Имя Кати - Павел Николаевич Губарев

Анна провела осколком по руке ещё раз и ещё раз, словно хотела оставить зарубку на руке о прожитом дне. О дне, в котором ей пришлось сшивать наживую свою личность.

На её руке навсегда осталось семь зарубок: прошло семь дней до того, как пришёл Лёва. И хотя она легко могла избавиться от шрамов, она этого никогда не сделала, потому что шрамы стали частью новой Анны.

Она уже переделала своё тело один раз, и больше не хотела делать этого никогда.

Эпилог: слон в комнате

— Тебе не скучно?

Алиса помотала головой и улыбнулась. Сегодня она собрала волосы в два хвостика, отчего казалась совсем девчонкой. А он, наверное, казался старым для неё. Алексей хотел погладить Алису по коленке, но сдержался.

— А сейчас он захотел погладить её по коленке, но сдержался, — тихо сказал Сергей Маше. — Он думает, что выглядит слишком старым для неё, и переживает по этому поводу.

Сергей и Маша делали себе бутерброды. Между ними и парой, которую они обсуждали, стоял большой стол с закусками и бутылками. Алексей сидел в огромном кожаном кресле. Алиса разместилась возле него на подлокотнике. Подлокотник был большой, а девушка была миниатюрной.

Гости только начали прибывать.

— Может, это всё же его дочь? — спросила Маша.

— Не думаю. Простая эвристика: если не можешь понять, мужчина это или женщина, то это женщина. Если не можешь понять, дочь это или любовница, — это любовница.

— Э-э-э. Я не согласна.

Сергей пожал плечами и громко сказал:

— Алексей! Прости, я не расслышал. Алиса — твоя дочь?

— Ну ты чего! — прошипела Маша.

Алексей улыбнулся и просто ответил:

— Алиса — моя девушка.

Алиса рассмеялась и на секунду спрятала лицо в руки. Сергей сказал:

— Алиса, вы с нами не заскучаете? Весь вечер будут только разговоры о работе.

Алиса пожала плечами и скорчила гримаску. Алексей было набрал в грудь воздуха, чтобы ответить за неё, но Алиса вдруг заявила:

— Если бы я хотела, ну я не знаю, чтобы кто-то стрелял или взрывал, я бы пошла в кино, наверное.

— Браво! — сказал Сергей.

— Весь вечер одни разговоры о работе, — с сарказмом повторил Алексей и посмотрел Сергею в глаза.

Сергей улыбнулся вместо ответа, не отводя взгляд.

— Ну давайте поговорим, — сказал Алексей. — Скажите что-нибудь о работе. Изобразите хотя бы.

— Алексей… — преувеличенно живо начал Сергей. — Слушай, насчёт мейла, который ты мне вчера прислал. Я думаю, этот график надо… дополнить.

— Чем?

Сергей усмехнулся и замолчал.

— Не получается, — сказала Маша и плюхнула оливку в бокал с мартини. — Нажрёмся?

— Я вижу, вам некомфортно, — сказал Сергей Алексею.

— А вы проницательный.

— Работа такая.

— Какая?

— Не знаю, — просто сказал Сергей.

Алексей фыркнул.

— Ну вы странные, — сказала Алиса. — Она переводила взгляд со своего мужчины на Сергея, словно следила за теннисной партией.

— Нажрёмся, — сказала себе Маша.

В зал вошли ещё три человека. Должно быть, они приехали на одном такси. Пока они шли от стоянки к входу в санаторий, щёки у них успели покраснеть.

Они вошли и замерли, разглядывая банкетный зал. Один громко представился, другие тоже назвали свои имена. Алексей посмотрел на них исподлобья и не ответил. Сергей вежливо представился в ответ. Алиса помахала ладошкой, которая утопала в длинном рукаве водолазки. Маша сказала, что её зовут Маша, и отсалютовала мартини.

— Должно быть, мы с вами коллеги, — сказал новоприбывшим Алексей.

Вошедший первым добродушно рассмеялся. Он был красив, румян и ухожен. Алиса подумала, что он похож на предпоследнего Джеймса Бонда, а потом решила, что нет, больше всего он похож на куклу Кена, приятеля Барби.

— Наверное, — сказал вошедший. — А может, и нет. Забавно, да? Ну что, всем уже весело? Все налили? А что есть? Текила? Бутерброды. О, отлично, икра. Все видят икру?

— Кажется, это наш начальник, — заметил кто-то.

Все рассмеялись.

— Не исключаю, — сказал «Кен». — Поэтому давайте ко мне на «вы». И я тогда не Гриша, а Григорий Фёдорович.

Он потёр руки и добавил, продолжая осматривать стол:

— Сегодня я готов побыть начальником, что уж. У всех налито? Почему не у всех налито? Кирилл, передай вино вон туда, пожалуйста. Отлично.

— Ответственная должность! А ну как придётся отвечать, если что, — сказал Алексей, водя взглядом по «начальнику». У него были суженные зрачки, и Сергею казалось, что Алексей пытается поцарапать «начальника» взглядом.

Тот пожал плечами.

— Действительно, — сказала женщина. Все повернулись к ней. Та только что зашла в зал. Должно быть, она прибыла вместе с тремя мужчинами, но заглянула в уборную проверить макияж. Она была худая, коротко стриженная и одета в обтягивающее чёрное платье. Алиса подумала, что когда состарится, тоже будет одеваться так: у женщины был безукоризненный вкус.

— Действительно что? — спросил «начальник».

— Кто будет отвечать за это? — холодно спросила женщина.

— За что именно?

— Очевидно же, произошла ошибка, коллеги, — последнее слово она добавила после короткого замешательства. Эта заминка заставила всех в зале посмотреть на неё внимательно.

— Не вижу никакой ошибки, — сказал «начальник».

— Но согласитесь, это странно, — сказал кто-то.

— Новогодний корпоратив для сотрудников банка? Ничего странного.

— Но мы не должны общаться.

— Это не запрещено.

— Да, но мы никогда не общаемся. Мы даже не знакомы.

— Ну как сказать.

— Можем познакомиться. Вот вас как зовут? Маша. Очень приятно. А я, допустим, Кирилл. Вот и познакомились.

— Почему «допустим»?

— Ну, это я формулирую гипотезу. Реальные данные можем подставить по ходу тестирования.

— А, вы бизнес-аналитик, наверное.

— Вполне может быть. Или системный аналитик. Хотя это не столь важно. Работает — не трогай и не переименовывай.

— А может, и программист.

— Все в наше время немного программисты.

Женщина в чёрном платье громко откашлялась:

— Я считаю, собрание надо немедленно прекратить и сообщить об инциденте в отдел кадров.

— А я уже сообщил, — сказал Алексей. — Как