Все тайны Алисы - Светлана Полякова

— Да голова у тебя другая, — сказала она себе под нос. — Вот и сейчас ты готова думать о чем угодно, только не о деле!

Невидимый певец жалобно стенал о годах, проведенных на зоне без женского тепла.

По дурной филологической привычке Алиса отметила целый ряд неправильных склонений. «Ох, зануда же ты, Павлищева!» — подумала она и улыбнулась.

Сидящий перед ней мужчина, по виду которого любой немедленно определил бы «годы, проведенные без женского тепла», поймал Алисину улыбку и отнес ее на свой счет. Видно, он немного расслабился, и под действием «родной» музыки душа запросила романтики и любви.

Поднявшись, он подсел к Алисе и принялся изучать ее профиль. Делал он это долго, внимательно и выразительно.

Алиса даже начала нервничать — общение с этим явно уголовным типом в ее планы не входило. «И так радостей в жизни хватает», — усмехнулась она про себя.

Она попыталась отвлечься, но сосед явно не собирался сдаваться.

— Простите, мы не встречались? — доверительно спросил он, накрыв Алисину руку своей могучей дланью, на которой Алиса, к собственному ужасу, увидела наколку, сообщающую непросвещенной части человечества, что без женского тепла этот человек обходился ни много ни мало пятнадцать лет.

Алиса прикинула, за что дают такие сроки, и ей захотелось немедленно покинуть гостеприимный автобус. Конечно, она могла бы рассуждать иначе: какая разница — одним убийцей больше на ее голову, одним меньше, но почему-то эти доводы показались ей неубедительными.

— Нет, — выпалила она, поднимаясь. — Мы не встречались.

— Погоди-ка, — ласково сказал «уголовный сердцеед». — Не встречались — так встретились теперь! Куда же ты убегаешь?

Алиса попыталась отодвинуться, но не тут-то было!

Поняв, что миновать преграду в виде его колена ей вряд ли удастся без трагических последствий, Алиса тем не менее сделала еще одну попытку.

— Пропустите меня, — сказала она. — Мне пора выходить…

«В следующий раз без Лехи из дому не выйду», — пообещала она себе, стараясь не смотреть в лицо навязчивому ухажеру — от бессмысленного выражения его маленьких темных глаз ей становилось дурно.

— Нам пора выходить, — поправил он ее. — Теперь, девочка, тебе нечего бояться. Теперь я с тобой.

От этих угрожающих слов Алиса, как ни странно, очень разозлилась.

— Послушайте, — сказала она. — Мне кажется, вы ошиблись. Я не собираюсь с вами никуда идти. У меня есть свои дела, и мне, честное слово, сейчас не до вас!

Она снова попыталась сделать шаг, но автобус остановился, Алиса качнулась и оказалась неожиданно для себя в цепких объятиях настойчивого уголовника.

— Пустите меня! — прошипела Алиса, пытаясь освободиться от уз «невиданного счастья».

Он ничего не ответил, только сжал ее покрепче да ухмыльнулся прямо в лицо.

— Добрый вечер, Алиса Игоревна, — услышала Алиса знакомый голос, подняла глаза — и остолбенела.

«Боже мой, — пронеслось в ее голове. — Что же он теперь обо мне подумает?»

— Здравствуйте, Андрей Михайлович, — проговорила она, потирая запястья, — теперь она была свободна: ее поклонник, испугавшись чего-то, выпустил ее из рук. Но никакой радости по поводу чудесного освобождения Алиса не испытывала. «Теперь он точно решит, что я бандитка», — тоскливо подумала Алиса.

— Здрасте, Андрей Михалыч, — пробормотал уголовник, чьи матримониальные планы разбились таким банальным способом.

— Здравствуйте, Штырев, — сурово кивнул ушастый тюлень. — Опять к девушкам пристаете?

— Да я не знал, что это ваша знакомая.

— Давайте уж на всякий случай договоримся, что большинство девушек в этом городе — мои знакомые, — кивнул Андрей Михайлович и протянул Алисе руку.

— Спасибо, — благодарно выдохнула она, выбираясь со своего места.

— Не за что, — улыбнулся он. — У Штыря вечная проблема с женщинами… Сначала он их нежно любит, а потом сталкивается с непониманием и… иногда убивает, — пожал плечами следователь.

Алиса невольно поежилась.

Опасливо обернувшись, она заметила, что «романтичный убийца» не собирается выходить на ее остановке, и немного успокоилась.

Она простилась с Андреем Михайловичем и вышла из автобуса. Сейчас ей снова все казалось зловещим и мрачным. В ушах еще звучали рефреном слова «иногда убивает… убивает… убивает…».

— Как колокольный звон… — прошептала она и тут же вспомнила: «Колокол плачет по ком? Да по тебе…»

Она немного постояла, подождала, пока бурные чувства понемногу улягутся, вздохнула и пошла вдоль малолюдной улочки, ведущей вниз, к Волге.

Где-то здесь, в одном из стареньких домов, жил Фримен.

От безмолвия старинной улицы, недавней встречи и вечернего холода Алисе снова стало немного страшно, и она ускорила шаги.

«И живет-то этот Фримен в дурацком месте», — снова вернулось к ней недовольство еще неведомым ей, но уже бесконечно противным типом.

Шаги отдавались гулко — на этой улице еще чудом сохранилась мостовая старой кладки.

Алиса остановилась, достала сигареты и… услышала позади себя быстрые шаги. Словно ее кто-то догонял. Она обернулась. Когда смутные очертания фигуры стали более четкими, она вздрогнула и невольно отпрянула в тень.

«Господи, — пропищал внутри тоненький голосок страха. — Откуда он здесь взялся? Зачем?»

* * *

— Так будет уютнее, — сказала Парамонова, включая настольную лампу с красным абажуром.

Нюше показалось, что от красноватых бликов присутствующие стали похожи на вампиров или участников музыкально-спиритуального утренника, но истинные чувства она скрыла — в конце концов, у каждого человека собственные понятия об уюте. Кроме того, вся компания вызывала в ней жалость. «Надо же, — думала она, украдкой рассматривая этот «бомонд». — Они так стараются выглядеть милыми и симпатичными, а у них ничего не получается!»

— Ну, вот и поговорим…

Перед Нюшей появилась красная чашечка с пасторальной картинкой: дамочка в кринолине восторженно смотрела на читающего мадригалы светловолосого пажа.

Картинка Нюшу отчего-то ужасно развеселила и даже немного успокоила.

— Так вы говорите, что хотите стать писателем?

— Именно так, — подтвердила Нюша предположение господина Парамонова. — Знаете, очень хочется увидеть свою фамилию на книге… Говорят, чувство необыкновенное. Словно… — Она чуть не сказала — «дотронулся до вечности», но вовремя остановилась. Ее «образина» таких пассажей изобразить не могла. — Ой, да не знаю как сказать, — махнула она ладошкой и для пущей убедительности хлопнула ресницами. — Просто хочется — и все!

— Очень хорошо, — пробормотал господин Парамонов и протянул руку ладонью вверх. — Давайте, — коротко бросил он.