Лучше только дома - Кэти Пирсон

«Чтоб им провалиться, этим «свидетелям Иеговы»», — подумала я. Стук был такой настойчивый, что я нехотя выбралась из постели, открыла дверь и нос к носу столкнулась с Люком.

— Добрый день, мадам. Примите поздравления: вы стали победительницей денежно-вещевой лотереи. И выиграли главный приз — чаепитие с местной звездой Люком Ллойдом. Как насчет лимонного кекса? — Он протянул мне сверток и нервно заулыбался.

Несмотря на все свои старания ничем не поощрять его, я рассмеялась. Люк заглянул в дом поверх моего плеча:

— А где все? Можно войти?

Ну и что мне оставалось? Конечно, я была рада ему, да и захлопнуть дверь перед его носом было бы грубо. Не успела я моргнуть глазом, как он шагнул в дом, закрыл дверь, зажал мое лицо в ладонях и поцеловал меня. И меня снова окатила теплая волна, но чувство, что я вернулась в юность, подпортил сигнал тревоги.

Я вырвалась.

— Нет! — со всей непреклонностью заявила я.

Он скроил удивленную мину:

— Это еще почему?

— Слушай, нам надо поговорить.

— Ну вот, как всегда — теперь тебе приспичило говорить.

— Я поставлю чайник? — предложила я, надеясь, что кухонные хлопоты приведут меня в чувство.

— А не надорвешься? — спросил он. — Извини, дурацкая шутка.

Поморщившись, я включила чайник и развернула лимонный кекс.

— Садись сюда, а я напротив. — Я указала Люку стул, убежденная, что стол, разделяющий нас, надежно предотвратит всякие контакты.

Он рассмеялся:

— Послушать тебя, так я опасный хищник. Р-р-рр! — Но, заметив, что я не улыбнулась, он добавил: — Обещаю, больше я к тебе не притронусь — пока не услышу особое приглашение. Дотти, я соскучился.

Разговор продолжался под две чашки горячего чая и утешительный кекс. Я решила не церемониться.

— Люк, к чему все это? Скажи честно, ты просто развлекаешься со скуки или спятил от любви? (Он неловко поерзал и смущенно потупился.) Ты хочешь бросить Джулс и мальчишек?

Он уставился на меня.

— Дот, в тебе определенно что-то есть. Я всегда считал тебя особенной, но… — он опустил голову, — любовь? Я просто хочу… — Он осекся.

— Чего? — поторопила я.

— Я сам не знаю, чего хочу.

— Тоже мне задача! Ты хочешь то, чего не можешь получить. А если бы смог, то твоего желания хватило бы ненадолго. Дело в том, что я всегда от тебя ускользала, и это все годы не давало тебе покоя. Но ведь я права и уходить от Джулс ты не собираешься?

— Не собираюсь, — сник он. И посмотрел на меня как ребенок, мать которого только что испортила самую увлекательную игру на свете, объявив: «Пора спать».

Все ясно: теперь Люк зол на меня за утраченные иллюзии. Он испустил вздох смирения. Игра окончена. Теперь можно было и поговорить.

— Знаешь, мы с Джулс познакомились, когда нам не было и двадцати. Она знает меня, как никто другой. Конечно, мы не все время были вместе, иногда и расставались, даже думали, что влюблены в других, но почему-то нас всегда притягивало друг к другу. А потом она забеременела Хэмишем, и мы поженились. Стыдно признаться, но только ребенок вправил нам мозги. Джулс — прекрасная мать, и на работе ее ценят. Я не могу ее подвести.

— Она, кажется, архитектор? — спросила я, хотя прекрасно знала, кем работает жена Люка: глянцевые журналы из супермаркетов я с недавних пор читаю от корки до корки.

— Ага. У нее талант. Если со мной что-нибудь случится, в жизни Джулс мало что изменится… скажем так: она переживет. Она финансово независима, ладит с мальчишками, у нее есть родные и друзья. Иногда я даже гадаю, а есть ли в ее жизни место для меня? — Казалось, еще чуть-чуть — и он ударится в слезы, так ему стало жалко себя.

Я вздохнула.

— Приятное разнообразие — после всех этих «жена меня не понимает». Скорее, тебя жена понимает слишком хорошо.

— Да. Понимать-то понимает, но во мне не нуждается.

— А ты уверен?

Разговор продолжался. Меня вполне устраивала новая роль жилетки, и я уже подумывала, не поработать ли мне оператором в службе «Телефон доверия». Через час Люк собрался уходить. Я открыла дверь.

— Значит, так ни разу и не переспим? — почти серьезно уточнил он.

— А ну убирайся! — возмутилась я, усмехнулась и вытолкнула его за дверь.

— Ладно, ладно. Друзья так друзья. — Он вскинул руки жестом шутливой капитуляции. — А друзьям позволено целоваться на прощанье?

Я колебалась.

— Всего один разочек. — И он в последний раз поцеловал меня в губы. — Я позвоню, — пообещал он, заметил, что я опять занервничала, и добавил: — Насчет передачи.

— Пока, Люк. — И я захлопнула дверь, очень довольная собой.

Кому: Джею, [email protected]

От: [email protected]

Тема: Конец света

Алекс не у тебя? Извини, что опять беспокою, но только что разразилась катастрофа. Не прошло и пары минут после ухода Люка, как дверь распахнулась и в дом наперегонки влетели девчонки, споря, кто первый расскажет мне, как прошел день. Я сразу потащила их наверх, мыться и переодеваться. Уже в пижамах они запросили: «Пусть папа почитает нам!» Я спустилась в гостиную и нашла Алекса ссутулившимся перед телевизором. На экране застыло мое хохочущее в камеру лицо, снятое крупным планом. Когда я вошла в комнату, Алекс не поднял головы.

— Алекс, что ты делаешь?

Не глядя на меня, он спросил:

— Откуда это у тебя? — В видеомагнитофоне стояла кассета, отснятая Люком в Корнуолле.

— А, Люк как-то завез, — попыталась отмахнуться я. Авось сработает.

— А потом полез целоваться?

Значит, дело не только в кадре, застывшем на экране.

— О чем ты?

— Я видел вас. Как раз проезжал мимо, искал, где поставить машину, и все увидел. И не поверил глазам, поэтому объехал вокруг квартала, чтобы прийти в себя. Слава богу, девчонки спали сзади. Прямо на нашем крыльце, Дот. За кого ты меня держишь? За идиота? — Он вскинул голову — лучше бы он этого не делал. — Теперь ясно, почему ты мне не доверяешь: ты не можешь положиться даже на себя.

— Алекс, это совсем не то, что ты подумал, — запротестовала я.

— Папочка, ты нам почитаешь? — крикнула сверху Матильда.

— Иди ты, — велел Алекс.

— Но они ждут тебя.

— Ничего, выкрутишься как-нибудь, — зло и горько процедил он.

Как в тумане я поднялась к девчонкам и, несмотря на их протесты, прочитала «Мадлен и Рождество», не понимая ни слова. К тому времени как я спустилась, Алекс уже ушел. Даже записки не оставил. Он у тебя? Пожалуйста, пусть позвонит — я все объясню. Не могу поверить, что это случилось с нами.