Ночные объятия - Шеррилин Кеньон

Тэлон был в ярости. Он звал Кеару, и она должна была уже ответить. Он попытался очистить мысли и не смог. Его эмоции вырывались и ограничивали его возможности. А чтобы мыслить ясно, необходимо было полностью владеть собой. Но это было невозможно.

Он должен найти Саншайн.

Она была там совсем одна, без защиты. И если с ней что-нибудь случится, он найдет Камулуса и заставит заплатить или убьет его, чтобы никто никогда не смел тронуть ее снова.

Он метался у задней двери в клубе Раннивульф, похожий на льва в клетке. В венах кипел острый и осязаемый гнев. Тэлону хотелось разорвать что-нибудь своими руками. Или разодрать клыками.

Темная сущность Охотника была спущена с привязи, и впервые он ощутил часть того, что чувствовал Зарек. Ярость была столь первобытной, столь мощной, что управляла им полностью.

Он врезал кулаком по кирпичной стене рядом с дверью.

— Я верну ее! — рычал он.

Сильно поврежденное тело болело и истекало кровью, но он не собирался подниматься на чердак Саншайн, не смотря на то, что для восстановления ему необходим был сон.

Но Тэлон не собирался ложиться и дать ранам залечиться.

Он будет бодрствовать, даже если это убьет его снова.

Много раз в памяти всплывало воспоминание умирающей у него на руках Ниньи. Только теперь он видел лицо Саншайн. Ее сладкий с южным акцентом голос взывал к нему.

Как только солнце зайдет, он пойдет искать ее и приведет домой. И не важно, чего ему это будет стоить.

Боже, помоги любому, у кого хватит глупости встать у него на пути.

Ашерон и Ник вошли в темную прихожую клуба за пятнадцать минут до заката. Тэлон отошел подальше от слабого света затухающего дня, который струился через дверь.

— Что произошло? — спросил Эш после того, как Ник закрыл дверь.

Тэлон боролся внутри себя с гневом и беспокойством. Эти эмоции были настолько мощны, что если бы не были ослаблены его сверхъестественные способности Темного Охотника, он силой мысли разрушил бы это здание до основания.

— Сюда ворвался Камулус вместе с полудюжиной человек. Они были вооружены галогеновыми фонарями для борьбы с Темным Охотником.

— Ты истекаешь кровью? — спросил Ник, когда его глаза привыкли к темноте.

Он выглядел побледневшим и испуганным, искоса глядя на раны Тэлона.

Тэлон проигнорировал его возбужденный тон:

— Они стреляли в меня.

— Нет, приятель, — ответил Ник. — Они превратили тебя в швейцарский сыр. Эш, посмотри на его спину.

Эш, увидев это, прорычал:

— Как ты себя чувствуешь?

— Ощущаю боль, но достаточно хорошо, чтобы охотиться и убивать.

— Черт, — выдохнул Ник, — я думал, что в твои способности входит хилерство[50].

Тэлон взглянул на него с усмешкой:

— Так и есть, но я врачую, забирая боль и раны в свое тело. И трудно делать это, когда я и есть тот, кому требуется помощь.

— Ник, — произнес Эш, — иди и раздобудь для Тэлона побольше одежды. Сейчас же.

Ник немедленно отправился выполнять приказ.

Эш жестко взглянул на Тэлона своими жуткими серебристыми глазами:

— Тебе нельзя выходить наружу, пока ты весь в крови и со множеством дырок в теле. Думаю, что люди сразу насторожатся и станут задаваться вопросом, как ты можешь стоять и не быть, так сказать, мертвым. Последнее, что мне нужно — еще один Охотник в вечерних новостях.