Герцог-упрямец - Мэдлин Хантер

– И вы думаете, это как-то связано с тем человеком? Думаете, вас отправили на пенсию из-за того, что вы знали?

Старик со вздохом пожал плечами:

– Смысла-то особого нет, верно? Ведь те, кто владел поместьем, были пострадавшими, а не ворами. Так что никаких причин меня выгонять.

Снова пожав плечами, мистер Рутерфорд отвернулся и повел жеребца в конюшню.

– Это был мой дед, – сказала Девина, когда они возвращались обратно в Тейхилл. Теперь правила она, и, по распоряжению мужа, ехали они медленно. – И еще – тот мужчина, которого видел священник. Ну, тот, что был похож на меня. Я, конечно, сразу подумала, что речь о моем отце, но ведь он не появлялся здесь в те годы, о которых говорил мистер Рутерфорд.

Эрик промолчал, а Девина в задумчивости продолжила:

– И ведь мой дед действительно время от времени куда-то уходил из дома. Один раз – очень надолго. Тогда все уже решили, что он не вернется. Так вот, значит, куда он отправился… Похоже, что именно он вошел тогда в дом и отыскал то, что ему требовалось.

Эрик снова промолчал – производил в уме подсчеты. Судя по всему, то воровство случилось примерно в восьмидесятых. И, следовательно…

– Брентворт, я думаю, это он забрал Библию. Вот что лежало у него в ящике! Некоторые семьи хранят свои Библии в одном и том же месте.

– Она могла сгореть и при пожаре, – пробормотал Эрик.

– Да-да, или Библию, или что-то очень важное – то, что могло доказать, кто он такой. Думаю, он то, что взял, чем бы оно ни было, отослал королю.

– Да, возможно.

– Просто «возможно» – и все? Но так можно сказать о чем угодно. Ты ведь думаешь, что я права, правда?

– Я согласен, – кивнул Эрик. – Наверное, это был твой дед. Однако он мог взять все, что угодно: драгоценности, серебро, – вообще все, не обязательно Библию. Уж если он полагал, что является сыном барона, то есть законным наследником… В таком случае он мог брать абсолютно все, не считая это воровством.

Девина немного помолчала, а потом проговорила:

– Не знаю, Эрик, на что ты рассчитываешь, когда говоришь о доказательствах. Может, хочешь, чтобы кто-нибудь восстал из могилы и заявил: «Я знаю, что сын барона не умер, а вырос в приемной семье в Нортумберленде»? Но неужели ты всерьез полагаешь, что так и случится?

Вернувшись в Тейхилл, Девина сказала, что немедленно начнет собирать вещи для возвращения в Лондон.

– Не думаю, что мы уедем рано утром, – заметил Эрик. – Вряд ли тебе захочется срываться с места на рассвете.

Девина пожала плечами.

– Может, и не захочется. Ведь мне еще надо кое-чем заняться сегодня вечером. Так что на ужин я, возможно, не приду.

– Тогда я поужинаю в своих покоях. Увидимся утром.

Девина поднялась по лестнице, а ее муж, миновав библиотеку, направился в скромные апартаменты Робертса. Управляющего в кабинете не оказалось, но, услышав шаги герцога, он тотчас же вышел из своей спальни.

– Вы что-то хотели, ваша светлость? – спросил Робертс.

– Мне нужны ваши записи. – Эрик скинул сюртук и повесил на спинку стула. – Я собираюсь совершить путешествие во времени, а вы будете моим проводником. Освободите место на письменном столе. Если мы хотим все закончить сегодня вечером, искать придется обоим.

– Искать, ваша светлость?

Эрик объяснил, что хотел увидеть, и Робертс повернулся к книжным полкам.

«Кто-нибудь из ее предков, восставший из мертвых, стал бы лучшим свидетелем, но письмо, отправленное с того света, тоже сгодится», – говорил себе герцог.