Реванш - Беверли Брандт

– Не помню. С момента приезда в аэропорт и до того, как я очутилось здесь, все кажется таким неопределенным.

– Я думаю, кто-то накачал тебя наркотиками, но это будет трудно доказать. Просмотрю все кассеты видеонаблюдения в баре Неаполя, но нет гарантии, что удастся получить результат.

Саванна едва сдержала слезы благодарности и несколько раз моргнула, желая остановить готовый прорваться поток.

– Спасибо тебе огромное, Майк. Теперь все мое будущее в твоих руках.

– Сделаю, что в моих силах, – заверил ее Майк и встал. – Теперь нужно поработать с бумагами. Надеюсь, смогу договориться, чтобы тебя отпустили мне на поруки на время следствия.

Саванна отодвинула стул от стола и тоже встала – ей стоило громадных усилий Не кинуться к Майку с объятиями. Она ни к кому в жизни не испытывала такой благодарности за помощь.

– А я и не знала, что стюарды гражданской авиации имеют такое огромное влияние на коллег, – тихо сказала она, мысленно посылая за это хвалу Господу. Если бы она не знала Майка… или если бы он не работал в авиации… Она вздрогнула, не желая думать о том, что ситуация оказалась бы гораздо хуже, если бы в нее вмешалась служба безопасности авиаперелетов.

Саванна подняла глаза на Майка и увидела, что он смотрит на нее хмуро и озадаченно.

– Ты это о чем? – спросил он. – Конечно, со стюардессами и стюардами поговорят, но их показания не будут иметь большего значения, чем свидетельства обычных граждан.

Саванна рассмеялась над попыткой Майка казаться скромным: он ведь прекрасно знает, что спасает ее.

– Нет, я говорю о тебе. Ведь это ты будешь просматривать секретные пленки из бара в Неаполе. Не говоря уж о том, что вызволишь меня отсюда.

– Но это входит в мои обязанности, – объяснил Майк. Затем его глаза расширились: он начал понимать, в чем дело. Он улыбнулся, а потом и рассмеялся, ему пришлось снова сесть и посидеть несколько минут, чтобы успокоиться.

– Эй, что тебя так развеселило? – поинтересовалась Саванна. Ей не нравилось, когда над ней потешаются. Разве смешно, что он спасает ее из тюрьмы?

Майк посмотрел на нее и вытер слезы.

– Ты решила, что я стюард?

– Ну да. Твоя мама… – Саванна замолчала, возвращаясь к разговору с Лиллиан. – Ну, она не сказала прямо, но дала понять…

Майк закатил глаза.

– Давай я угадаю. Она сообщила тебе об этом на следующее утро после того, как ты со студентами походила по барам, правильно? – Саванна в ответ кивнула, и он продолжил: – В тот день она увидела отчет о твоей проверке и, наверное, решила: если ты поверишь, будто я стюард, то не станешь обращать на меня внимания. Мы узнали, какие у тебя долги, и скорее всего мамуля сочла за благо оградить меня от влияния сомнительной особы вроде тебя – ведь у стюардов не водится больших денег.

Саванна сдвинула брови.

– Но я считаю, она в тот момент думала о другом.

Майк сложил руки перед собой на столе.

– О чем же?

Саванна сомневалась, нужно ли выкладывать ему свою версию, но не знала, как выйти из ситуации, в которой оказалась, и потому выпалила:

– Лиллиан хотела намекнуть мне, что ты гей. Хотя в этом нет ничего плохого, – быстро добавила она.

Майк открыл рот. Он пытался издать какие-то звуки, но у него ничего не получалось.

– Ты думаешь, я гей? – наконец удалось выдавить ему.

У Саванны во рту вдруг стало ужасно сухо, и она потянулась к бутылке, которую принес Майк.

– Хм… – только и сказала она.

– У тебя сложилось такое мнение на основании слов мамы о том, что я стюард? Или на это есть еще какая-нибудь причина? – Майк потер шею и пристально посмотрел на Саванну. – Мне действительно нужно это знать.

– Твоя мама сказала, ты любишь сильных, молчаливых девушек. А в тот день, когда мы впервые встретились – ты еще спас меня от тележки с мороженым, – я видела, как ты обнимался с мужчиной, – пояснила Саванна. – И… вот, похоже, и все. Это и… хм… ты никогда не проявлял ко мне интереса. Хотя это ничего не значит. То есть я просто могла казаться тебе непривлекательной. – Саванна понимала, что говорит неуверенно и сбивчиво, но ее пугал взгляд темных глаз Майка, она сделала несколько шагов назад и очутилась у самой стены. – Я считаю, что ты ужасно красивый и вообще очень милый, и я думала… э… мне один или два раза показалось, что между нами пробежала какая-то искра, когда мы соприкасались, но это, вероятно, игра воображения.

Майк встал и начал подкрадываться к ней, как кот к мыши. Она теснее вжалась в стену, но отступать ей было некуда.

Он схватил ее за руку, и Саванна почувствовала страх, смешанный с чем-то гораздо более приятным, что-то похожее на волнение и возбуждение. Майк возвышался над ней, она улавливала аромат его мыла и исходивший от него жар.

Майк медленно опустил голову, и их губы оказались совсем рядом.

Губы Саванны раскрылись, ее язык прошелся по нижней губе и увлажнил ее в предвкушении поцелуя. Она ждала, отчаянно желая, чтобы Майк прикоснулся к ней, и приготовилась встать на мысочки, но тут он отвернулся и выругался.

– Что? – Саванна чуть не топнула ногой от разочарования.

– Камера. – Это было все, что сказал Майк, отходя от нее. Он запустил руку в волосы, выдал полный страдания вздох и махнул рукой в сторону верхнего правого угла комнаты.

Саванна подняла голову, пытаясь обнаружить вездесущий глаз камеры, записывающей каждое их движение.

Майк подошел к двери и открыл ее, затем обернулся и пронзил Саванну задумчивым взглядом.

– Каждое утро, когда я слышал, как ты напеваешь в душе, у меня была эрекция. Я представлял, что мы вместе, что мы обнаженные и мокрые, только в моих фантазиях ты не пела.

Саванна сглотнула.

– Нет? – прошептала она, надеясь, что их записывают только на видео, а не на магнитофон. Конечно, Майк не стал бы говорить таких вещей, если бы велась и аудиозапись.

– Нет. – Майк помолчал, глядя ей в глаза. – Но ты определенно издавала какие-то звуки.

– Я? – Саванна приложила ладони к стене, потому что ее колени начали подгибаться.

– Я не стюард, а агент службы безопасности авиаперелетов, – сказал Майк тихим, хрипловатым голосом, отчего у нее по коже побежали мурашки. – И скоро – очень, очень скоро – мои фантазии о душе станут реальностью. Вопросы есть?

Саванна закусила нижнюю губу и отрицательно покачала головой – она была не в состоянии что-нибудь ответить.

– Хорошо. Тогда сиди пока здесь, а я освобожу тебя, как только смогу. А завтра, – сказал он, выходя из обзора камеры видеонаблюдения и вынуждая Саванну приблизиться к нему, чтобы расслышать его слова, когда дверь за ним закрывалась, – я непременно убью свою мамулю.