Подари мне нежность - Донна Флетчер

Они вышли из конюшни. Лахлан опустил собаку на землю. Пусть вместе сестрой бегут вперед.

Дунул порыв холодного ветра, и Гонора сообразила, что оставила в конюшне плащ.

– Я принесу, – предложил Лахлан.

– Не нужно. Я помню, где его бросила, – ответила Гонора и торопливо вернулась в конюшню. Забрав плащ с бочонка, она накинула его на плечи и остановилась в дверях конюшни, закутываясь поплотнее и с восторгом глядя, как Лахлан бегает наперегонки с обеими собаками.

Она уже сделала шаг вперед… и это было последним, что Гонора запомнила. А потом все погрузилось во мрак.

Лахлан ворвался в большой зал. Следом за ним бежали тявкающие щенки.

Каван уже хотел сказать что-нибудь насмешливое, но тут увидел обезумевшее лицо Лахлана и сообразил, что жены рядом с братом нет.

– Я не могу найти Гонору! – выпалил Лахлан. – Она только что была рядом, а потом вдруг куда-то исчезла. Она пошла в конюшню, чтобы забрать свой плащ. Я оставался со щенками снаружи, буквально в нескольких футах, и видел, как она стояла в дверях и надевала плащ. Щенки на мгновение отвлекли меня, а когда я снова обернулся, она исчезла. Я помчался в конюшню, но Гоноры там не было!

– Ты везде искал? – спросил Артэр.

– За конюшней, на опушке леса, везде. Но там ничего нет, даже следов, по которым можно пойти. Я не понимаю, как она могла так быстро исчезнуть. Один миг! Я стоял прямо там, всего в нескольких футах!

Каван, его братья и Адди, отказавшаяся сидеть дома, кинулись на поиски Гоноры. Очень скоро к поискам присоединилась вся деревня. Жители успели полюбить Гонору и очень встревожились.

Каван был просто вне себя, но все же понимал, что, должно быть, думают в деревне. Если даже жену лэрда похитили так запросто, о какой безопасности клана можно говорить? Но Каван знал, что исчезновение Гоноры никак не связано с безопасностью клана. Это все честолюбивые происки ее отчима, и скорее всего он продумал все давным-давно, еще до того, как Каван вернулся домой.

Пока Каван не мог понять, в чем смысл похищения, но, может быть, если клан узнает о вероломстве Калума, они смогут чем-то помочь. Так что скоро все узнали правду, и Кавану оставалось только ждать.

Он ушел в свои покои. Просто был вынужден – ему казалось, что он вот-вот взорвется, так велик был его гнев. Ему хотелось рвать и метать, хотелось накинуться на кого-нибудь с кулаками. Он хотел, чтобы жена вернулась назад, целая и невредимая, хотел обнять ее, хотел, чтобы она снова лежала в его постели. Он хотел сказать ей о своей любви, сказать, что он готов вечно лелеять ее.

Господи, почему он не сказал Гоноре, что любит ее?

Он перевернет небеса и преисподнюю, лишь бы вернуть Гонору. Не важно, какой ценой, пусть даже ценой собственной жизни, но Гонору он спасет.

Каван упал на стул отца, стоявший у стола, – теперь его собственного, уперся в него локтями и уронил голову на руки. Он чувствовал себя окончательно сломленным. Ему хотелось оседлать коня и галопом мчаться на поиски жены, и все же он понимал, что это неправильно. Нужно посылать людей, искать следы, все как следует обдумать, а все это время его жена, вполне возможно, будет страдать.

Каван грохнул кулаком по столу. Ему хотелось взреветь в полный голос, но вместо этого он просто вышел из комнаты.

– Калума уже нашли? – спросил Каван братьев, стоявших на улице.

Шел сильный снег, заметая землю.

– Никто его не видел, – мрачно ответил Артэр. – А теперь проклятый снегопад…

– Скоро заметет все следы, – докончил мысль Лахлан. – Но все же мы успели отправить на поиски людей до того, как пошел снег, так что, надеюсь, скоро у нас появятся хоть какие-то новости.

– Это мог быть только Калум, – произнес Каван, метавшийся перед входом в замок.

– Я понимаю, что тебе не терпится самому ехать на поиски…

Каван резко оборвал Артэра:

– Это было бы глупо.

Артэр и Лахлан переглянулись, но промолчали.

– Я могу поехать в одну сторону, а он повезет мою жену совсем в другую. И скажите, почему наши стражи на границе не заметили их? – рявкнул Каван.

– Мы выясняем, – осторожно заметил Артэр.

– Зачем он ее похитил? – резко остановился Каван. – Я не вижу в этом никакого смысла. Чего он от нее хочет? Это внезапное решение, или все задумано давно?

Он повернулся и уставился вдаль. Снег шел все сильнее, небо окончательно потемнело. Каван посмотрел в хмурые небеса и гневно погрозил кулаком:

– Услышь меня, Гонора! Я приду за тобой. Держись! Я обязательно приду!

Гонора очнулась. Голова сильно болела и кружилась. Она поморгала, восстанавливая зрение, и увидела перед глазами ночное беззвездное небо. Сначала ей показалось, что по нему, мимо луны, быстро летят тучи, но чуть позже сообразила, что это ее куда-то везут.

Повозку, на которой она лежала, сильно тряхнуло, толчок отозвался резкой болью в голове, и Гонора поморщилась. Она поднесла к голове трясущуюся руку, нащупала большую шишку и задрожала, и вовсе не из-за того, что ушиблась, а потому что сверху падал снег, толстым слоем покрывая легкое одеялко, небрежно брошенное на нее кем-то.

Вероятно, ее уже довольно далеко отвезли от замка. Оставалось надеяться, что они еще не покинули земли Синклеров, а значит, ее еще могут спасти этой же ночью.

Гонора знала, что муж придет за ней. В этом она не сомневалась, а значит, нужно выжить и дождаться его появления.

– Отлично. Очнулась как раз вовремя.

Гонора немного повернула голову и увидела отчима. Тот не правил лошадьми, а сидел рядом с кучером. Она решила молчать в надежде, что он сам все объяснит.

– Ну наконец-то ты поняла, где твое место. И молчи, пока я не прикажу говорить, – сурово заявил Калум. – Я хорошо тебя воспитал.

Гонора прикусила язык, хотя ей очень хотелось спросить, зачем же он похитил ее и увез от Кавана? Разве ее супружество не отвечало его честолюбивым намерениям?

– Из тебя получилась идеальная пешка, – ухмыльнулся Калум. – А теперь будешь служить своему истинному лорду и господину – мужчине, с которым обвенчаешься, когда твой Каван умрет.

От этих слов сердце Гоноры дрогнуло, и ей пришлось торопливо напомнить себе, что Каван очень умный и отважный воин и не погибнет от руки такого мерзавца, как Калум. Отчим просто пытается запугать ее и снова полностью подчинить себе. Нужно оставаться сильной и всегда помнить, что она знает своего мужа куда лучше, чем Калум.

– Слушаешься? То-то же, – самодовольно сказал Калум. – Твой новый муж будет все время ждать от тебя такого послушания.

Гонора не представляла, о ком он говорит, и ей стало любопытно. Что же это за болван решил объединиться с Калумом и поверил, что сможет победить Кавана Синклера?