Пирос - Дарья Кей

— Он обуза. Ему здесь не место. Пусть вернётся на базу.

— Нет-нет-нет! — воскликнул Эйрик. — Я так не могу! Так нельзя! Я не…

— Тихо, — выдохнул Хейдан, поднимая палец.

Он сосредоточенно смотрел на руины, окружающие машины. К ним с противоположной стороны подбирался отряд генерала Флиннстоуна, и, стоило подойти достаточно близко, как словно из ниоткуда появились охранники.

— Если мы пойдём туда сейчас, — сказал командир, — им придётся разделиться. По крайней мере одну махину мы собьём точно.

— Нас мало…

Филипп бросил взгляд на Эйрика.

— Я прикрою парня, — сказал Эрзет. — Очухается — и покажет ещё, правда? — Он потрепал Эйрика по плечу; тот распахнул глаза от неожиданности и закивал так рьяно, что казалось, голова может оторваться.

Филипп не поверил, но говорить ничего не стал.

Хейдан коротко кивнул и, глядя на Филиппа, тихо скомандовал: «Вперёд».

* * *

Они были опасно близко к сражению: пять этажей — ерунда для тех, кто умеет летать, но их не замечали. Слишком занятые убийством друг друга, воины и не подозревали, что кто-то следил за ними сверху, думая о том, как вся эта бурлящая жизнь уйдёт под землю. Для них больше не было разницы, кого убивать. Все были врагами. Все бы убили их при возможности.

Мир работал до жестокости просто: либо убиваешь ты, либо убивают тебя. «Охота на охотников» была изначально проигрышной стратегией. И скоро они все должны были об этом узнать.

— Ты не собираешься вниз? — спросила Анна. — Ты ведь хотел сюда.

Хог мотнул головой.

— Если я спущусь, всё прекратится быстро. Пусть Харон и Орел поиграют.

Анна скептически поджала губы. Её мучило плохое предчувствие с момента, как Хог сказал, что началось нечто большое. От этого предчувствия сводило желудок, оно заставляло озираться, ожидать подвоха и опасности отовсюду. А ещё оно подпитывало адреналин. Кровь бурлила, и, что бы Анна ни думала о затее вмешиваться в войну, она не могла не признать: это было весело. Весело, когда по телу дрожью проходит предвкушение от ощущения силы. Когда руки трясёт от энергии. Когда ты можешь стать одним целым с этой энергией и знаешь, как её нужно использовать. Этот кружащий голову азарт!

— Я тоже хочу поиграть! — заявила Анна, глядя вниз, и перемахнула через ограждение на крыше.

Филипп отшатнулся, когда в каких-то сантиметрах от него полетела молния. Она прочертила чёрную полосу на земле, поднимая пыль и оставляя после себя запах жжёного песка. Филипп увернулся ещё от одной и вскинул голову.

Он узнал её сразу. Её глаза и ярко-розовые пряди сверкали совсем как молнии, срывающиеся с пальцев и смертоносным, беспорядочным градом летящие к земле. От них негде было спрятаться, и то и дело шипение молний перекрывали пронзительные крики боли.

Анна почувствовала его взгляд, присмотрелась и рассмеялась.

Вот оно! Вот её плохое предчувствие. Она была уверена, что встретит его здесь, и теперь ей было просто весело. Настолько, что перехватывало дыхание. Настолько, что молнии заплясали ярче.

А у Филиппа в ушах стучала кровь. Он сжимал до боли зубы и целился. Он бы вряд ли попал, но стереть улыбку с её лица было бы прекрасным достижением. Ему не стоило забывать, кто она. Это была только его ошибка, что он до сих пор строил себе какие-то иллюзии. Теперь он знал.

— Филипп! — перекрывая гул, выкрикнул Хейдан. — Не трогай её! Нам не до этого!

Он указал в сторону машин, и нехотя Филипп опустил оружие.

Молнии вызвали панику в центре, воины спасались от атак с воздуха, и путь оказался проще, чем мог бы быть. Как два безумца, уворачиваясь от неонового града, стреляя в тех, кто пытался им помешать, они добрались до центра. Филипп бросил быстрый взгляд на Хейдана. Тот едва заметно кивнул — и два сверкающих выстрела устремились вперёд.

И тут — вспышка.

Филиппа отбросило назад, винтовку выбило из рук, а перед ним возник человек в чёрной форме. Взгляд уловил движение — и Филипп перекатился в сторону. Туда, где он лежал, полетел энергетический шар, оставляя после себя воронку.

Враг был близко. У Филиппа могла быть неудачная позиция, но ловкость и опыт могли бы компенсировать всё… если бы у него был меч.

Филипп перехватил винтовку. Мгновение — и его выстрел столкнулся со сферой противника. Вспышка ослепила, но Филипп уловил какое-то движение. Почувствовал его совсем рядом. Словно воин переместился. Филипп крутанулся, и бок обдало жаром — сфера пролетела по касательной.

Ещё одну он отбил, сжимая зубы от боли.

Телепортёр кружил, посылая атаки отовсюду. Не было ни шанса выстрелить самому, ни возможности отследить перемещения. Филипп уставал. И это была отличная стратегия: вымотать его, ранить — и добить. Всё, на что он надеялся, — что враг совершит ошибку. Ему стоило только оказаться чуть ближе, чем нужно.

Глаз уловил движение слева. Филипп развернулся — и не глядя ударил прикладом. Хрустнули кости, неожиданно громко и ясно в окружавшем безумном гудении. Мужчина отшатнулся, и это дало Филиппу секунду. Секунду, чтобы наконец выстрелить.

Сверкающий шар ударил воина Райдоса в живот и отбросил назад. Больше он не поднимался.

Плохое предчувствие разрядом прошло по позвоночнику. Филипп обернулся, но, прежде чем успел сообразить, его оттолкнули в проём между двумя бетонными плитами, и с ослепительной вспышкой прогремел взрыв.

Хейдан упал навзничь с застывшим взглядом.

— Хейдан! — воскликнул Филипп.

В ушах гудело. Мир замер, отгороженный бетонными плитами. Бой за ними затянул туман, и Филипп видел только Хейдана, бесстрашного и умелого, который сейчас из-за него и ради него пожертвовал собой.

«Взрывчатка!» — вдруг вспыхнула в голове мысль.

Филипп бросился к телу. Кто-то должен был завершить миссию, и это было важнее, чем причитания по погибшему товарищу. Так он мог отблагодарить его гораздо лучше.

Коробка чуть больше ладони оказалась горячей: энергия бурлила, перетекала под железной обёрткой. Её скорее нужно было оставить под машиной — на корпусе образовалась глубокая вмятина, и шов казался не таким прочным.

Филипп сунул коробку за пазуху, вздрогнув от её вибрации, и тут его накрыла тень. Он даже не думал — обернулся и выстрелил в лицо огромному темнокожему парню. Тот зажмурился, с рёвом сцепил руки в замок и замахнулся, но Филипп нырнул в сторону и побежал к машинам, стреляя во всех, кто пытался ему помешать. Одного Филипп просто ударил по лицу. Какая разница — кого и чем? Всё, что ему было нужно — добраться до центра.

Он оказался в самой гуще. Всё здесь кипело, горело, сверкало и стреляло. Не разобрать,