Цветы к сентябрю - Николай Станишевский

— Как?

— Жестоко. Неужели я заслужила подобного отношения?

— Дженни, но…

— Тсс-с… Прошу, не произноси моего имени вслух! Нас могут подслушивать…

— Кто?

— В этом месте всегда кто-нибудь кого-нибудь слушает. В холоде и темноте слышится и слышно очень многое. От этого мне становится страшно. Так что больше не делай так, прошу тебя…

— Хорошо, не буду… Извини…

— Я знаю, что ты хотел сказать. Поверь, я не имею никакого отношения к тому, что произошло…

— Но тогда кто?

— Приезжай, я тебе все расскажу. Не по телефону и глядя в глаза…

— Хорошо, я приеду…

— Приезжай прямо сейчас. Здесь очень холодно, и я хочу, чтобы ты меня согрел…

— Я уже еду…

— Я жду…

В трубке послышались короткие гудки. Николас ещё какое-то время подержал её в руке, потом медленно положил на рычаг и тяжело опустился на стул. В дверном проёме появился детектив.

— Я уже справился на телефонной станции, — он широко ухмыльнулся. — Звонок был из клиники святого Патрика.

— Надо ехать… — еле слышно прошептал Николас.

— Куда?

— В клинику. Она всё помнит, Она всё поняла!

— Я думаю, торопиться не стоит, — сыщик загадочно прищурил левый глаз. — Я слышал весь разговор, более того, я записал его.

Он торжествующе продемонстрировал маленький диктофон.

— Надо ехать, — упрямо повторил Николас.

— Нет! — детектив наклонился и пристально посмотрел ему в глаза. — У меня появилось ощущение, что вас специально хотят выманить отсюда. Значит, готовятся что-то сделать в ваше отсутствие.

— Что здесь можно сделать?

— Ну… не знаю… Подсыпать что-нибудь в пищу… Или что-нибудь в этом роде. Может быть, кто-то хочет завладеть эти домом…

— Он никому не нужен, этот чёртов дом, — прошептал Николас. — Он высасывает жизнь…

— Что вы сказали?

— Ничего, — Николас тряхнул головой и поднялся со стула. — Это я так, о своём. Что вы конкретно предлагаете?

— Оставайтесь здесь, — сыщик деловито засуетился. — И наблюдайте за всем. Я смотаюсь в город, побеседую с вашей женой…

— Только как можно аккуратнее!

— Ну, естественно! Здесь меня учить не надо!

— Ни в коем случае не рассказывайте Ей ничего про меня!

— Это само собой разумеется! Вот. А потом я заскочу к своему знакомому, постараюсь договориться о проведении экспертизы. К вечеру буду.

— Хорошо, договорились.

— Если что, звоните на мобильный, — детектив протянул визитную карточку. — Здесь всё указано.

Николас кивнул, взял кусочек картона и положил на стол.

— Пойдёмте, я вас провожу, — тихо сказал он.

— Думаю, ничего страшного в моё отсутствие не произойдёт, — возбуждённо говорил детектив, когда они выходили в прихожую. — Она появляется только по ночам…

Николас опять кивнул и распахнул входную дверь. Лицо его побледнело, глаза округлились.

На ступеньках крыльца лежал букет, собранный из пышных, по-осеннему ярких цветов.

— Это что такое? — детектив нахмурился. — У вас какая-то знаменательная дата?

Николас покачал головой.

— Тогда почему они здесь?

Николас медленно поднял взгляд, в котором сквозила невыносимая тоска.

— Эти цветы — к сентябрю.

18 августа. Ещё позже

Детектив уехал. Николас бесцельно побродил по дому, заглянул на кухню. Милли, как всегда, хлопотала по хозяйству.

— У вас всё в порядке? — спросил он.

— Да, — женщина испуганно подняла голову и улыбнулась. — А что случилось?

— Ничего.

— Странные вещи происходят в последнее время, — Милли принялась яростно крошить варёный картофель. — Вы говорите, что всё хорошо, но в Доме появляется незнакомый мужчина, с которым вы запираетесь в кабинете по ночам. По-моему, он — частный детектив?

— Да, — машинально кивнул Николас и тут же подумал, откуда она узнала? Вероятно, он сам мимолётом упомянул об этом в разговоре…

К сожалению, он не помнил.

— Ну вот, — продолжала женщина. — А говорите, ничего не случилось. Ох, не нравится мне всё это, мистер Николас…

Она никуда не выходит, думал Николас. Находясь здесь постоянно, она ни с кем не контактирует. Может, имеет смысл ей все рассказать?

— Милли, — он задумчиво потёр указательным пальцем подбородок. — Скажите, вы умеете хранить тайны?

— Конечно! — женщина виртуозно смахнула нарезанный картофель в салатник. — Тем более, в последнее время я кроме вас ни с кем не общаюсь.

— Хорошо, — он, наконец, решился. — Я думаю, вам стоит кое о чем рассказать, тем более, вы практически — член семьи. В нашем Доме появился призрак.

— Да вы что? — ахнула женщина и быстро перекрестилась. — И какой он из себя?

— Это — моя покойная жена, — Николас медленно опустился на стул. — Дженни.

— Господи… — Милли тоже присела. — Вы видели свою жену?

— Точно так же, как вас.

— Бедняжка, — грустно произнесла женщина. — Очевидно, Её душу что-то беспокоит.

— Не знаю, — Николас опустил голову. — Вероятно…

— А вы уверены, что это — Она? Вы видели Её лицо?

— Нет. Черты я не разобрал. Все происходило в темноте, но фигура Её, это точно.

— Какой кошмар!

— И голос… — глаза Николаса сузились, и он посмотрел в окно. — Её голос невозможно спутать с другим.

— Она что-нибудь говорила?

— Только то, что Ей очень холодно. И ещё, что там, где Она находится — темно. Звала, чтобы я Её согрел…

— Нехорошо всё это… — пробормотала женщина. — Ох, как нехорошо! Вы верующий?

— Ну, — Николас попытался улыбнуться. — Как сказать. В какой-то мере — верю. В высший разум.

— Надо верить в Господа, — Милли укоризненно покачала головой. — Попробуйте воспользоваться Святым Распятием, думаю, это поможет.

— А что надо делать?

— Во-первых, надо спросить призрака, с чем он пришёл, — Милли понизила голос до зловещего шёпота. — Если он скажет, что со злом, тогда просто покажите ему крест. Он испугается и сразу уйдёт.

— Сказки… — вздохнул Николас.

— Э-э, не скажите. В истории было немало подобных случаев, Распятие ещё никому не вредило. Не считая, конечно, нечистой силы.