю их вверх. Я хочу ударить его по лицу, но это ничего не изменит. — Ты думал убить меня.

Он моргает.

— Тебя это правда удивляет?

Я прижимаю руки к бокам.

— Я думала, что могу доверять тебе. — шиплю я. — Я думала, что ты единственный человек, с которым я могу быть настоящей.

— Забавно, не правда ли? — он вздыхает.

И в каком-то смысле это забавно. Это жалко и грустно, и мне хочется кричать. Предоставляя мне информацию о получении новой личности, он дает мне спасательный круг. И все же он все еще отрицает свои чувства ко мне.

Мне больше не нужна его помощь.

— Мне это было не нужно. — плачу я, и указываю на его офис внизу. — Уинстон. Броуди. Дин. Мой отчим. Я хотела тебя, Кэш, потому что думала, что ты меня видишь. Но все, что ты видишь, это ты сам.

Он фыркает через нос, как будто я комнатная муха, которую он наконец-то собирается раздавить.

— Удачи в просмотре этих видео. — говорит он, наклоняя голову к моей сумочке. — Ты обвиняешь себя так же, как и меня.

Кэш знает меня лучше, чем кто-либо другой, и все же он все еще думает, что я сдам его в полицию. Он действительно не может мне доверять, и это больно.

— Остальные камеры я оставила тебе. — говорю я, указывая на маленькие черные устройства, разбросанные по потолку, а затем открываю входную дверь. — Не следуй за мной.

Я спускаюсь по ступенькам к своей машине. Я сажусь на переднее сиденье и тут же завожу двигатель, убираясь с этой улицы. Кэш мог бы последовать за мной, но сейчас он слишком горд, чтобы что-либо сделать.

Я останавливаю машину перед арендованным мной домом. Здесь пусто и темно, и я больше не могу себе представить, как зайду внутрь. Раньше Кэш ждал меня в подвале, но по какой-то причине я не могу отделаться от мысли, что на этот раз это действительно конец.

Слезы удивляют меня, словно поток, а затем внезапно рыдания перехватывают у меня дыхание. Я бью по рулю до тех пор, пока у меня не заболели ладони. Мои плечи вздымаются, и я оглядываюсь через плечо, надеясь, что найду его там.

Но я одна. Я не могу дышать. Кэш убил Уинстона, а я убила своего отчима.

Мы больше не нужны друг другу.

Но я знаю правду. Кэш никогда не нуждался во мне. Я та, кто нуждалась в нем.

Усталость наполняет меня. Дорога до входной двери кажется походом через горы, и я подумываю о том, чтобы переночевать в машине. Но если кто-то найдет меня утром, мне придется объяснять или лгать о том, что произошло, а я не хочу иметь с этим дело.

Оказавшись внутри дома, я подключаю камеру видеонаблюдения к компьютеру. Мне нужно стереть отснятый материал, но, просматривая записи, я смотрю ночь, когда я убила своего отчима.

Я должна была бы быть озадачена, видя, как я делаю что-то настолько ужасное, но в этих кадрах я смотрю лишь на Кэша. Он смотрит на меня горящими глазами, как будто действительно гордится мной.

Мне бы хотелось, чтобы у нас все еще было что-то.

Я падаю на кровать и обнаруживаю темное пятно на стене надо мной. В нем есть дырка — маленькая, шириной с колпачок ручки, может быть, больше — и она всегда была там. Это заставляет меня думать о Кэше.

Я отрываюсь от этой маленькой дыры. Погружаясь в мрачные сны, я представляю Кэша по другую сторону стены, вглядывающегося в мою жизнь и видящего все, что я скрывал. Это бесит, но в какой-то степени и утешает.

— Пожалуйста, вернись. — шепчу я и поднимаю руку в воздух, ударяя по щели.

Я глубоко принюхиваюсь, пытаясь уловить его хвойный запах, но ничего не чувствую. У меня заложен нос, но даже если бы это было не так, я знаю, что его здесь нет.

— Останься со мной.

Вскоре сон находит меня, поглощая целиком.

* * *

В входную дверь стучат кулаком, после чего раздаются многочисленные звонки в дверь. Моё сердце замирает в груди.

Это Кэш?

Но это не он. Он никогда бы так не постучал, он сам приглашает себя. Я смотрю на часы, сейчас полдень. Как я спала так долго?

Я выключаю программу записи камер видеонаблюдения на своем ноутбуке, затем поправляю одежду. Я нахожу Питера в джинсах и рубашке на крыльце. Его глаза расширяются.

— Ремеди. — шепчет он. — Что случилось с твоим…

— Кошка поцарапала. — вру я.

Порез на моей щеке, нанесенный Кэшем, выглядит еще хуже, но это не больно.

— Как дела?

— У меня есть просьба. — он вытирает нос. — Не возражаешь, если я войду?

Я не люблю оставаться наедине с мужчинами, кроме Кэша, но после того, что я сделала с отчимом, мне уже не так страшно.

Я делаю шаг в сторону и впускаю Питера. Дверь за нами закрывается, и плечи Питера расслабляются.

Его глаза удерживают меня так, будто он сожалеет о том, что собирается сделать. Совершила ли я ошибку?

— В чем дело? — спрашиваю я. — Почему ты так смотришь на меня?

— Ты доверяешь мне, Ремеди? — он спрашивает.

Мысленно я кричу: Нет, нет, нет.

Но я смотрю на него и сохраняю прямое выражение лица.

— О чем ты? — спрашиваю я.

— Я видел кадры с камер.

Я закатываю глаза.

— Какие кадры?

Он указывает на мою спальню.

— Где твой ноутбук, там? Кадры из офиса Кэша.

В груди сжимается, а в горле пересыхает. Он видел запись? Если Питер увидел кадры, где я убиваю отчима, а Кэш помогает, то что мы будем делать?

Есть ли вообще еще «мы»?

Голова раскалывается, каждый удар сердца душит меня от боли. Мне хочется встряхнуть его и спросить, что, черт возьми, происходит.

Но я едва могу двигаться.

— Что? — шепчу я.

— Мне придется арестовать тебя. — медленно говорит Питер. — Я готов помочь тебе заключить сделку о признании вины, но дело в том, что мне нужен Уинстон. И единственный способ получить его это — ты.

Я не осознаю, что двигаюсь назад, пока не натыкаюсь на стену. Я скольжу по поверхности, пытаясь найти другой выход. Это идеальное время для того, чтобы Кэш появился, как он всегда делает, но нет ни шагов, ни соснового одеколона.

Мы с Питером одни.

— Я не хочу причинять тебе боль, — говорит Питер, подходя ближе. Он вытаскивает