Хрупкое сердце - Бонкимчондро Чоттопаддхай

Борьба с англичанами становилась все более жаркой. Мир Касим терпел одно поражение за другим. В самом начале он проиграл сражение при Катве. А когда обнаружилась измена Гургана Хана, наваб лишился последней надежды на победу. Он потерял самообладание: ему хотелось перебить пленных англичан, он никому не доверял и всех подозревал в измене. Как раз в это время пришло лживое донесение Мухаммеда Таки, что еще больше подлило масла в огонь. Вероломными оказались англичане, изменником — его военачальник, богиня счастья отвернулась от него. Неужели и Долони ему изменила? Этого наваб не мог вынести и написал Мухаммеду Таки: «Не нужно посылать Долони ко мне. Дай ей яду, пусть она умрет».

Взяв чашу с ядом, Мухаммед Таки вошел к Долони. Увидев его в своей комнате, Долони очень удивилась.

— Что это? — гневно спросила она. — Как вы смеете оскорблять меня свои присутствием?! Зачем вы сюда явились?

Мухаммед Таки поднес руку ко лбу и печально произнес:

— Наваб вами недоволен, такая уж, видно, судьба.

— Кто тебе это сказал? — засмеялась Долони.

— Прочтите письмо.

— Ты что, сам не можешь прочесть?

Мухаммед Таки молча передал Долони письмо с подписью и печатью наваба. Она прочитала его и со смехом отшвырнула прочь.

— Это подложное письмо. Зачем ты так шутишь, умереть захотел?

— Не бойтесь! Я могу вас спасти.

— О! Теперь я понимаю, ты чего-то добиваешься. Ты принес это подложное письмо, чтобы запугать меня?

— Нет, зачем же! Я написал навабу, что вы были любовницей Амиата, вот он и разгневался.

Долони нахмурилась, на чело набежали морщины, словно поднялись волны на спокойной Ганге, изогнулся лук бровей, перехваченный тетивой раздумья. Мухаммед Таки почувствовал замешательство.

— Для чего ты сделал это? — тихо спросила Долони.

Мухаммед Таки рассказал ей все как было.

— Покажи мне письмо еще раз, — потребовала Долони.

Мухаммед Таки послушался. Долони внимательно перечитала его и убедилась в том, что оно действительно написано рукой наваба.

— Где яд? — спросила она.

— Зачем он вам? — удивился Мухаммед Таки.

— Что тебе приказал наваб?

— Заставить вас принять яд.

— Где же он?

— Вы хотите отравиться?

— Разве я могу не выполнить приказ моего господина? — спросила Долони.

Мухаммед Таки готов был умереть со стыда.

— Что было, того не вернешь. Но вам не нужно умирать. Я найду способ избежать этого, — сказал он.

В глазах Долони сверкнул гнев. Поднявшись, она решительно произнесла:

— Тот, кто согласится принять спасение от такого негодяя, как ты, станет подлее тебя. Неси яд!

Мухаммед Таки не мог оторвать от нее глаз. Прекрасная, словно цветок, благоухающий в разгар весны, словно волшебная река, наполняемая дождем юности. Мухаммед Таки смотрел на нее и думал: «Вот она передо мной, убитая горем, но как приятно она радует взор! Великий создатель! Зачем ты создал горе таким прекрасным? Что мне делать с этой несчастной девочкой, с этим цветком, вырванным ураганом, с этой лодкой, которую бросает из стороны в сторону бушующее море? Где ее спрятать?» И будто дьявол шепнул ему: «Спрячь ее в своем сердце».

— Послушай, красавица, — сказал Мухаммед Таки, — если ты полюбишь меня, тебе не нужно будет пить яд.

Тогда Долони (мне стыдно писать об этом) ударила предателя ногой. Однако Мухаммед Таки все-таки не дал ей яда. Взглянув на нее исподлобья, он медленно вышел из комнаты. Долони зарыдала.

— О раджа раджей, о повелитель, — шептала она сквозь слезы. — Ты приказал своей несчастной рабыне выпить яд? Если ты хочешь этого — я готова. Твоя любовь для меня нектар, твой гнев — яд. Когда ты сердишься, я пью яд. Какой же яд может быть страшнее этого?! Раджа раджей, свет мира, надежда слабых, избранник создателя, океан милосердия, где ты? Я с улыбкой выполню твой приказ, но мне будет тяжело не видеть тебя в эту последнюю минуту.

У Долони была служанка по имени Коримой. Долони позвала ее и отдала все оставшиеся у нее украшения:

— Пойди к лекарю и попроси у него такое лекарство, от которого я могла бы заснуть навсегда. Продай эти украшения и заплати за лекарство. Что останется — возьмешь себе.