Заставь меня прекратить - Лиза Бетт

Повисла тишина. Она могла быть мирной как обычно бывало между этими двумя, но сейчас в этой тишине летали искры недосказанности. Ренат продолжил.

– Я ее уволил, выплатив содержание на несколько месяцев вперед, – говорил будто оправдывался. Только вот непонятно перед кем: сыном или собой.

– Ты не отрицаешь? – Арман попытался встрять, но Ренат не закончил.

– Она пришла через месяц и сообщила что беременна. А мы с твоей матерью только начали налаживать отношения. У нас все было хорошо, я любил ее и дорожил ей не смотря на ошибку, которую совершил. И боялся, что она узнает об измене.

Он захлебнулся дыханием и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться.

– Я дал денег секретарше и сказал, чтобы решила проблему кардинально.

– Но эта проблема вернулась спустя почти тридцать лет и вставляет тебе палки в колеса, – с издевкой подытожил Арман и Ренат замолчал, отвернувшись к окну.

– У Сюзанны была фамилия Самсонова, но я не предавал этому значение до сегодняшнего дня.

Всё встало на свои места. Арман осушил свой стакан залпом. Ренат провел по лицу рукой.

– И у тебя никогда не возникало мысли убедиться, что она и правда сделала аборт? Или хотя бы выйти на нее и узнать, как сложилась ее жизнь? – он понимал, что отец не ответит, но несправедливость просто выводила из себя.

– У нас с твоей матерью началась новая жизнь, я не разыскивал секретаршу, потому что боялся ворошить прошлое. А потом мы узнали, что твоя мать ждет ребенка. И всё кроме этого отошло на второй план.

Армана затошнило.

– Беременность протекала тяжело, матери запретили нервничать и в последние месяцы запретили вставать с постели. У нее было слабое здоровье и… да что я рассказываю – ты и сам все помнишь.

Арман кивнул чувствуя горечь во рту. Его сердце рвалось на части.

– Твоя мать не доходила до девятого месяца. Она родила в семь.

Ренат замолчал, пытаясь справиться с эмоциями.

– Кристина стала нашим спасением.

– Знаю, – горло сдавило, но он все равно сказал это. – Кристина беременна от Самсонова.

– Нет! – отец так резко обернулся и рухнул в кресло, будто все силы из него выжали.

Арман кивнул.

– Я поговорю с ней, – Ренат встрепенулся и Арман апатично уставился в пол. Разговоры ничего не решат. Сестре придется это сделать так или иначе. Для ее же блага как и сказал Самсонов.

– Расскажешь ей всё? – спросил тихо.

– Нет, но… подумай, ей столько всего пришлось пережить, и… – Ренат осекся, глядя на сына. – Давай расскажем, но не сейчас.

Арман кивнул. Усталость ломала мышцы и била в голове назойливыми молоточками.

– Дерьмово вышло, – произнес делая глубокий вдох и тут же закашливаясь. – Я пойду к себе. Не говори Кристине, что меня побили.

– Ладно, сын.

Арман встал и развернулся к двери, но на его плечо легла тяжелая ладонь и он замер, взявшись за ручку.

– Если бы я знал, что он его сохранила… Все было бы по-другому.

Оставалось только в это верить. Его мир итак слишком сильно пошатнулся за этот вечер.

29

Ангелина постучала в дверь, и я услышала щелчок замка.

– Ты была закрыта снаружи, – она произнесла растерянно, держа в руке ключ.

– Арман решил заточить меня, – негромко произнесла, глядя на горничную, которая вошла вслед за Ангелиной и внесла в комнату поднос.

– Поужинаешь со мной? – Ангелина указала на край постели и поднос поставили туда. Невестка села на пуфик поднимая крышки с горячих блюд, а я придвинулась к краю матраса, без энтузиазма оглядывая тарелки.

– У меня нет аппетита, – произнесла устало, но живот выдал мою ложь.

– Хотя бы пару кусочков, – не унималась Ангелина, и я устав с ними спорить взяла в руки вилку.

– У меня токсикоз, – произнесла честно и невестка замерла с недонесенной до рта вилкой. – Да.

– Теперь ясно, – Лина выдохнула, будто разгадала загадку, а я нахмурилась странному выражению ее лица.

– Что?

Она опустила взгляд, будто я поймала ее за чем-то предосудительным и отпила чай.

Секунды казалось длятся вечность.

– Ясно твое поведение. И отсутствие аппетита, – пояснила, но мне показалось, она хотела сказать не это. Допытываться я не стала, слишком устала для разборок.

– Я не хочу избавляться от него, – произнесла твердо, будто провоцируя невестку возразить, но она ошарашенная моим заявлением только возмутилась.

– Ты считаешь, что тебя кто-то может заставить сделать аборт?

– Арман взбесился… Я думала он убьет Давида.

Ангелина снова отвела взгляд и негромко произнесла.

– Нет, Арман в кабинете с твоим отцом. Уже успокоился и видимо смирился…

– Ясно, – произнесла и отложила вилку. От запаха еды меня снова замутило.

– Что бы ни случилось, я на твоей стороне, – Лина вдруг протянула руку и сжала мою кисть поверх покрывала. Мое сердце дрогнуло, а в горле запершило.

– Спасибо, – ответила тихо и безотчетно опустила руку на плоский живот, пытаясь почувствовать там новую жизнь. Она была еще слишком маленькой, чтобы стать осязаемой, но сердце наполнялось теплом от мысли что у меня будет ребенок.

В комнату постучали.

– Войдите, – произнесла, ожидая увидеть Армана, но в дверях появился отец. Я улыбнулась ему и поднялась с постели, чтобы обнять. – Папа, я соскучилась.

Отец сжал меня так крепко, будто мы не виделись несколько лет и даже мои ноги оторвались от пола когда он приподнял меня.

– И я скучал,