Бунтарка - Мэй Макголдрик

– Не понимаю, к чему вся эта таинственность, я знаю точно, что там ее не было, Николас. Я ездила за ней, – горячо прошептала леди Спенсер. – Она не гостила у преподобного Адамса.

Николас продолжал стоять возле Джейн, слушая, как шум скандала смешивается со звуками Перселла и Генделя. Он оставался рядом, пока Адамс отвечал на вопрос Масгрейва о том, где находилась прошлой ночью лошадь Джейн, и мысленно благодарил священника за словесную атаку на магистрата. Адамс винил последнего в отсутствии порядка в районе, подкрепляя обвинения тем фактом, что у людей по ночам пропадают из стойл лошади и лишь немногие из них возвращаются снова на прежние места по прошествии нескольких дней. Если лошадь, которую видели, и вправду принадлежит Джейн, – в чем он сомневается, – то это лишь служит наглядным подтверждением справедливости его слов.

После шокирующего признания священника позиция Масгрейва явно пошатнулась, и жалоба Адамса, поддержанная другими помещиками, окончательно сбила магистрата с толку.

Николас все еще оставался рядом с Джейн и Адамсом, когда магистрат, пробормотав что-то о глупости драгун, находящихся в его распоряжении, нехотя пробурчал извинения за причинение беспокойства. Но как только Масгрейв ушел, Николас сделал то же самое.

Он не мог стоять рядом с ней и притворяться, будто заявление священника его не задело, хотя знал, что Джейн не было в Балликлоу. Он сам ездил туда, когда искал ее. Гораздо больше его беспокоило другое – Адамс, похоже, был осведомлен лучше, чем он.

Николас вышел из дома и стоял в поле, за стеной выгула, глядя в черноту, окутавшую долину, когда к нему присоединилась мать. В конюшнях за спиной царило оживление. Одна за другой отъезжали кареты, чтобы забрать гостей.

– Да, этот прием долго не забудется, – промолвила Александра. – Все торопятся проглотить предложенный хозяйкой ужин и бегут в горы. Подумать только, а ведь в Лондоне не было бы никакой возможности вытолкать кого-либо за дверь. Волки стояли бы вокруг в ожидании кровавой развязки!

– Возможно, кровь еще впереди.

– Не думаю, – отозвалась она. – Преподобный Адамс и сэр Томас закрылись в кабинете нашего хозяина. И меня очень беспокоит решение, которое они могут принять.

Николас промолчал.

– Ник, Джейн в тебе нуждается. Она держится из последних сил, стараясь быть мужественной, но если ты в скором времени к ней не вернешься, она сдастся.

– Генри Адамс ее поддержит. Не хочу им мешать.

– Ты не можешь говорить это серьезно. – Она тронула его за руку. – Ни слова Масгрейва, ни враждебные взгляды – ничто так не расстроило ее, как твой уход. Ей нужен ты, Николас. Ты!

– Это она тебе сказала? Она прислала тебя за мной?

– Сказала бы и прислала бы, если б сочла возможным. Но в сложившейся ситуации это невозможно. – Александра остановилась перед сыном. – В настоящий момент каждый ее шаг и каждое слово находятся под прицелом взглядов десятков людей. Те, кто еще не уехал, пристально следят за ней, ожидая дальнейшего развития событий, чтобы было о чем посплетничать в клубе, за карточным столом и в прочих местах, где они коротают время. Пока она отлично это сносит, но я не знаю, как долго еще выдержит.

Конечно, было бы проще уехать и забыть о встрече с этой женщиной, думал Николас. Но не мог этого сделать. Прежний Николас так бы и поступил и ни разу не оглянулся бы. Однако новый Николас Спенсер, всецело поглощенный мисс Джейн Пьюрфой, не мог.

– Где она сейчас?

– В библиотеке. Музыканты собрали свои инструменты и пошли ужинать в зал для прислуги. Думаю, через час дом опустеет. Леди Пьюрфой продолжает хлопотать, пытаясь сохранить хорошую мину при плохой игре. Девочки и Джейн ждут в библиотеке, когда сэр Томас и священник закончат беседу.

Клара смотрела в темноту за окном. Фрэнсис делала вид, что читает книгу, лежавшую на ее коленях. Отдав очередное распоряжение слугам, леди Пьюрфой вернулась в комнату и тяжело опустилась на диван, обмахиваясь веером.

Джейн, увидев вошедших Николаса и леди Спенсер, вскочила на ноги. Не обращая внимания на сердитый взгляд матери, она сделала несколько шагов в их сторону, когда на пороге появились Генри Адамс и сэр Томас.

Все присутствующие уставились на них.