Корсары Таврики - Александра Девиль

Донья Эльвира оказалась пожилой сухопарой женщиной с некрасивым, но приятным лицом. Одета она была строго и скромно, но со вкусом. Присев в глубоком поклоне, дама поприветствовала гостей, а Родриго тут же пояснил:

— Донья Эльвира весьма опытна не только в хозяйственных делах, но и во всем, что касается одежды и манер знатных дам. Она поможет сеньорите Веронике привести себя в порядок по­сле трудного пути.

Вера взглянула на Ринальдо, и он ей чуть заметно кивнул, словно давая согласие, после чего девушка проследовала за до­ньей Эльвирой в другую комнату.

Дама, казавшаяся весьма строгой с виду, повела себя при­ветливо и объяснила, что молодой сеньорите прежде всего следует помыться с дороги, а затем надеть женское платье и уложить волосы. Скоро рядом с пожилой дуэньей появи­лась молодая служанка, и они вдвоем захлопотали вокруг гостьи.

Для Веры была приготовлена ванна с теплой душистой во­дой, и, после того как девушка помылась и вытерлась мягкой тканью, донья Эльвира накинула на нее покрывало и повела в гардеробную, где гостью ожидало роскошное платье из крас­ного шелка, украшенное кружевами и расшитое по лифу мел­кими жемчужинками.

Вера с некоторым опасением надела непривычный наряд и, взглянув в круглое венецианское зеркало, не без смущения от­метила, что глубокий вырез открывает ей даже ложбинку меж­ду грудей. Но донья Эльвира, не давая девушке опомниться, защебетала о том, что сеньорита от природы очень хороша, ей только надо больше следить за собой и не скрывать своих пре­лестей под грубой одеждой.

Вдвоем со служанкой дуэнья расчесала и красиво уложила еще немного влажные волосы Веры, прикрыв их легкой кру­жевной мантильей.

Наконец, внимательно оглядев «сеньориту» и, видимо, оставшись довольной результатом, донья Эльвира повела де­вушку в гостиную.

Здесь Вера сразу же убедилась, что опытная дуэнья не зря по­трудилась над превращением необработанного алмаза в сверка­ющий бриллиант. Ринальдо, Родриго и присоединившийся к ним за это время Карло взглянули на девушку так, словно уви­дели перед собой ожившую статую. Ринальдо чуть не выронил кубок с вином, а Родриго, вскочив с места, опрокинул скамью.

Довольная произведенным впечатлением, Вера с улыбкой заметила:

— Донья Эльвира и впрямь разбирается в женских нарядах. Я вижу, вам понравилось это платье.

— Платье — только оправа для жемчужины, которая раньше скрывалась в раковине, а теперь засияла во всей красе, — заявил Родриго и, подойдя к девушке, подвел ее к столу и усадил в при­готовленное для нее кресло. При этом, как ей показалось, он за­глянул сверху в глубину ее выреза. Впрочем, Веру это не смути­ло, хотя она и бросила на него строгий взгляд через плечо. Он тут же сказал, словно объясняя свое нескромное любопытство:

— Какой у вас необычный медальон, сеньорита Вероника.

— Необычный? — переспросила она, слегка приподняв це­почку с украшением, к которому привыкла с детства и не раз­глядывала, поскольку почти всегда носила закрытую одежду, нередко мужскую.

— На нем, кажется, что-то написано, — заметил Родриго. — Наверное, ваше имя?

Впервые девушка обратила внимание на надпись с внутрен­ней стороны медальона и медленно, по слогам, прочла:

— Примавера...

— Примавера? Весна? Должно быть, вас так называли в дет­стве? — спросил Родриго.

— Нет, это имя ее бабушки со стороны отца; она подарила Веронике медальон при рождении, — с некоторой поспешно­стью пояснил Ринальдо.

Карло бросил на него быстрый взгляд, а Вера с удивлением заметила:

— А ты никогда не рассказывал мне о моей бабушке, дядя.

— Что рассказывать? — пожал плечами Ринальдо. — У си­ньоры ди Торелло была такая же печальная судьба, как и у всей нашей семьи. Давайте говорить не о прошлом, а о будущем.

Карло тут же включился в разговор:

— Да, я бы хотел более подробно узнать о вашей поездке на Родос.

Но Вера почти не слушала разговоры мужчин, которые в дру­гое время были бы ей весьма интересны, и мало притрагивалась к изысканным блюдам на столе, хотя еще совсем недавно ощущала голод. Все ее внимание было поглощено близким сосед­ством Родриго, его восхищенными взглядами, звуком его бар­хатного голоса, в котором девушке чудился тайный призыв.

Вера не могла дождаться минуты, когда останется с испан­цем наедине, чтобы можно было поговорить без свидетелей. А в том, что такой разговор состоится, она почти не сомневалась.

Наконец, через какое-то время в дом явился слуга купца Юлиана, сообщивший, что хозяин приглашает Ринальдо и Кар­ло к себе для переговоров о торговой сделке.

Родриго передал Веру на попечение донье Эльвире, а сам вышел проводить гостей за порог. Уже у двери Ринальдо вдруг оглянулся и бросил на девушку пристально-тревожный взгляд, на который она ответила спокойной улыбкой, словно давая понять, что дядя зря волнуется за свою сильную и здравомыс­лящую племянницу.

Едва мужчины вышли, как донья Эльвира увела девушку во внутренние покои и показала отведенную для нее комнату с кроватью в алькове, застеленной роскошным покрывалом.

Вечерело, но до ночи было еще далеко, и Вера слегка уди­вилась, что дуэнья заранее привела ее в спальню, словно соби­ралась приготовить гостью ко сну. Решив, что так принято в здешних знатных домах, Вера ничего не сказала, лишь во­просительно взглянула на донью Эльвиру, ожидая ее поясне­ний. Но почтенная дама только поклонилась и с загадочной улыбкой выскользнула за дверь.

Вера пожала плечами и, оглядевшись вокруг, подошла к изящ­ному столику, на котором стояла ваза с фруктами и кувшин с вином. Съев несколько виноградин, девушка рассеянно выглянула в полуоткрытое окно, из которого доносились пряные запахи южных цветов, и ей тут же захотелось погулять по саду.

Как всегда стремительная, она порывисто бросилась к две­ри и едва не столкнулась с вошедшим Родриго. Он придер­жал ее за плечи, заглядывая в глаза, а она, чуть отступив, спросила:

— Вы не ушли вместе с Ринальдо и Карло?

— Нет, я только проводил их до ворот. — Он слегка улыб­нулся. — А вас нарочно оставил на попечение Эльвиры, что­бы Ринальдо и Карло были спокойны. Они ведь, наверное, все еще считают вас маленькой девочкой, которую нельзя остав­лять наедине с молодым мужчиной.

— О нет, я вполне самостоятельна! — тряхнула головой Ве­ра, и волосы ее, выбившись из-под заколки, рассыпались по плечам. — Я сама способна распоряжаться своей судьбой.

Лицо Родриго внезапно стало сосредоточенно-серьезным, во взгляде появился странный огонь, а в голосе прозвучали волнующие интонации затаенной страсти:

— Вероника, давай не будем играть в прятки, ведь мы не де­ти. За время нашей разлуки я понял, что люблю тебя. А сего­дня, увидев, какая ты красавица в женском наряде, я оконча­тельно потерял голову... Что ты мне на это скажешь?