Все ведьмы – стервы, или Ректору больше (не) наливать - Катерина Александровна Цвик

Тогда, после происшествия с бывшей ректоршей и ее дочерью, дракон пропал из академии на целых три дня! Не знаю, что он там и где решал — с королем, тайной канцелярией, ведьмами или еще с кем, — но я скучала. За каждым поворотом мне чудился его силуэт и слышался его голос. Но дракона в академии не было. На третий день я не то чтобы извелась, нет — я начала представлять, как буду медленно и со вкусом выдергивать чешуйки на самых чувствительных местах этого бессовестного гада! Пусть только появится!

— Тильда, ты чего такая хмурая который день? — попыталась меня расшевелить Стелла. — Из-за дракона своего?

Я промолчала, продолжая усиленно делать вид, что читаю книгу, а не переживаю. Да-да! Именно что переживаю! К концу третьего дня меня мучили предположения о том, что с ним что-то могло случиться. Иначе как объяснить, что он надолго пропал и ни слуху, ни духу?!

— Переверни книгу, может, тогда и в самом деле сможешь что-то прочесть, — подсела она ко мне. — Я резко выдохнула и захлопнула бесполезный сейчас фолиант. — Не переживай так. Прилетит твой дракон. Вот увидишь. Он же сам сказал, что ты его истинная пара. Куда он от тебя денется?

— Сказал, не сказал… — протянула я. — Пойми этих драконов. Взял и пропал. Может… с ним что-то случилось, а я не знаю?! — в конце мой голос сорвался на истеричные нотки.

— Пф, — фыркнула Стелла. — Я бы хотела посмотреть на того, кто сможет обидеть нашего ректора. Так что успокойся. Он же не просто так исчез. Даже представить боюсь, сколько он сейчас разгребает проблем.

— Угу.

— Ну, Тиль! Главное, он у тебя есть! — внезапно в сердцах произнесла Стелла и скуксилась.

— Ты чего? — удивленно посмотрела я на нее.

Кэсси тоже отложила свою неизменную книгу и присела рядом. Она уже не раз говорила нам, что любые переживания может заглушить интересная книга, но всегда чувствовала и была рядом, когда нам нужно было ее человеческое участие. Собственно, именно она и сунула мне в руки тот фолиант. Но опытным путем я пришла к выводу, что мне такая терапия не подходит. Разве что ударить себя книгой по голове. Или лучше гадского дракона. Пусть только появится…

— Ничего… — вздохнув, Стелла с тоской посмотрела в темноту за окном. — Но свою ведьминскую силу в полной мере мне, похоже, не пробудить никогда, как и не быть счастливой с мужчиной.

— Как это? Почему?! — удивились мы с Кассандрой.

— Из-за собственной глупости и гордости, — вздохнула блондинка. — Это случилось давно. Я тогда была еще ребенком, но уже осознала свою ведьминскую силу. К нам в имение приехали друзья родителей вместе с дочерями. Девочки были старше, и мне очень хотелось стать для них своей. Чего я только ни делала! А потом они узнали, что я ведьма, и все стало совсем плохо. Вот я и заявила, что, когда вырасту, стану королевой и они сами будут искать моего общества. Они надо мной посмеялись и сказали: чтобы стать королевой, нужно выйти замуж за короля или принца, а они с блудливыми ведьмами в жизни не свяжутся. Ну я и поклялась своей ведьминской силой, что моим первым мужчиной будет принц или король. Глупым девчонкам что? Они посмеялись и уехали, а моя сила восприняла клятву очень серьезно. И теперь, чтобы ее не потерять, мне нельзя быть с мужчиной, — криво усмехнулась и добавила: — На принца, а тем более короля я уже давно не рассчитываю. Кому из них даже на раз нужна какая-то там ведьма? Да и не по мне это «на раз»…

Н-да… Вот так и начинаешь понимать, что у других проблемы могут быть побольше твоих. По крайней мере, свою ведьминскую силу я в любом случае раскрою. Не сейчас, так потом. На крайний случай отловлю где-нибудь своего дракона и отлюблю. А там будь что будет. Но без ведьминской силы я своей жизни не представляла.

Стелла, похоже, тоже не представляла. А с такими раскладами ей и в самом деле быть одинокой…

— Но можно же осуществить инициацию через смерть, — тихо произнесла Кэсси.

И я вздрогнула.

Это страшный способ. В кругу ведьм тебе в сердце втыкают кинжал, и ты умираешь. А потом твоя сила при поддержке ведьм круга тебя возрождает. Все бы ничего, но при этом ведьма навсегда лишается возможности по-настоящему полюбить. Симпатии будут, а любви нет. Именно из таких инициируемых чаще всего и получаются черные ведьмы.

— Возможно, после окончания академии я и на это пойду. Раньше не получится — родители не дадут согласия, — грустно произнесла Стелла.

И что нам было на это сказать? Ничего. Мы просто обняли подругу, делясь своим теплом и участием.

— А давайте попьем чаю?! — внезапно предложила Кэсси. — У меня тут и бабушкина настоечка еще осталась.

— Неужели на той вечеринки мы не все выпили? — удивилась я.

— Все. Это другая, тоже для поддержания иммунитета. Бабушка дала, чтобы добавлять в чай по паре капель в сезон холодов. Но будем считать, что сезон холодов начался. — Оценивающе на нас глянула и добавила: — Очень-очень сильных холодов…

— Девочки! Вы как хотите, а я летать! — заявила я, осушив чашку. — Душа требует полета!

— Мы с тобой! — улыбнувшись, решились и девчонки.

И мы, подхватив наши метелки, открыли окно и прыгнули в звездную темноту ночи.

Как же хорошо! Давно нужно было это сделать!

— Ю-ху! — закричала Стелла, заходя на вираж на фоне полной луны.

Лучшее время для ведьминских полетов!

— Да! — поддержала ее Кэсси.

Я рассмеялась и последовала за ними. Ветер в лицо, сияние звезд над головой, пьянящее чувство свободы…

Внезапно луну закрыла громадная тень, а меня очень аккуратно сцапали когтистые лапы и понесли в сторону академии.

А я… не испугалась. Лишь испытала бурлящую пузырьками радость от долгожданной встречи и поняла, что по мне адски скучали и изо всех сил рвались навстречу. Как поняла? А не знаю. Просто чувствовала.

А потом мы оказались в покоях ректора, и все стало неважно. Лишь его поцелуи и жаркий шепот в звездной темноте ночи:

— Ведьма… Что же ты со мной делаешь?..

Я горела в его объятиях, каждой клеточкой тела ощущала, что любима и желанна, и это сводило с ума еще сильнее.

Одежда слетела с нас, казалось, сама собой. И снова поцелуи только в таких местах, о которых в приличном обществе говорить не принято. И руки, его жадные руки на моем теле… А потом… Ммм… Потом мир перестал существовать. Остались только наши сплетенные в