Влюбись в меня - Дженнифер Арментроут

– Не хочу никого обидеть, но Рокси глупит, – тихо сказала она, и я пронзила ее взглядом. – Она считает, что не влюблена в Риса, или просто не хочет влюбляться, но не понимает, что это уже произошло. Все пытается защитить свое ранимое сердце.

Эйвери заправила за ухо прядь рыжих волос.

– Подозреваю, это всем нам знакомо, – заметила она.

– Ага, – кивнула Калла, поднимая стакан с чаем. – Плавали – знаем.

Я удивленно посмотрела на них.

– Я что, единственная сама набросилась на парня? – озадаченно спросила Тереза. – Я с самого начала знала, что хочу заняться с Джейсом сладостной любовью.

– Просто у тебя есть яйца, – заявила Кэти. – У остальных – одни яичники.

– Мне стоит узнать, о чем вы разговариваете? – спросил Джейкоб, возникший у Эйвери за спиной. Поставив руки на спинку ее стула, он наклонился к нам.

– Думаю, нет, – рассмеялась Калла. – Сколько еще ждать еды?

Он взглянул на гриль.

– Минут пять, наверное. Хотя откуда мне, черт возьми, знать?

Тереза вытянула ноги, вздохнула и улыбнулась.

– Как здорово, что мы смогли собраться, – сказала она.

– Да, в следующий раз не скоро получится, – согласилась Эйвери и шлепнула Джейкоба по руке, когда он взял прядь ее волос и пощекотал ей нос.

– Почему? – спросила я.

– После этого семестра я вернусь сюда, – ответила Калла, грустно улыбаясь мне. – Ты от меня не отвертишься, но я буду скучать по Эйвери и Терезе.

– У Кэма намечается много поездок. Я стараюсь ездить вместе с ним, правда, не всегда получается, – сказала Эйвери. – Но не забывай: нам надо спланировать свадьбу. – Она улыбнулась Терезе. – Кстати, это полностью на вашей с Брит совести.

– Я согласна, – заявила Тереза. – Ты будешь не в белом, а в красном.

– Конечно, потому что красный будет классно смотреться с моими волосами, – закатив глаза, пояснила Эйвери. – Спасибо.

Джейкоб сочувственно погладил ее по голове.

– По выходным нам с Джейсом не вырваться. Он теперь работает в сельскохозяйственном центре, поэтому всю неделю занят, а на выходные приезжает Джек, так что дел у нас выше крыши, – продолжила Тереза.

– Разве Джек ему не брат? – спросила я, заподозрив, что у их родителей возникли какие-то проблемы, из-за которых у них не хватает времени на сына.

– Э-э… – протянул Джейкоб, распрямляясь, – Тесс, по-моему, Рокси не в курсе.

– Черт, точно, – бросила Тереза, наклоняясь ко мне. – Это длинная и запутанная история. Если вкратце, то нет, Джек ему не брат. Он его сын.

Я рот раскрыла от удивления и взглянула на Джейса, который держал тарелку, на которую Кэм перекладывал готовые котлеты для бургеров. Я знала, что Джек был уже не младенец, а Джейс был немногим старше меня, так что…

– В старших классах он встречался с одной девчонкой, и она забеременела, – объяснила Тереза, когда я повернулась обратно. – Вместо того чтобы отдавать Джека на усыновление, родители Джейса усыновили его сами и растили, словно он его брат. Несколько недель назад Джейс сказал Джеку правду.

– Ого, – пробормотала я. – И как прошло?

– Джек понял, но не до конца, – печально улыбнувшись, ответила Тереза. – Он уже достаточно большой, чтобы понимать, что ему говорят, но он ведь с самого рождения считал Джейса старшим братом. Нужно время, чтобы он привык считать его своим отцом. Но родители Джейса его поддержали, и это здорово. Джейс только что купил дом, и Джек переедет туда, как только будет готов. – Она пожала плечами. – Ну а для меня это, считай, разминка.

– Господи, только при Кэме такого не говори! – воскликнула Эйвери.

– Ему пора привыкнуть, что я занимаюсь сексом, и часто, – сухо ответила Тереза. – Взгляните на Джейса. Кто бы отказался?

– Да я бы прописала его у себя в постели, – призналась Кэти.

Мне не верилось, что у Джейса был сын, но гены у него были потрясающие, так что мне оставалось лишь радоваться, что кто-то их уже унаследовал.

– А где его мама? – спросила Кэти.

– Год назад она погибла в автомобильной аварии, – поморщившись, ответила Тереза.

– О, печально, – заметила Кэти, глотнув пива. – Кажется, еда уже готова.

Она направилась к грилю.

Рис был настоящим джентльменом.

Он сел на стул рядом со мной, узнал, чего мне хочется, и вскоре вернулся с полной тарелкой и новой бутылкой пива. Я могла и привыкнуть к такому сервису. Каким бы глупым это ни казалось, я могла привыкнуть и к отношениям.

Кэти поела и быстро ушла, заявив, что ей пора готовиться к свиданию с очередным красавчиком. Я пожелала ей удачи. Когда с едой было покончено, мы все подвинулись поближе к теплому грилю, чтобы не мерзнуть прохладным сентябрьским вечером.

Мы болтали о пустяках и смеялись. Через некоторое время я отлучилась в туалет, а затем помогла убрать остатки еды в холодильник. Вернувшись во двор, я тотчас оказалась в объятиях Риса, который посадил меня к себе на колени.

Я тихонько пискнула.

– Мы сломаем стул!

Он поправил мне очки и обхватил меня обеими руками.

– Ничего, он выдержит, – ответил он. На его лице плясали отсветы пламени костра. – Хочешь, скажу кое-что по секрету?

– Конечно, – шепнула я.

Один уголок его губ приподнялся. Рис коснулся лбом моего лба.

– Я рад, что мы здесь. Мне здесь нравится.

– И мне тоже, – призналась я, чувствуя, как сердце чуть не выпрыгивает у меня из груди.

– Отлично, – сказал он, убирая волосы с моего лица. – Потому что я уже представляю, как мы придем сюда снова и снова. Что думаешь?

Я закрыла глаза, втайне радуясь его словам.

– Я вот думаю, что довольно странно видеть, как вы двое милуетесь друг с другом, – заметил Джекс, проходя мимо нас, чтобы присоединиться к Калле, сидящей на толстом одеяле.

– А я думаю, что довольно странно ощущать на себе все ваше внимание, – ответил Рис, подняв голову.

Рассмеявшись, я прижалась щекой к его плечу. Не стоило и отрицать, что в этот момент я была абсолютно счастлива. Да, я тоже чувствовала, что этот раз не последний. Я видела нас вместе. Возможно, даже готова была побороть себя и справиться со страхом снова оказаться с разбитым сердцем.

Разве это того не стоило? Разве Рис того не стоил?

У меня перехватило дыхание, когда я положила руку ему на грудь и он тотчас накрыл ее своей ладонью. Открыв глаза, я взглянула на наши руки.

Кэти была права.

И это было ужасно глупо, ведь я даже не понимала, почему так отчаянно сопротивляюсь. Те чувства, которые я испытывала к Рису, когда мне было пятнадцать, не шли ни в какое сравнение с тем, что я чувствовала сейчас. Тогда я думала, что понимаю, что значит любить человека. Может, что-то я и знала, но только теперь поняла, каково это на самом деле, почувствовала, что одновременно парю и тону, закутываюсь в любимый свитер и бегу голой под проливным дождем. Во мне бушевали тысячи противоречивых эмоций.