Доверься - Ольга Вечная

– Аргумент, – усмехается он. – В принципе… мне удобно. И Матвей недалеко. Хорошо, давай у тебя. Почему нет?

– Действительно. Наши дети спросят: «Почему вы поженились?» Мы ответим: «А почему бы нам было не пожениться?»

Паша сгребает меня на колени и обнимает.

– Не передумай только.

– Я помню, помню. Тебе плохо от мысли, что меня будет трахать кто-то другой.

Он морщится.

– Только я. Вот как сейчас было. И чтобы ты так же прижималась. Поняла? Вот это было оно.

– Мне очень понравилось, – шепчу тише. – Как ты сначала рукой, а потом закончил сверху. Это было… идеально. – Делаю паузу, подбирая слова. – Я думала, что…

– Говори. Мы ведь учились говорить прямо на тему секса.

– Сделаешь так еще?

– Да.

Я тянусь его поцеловать, но Паша отворачивается.

– Эй! Паш, ты чего? Замуж позвал, а целоваться не хочешь.

– Завтра.

– Весь вечер прячешься… – А потом до меня доходит! – Ты что, не целуешься из-за того, что я минет тебе сделала? Что, правда?

Он неловко смеется.

– Завтра. А теперь давай спать. Уже поздно. Ты будешь дрыхнуть, а у меня день рабочий.

– Ты же врач! Ты не должен быть брезгливым! – не оставляю эту тему. – У тебя ведь нет комплексов! Па-аш! Мне было вкусно. Ням.

Он резко укладывает меня в постель и обнимает сзади, фиксируя.

– Сладких снов, Диана, – произносит строго. – Вернемся в город и купим кольца.

– Ну ты даешь. Я же тебя целую после оральных ласк.

– Давай поговорим на эту тему в другой раз, хорошо? Сейчас дела есть поважнее. Свадьба через месяц.

– Ну уж нет! Сначала поцелуй меня. Паша-а-а!

Выворачиваюсь и делаю обманный рывок к его губам. Он хватает меня и начинает щекотать, чтобы отвлечь. Я смеюсь громко, искренне.

А потом послушно засыпаю в его объятиях. Отступившая, но не сдавшаяся. Целоваться Павел так и не дался. Но если мы и правда поженимся, то у меня впереди будет много времени, чтобы уговорить его.

Глава 44

– Матвей, сегодня мы с Дианой вечером приедем. Будь дома, окей? – бодро говорю я в трубку. Выхожу из машины, бросаю взгляд на здание «Айрис».

Бегом, на лету все происходит. Наверное, неправильно. Впрочем, из-за загруженности иначе и не получится.

– Во сколько?

– Не знаю, в семь. Как по пробкам доедем. Сможешь?

– Вы что, жениться собрались?

– Э-э-э, а похоже? – усмехаюсь.

– Я же не вчера родился. Съездили вдвоем в командировку, вернулись довольные, и срочное собрание родственников. У Дианы Романовны в понедельник такое лицо загадочное было… Ее выложенное из скрепок бензольное кольцо впервые смахивало на сердечко. Неспроста же?

Я смеюсь. Да, это моя Диана. Бензольное кольцо в виде сердечка. Переплетение науки и эмоций. Тепло прокатывается по коже.

– А если и да? Ты будешь против?

– Да с чего бы мне быть против? Валяйте. Жизнь ваша.

– Не слышу огонька в голосе.

– Буду я в семь часов. Торт хоть купите.

– Купим. А ты лицо повеселее сделай.

– С этим проблемы не будет, не беспокойся. Диана Романовна – человек не чужой мне. Хотя и не понимаю, зачем вообще нужно жениться. Но раз хотите – дело ваше.

Я убираю телефон в карман и захожу в клинику. Люблю раннее утро. Новых пациентов еще нет. Девчонки на ресепшене готовятся к рабочему дню, пахнет кофе. Вероника бросает выразительный взгляд и демонстративно отворачивается. Да и пофиг, настроение все равно приподнятое. Здороваюсь и иду в ординаторскую.

Работа идет по графику, который, как и обычно, плотный. Планы на вечер тоже грандиозные: за Дианой, потом за тортом. Бабушка будет в шоке, конечно. Но надеюсь, что приятном. Она любит все эти милые пафосные моменты.

В конце дня я, погруженный в мысли, выхожу из кабинета и… сталкиваюсь нос к носу с Романом Ивановым.

Вот так сюрприз. Глазам удается поверить не сразу.

Пару секунд мы агрессивно пялимся друг на друга в упор. Давненько не виделись. Мужчина здорово сдал за эти двенадцать лет. А может, мне в шестнадцать казалось, что он выше и больше? В прошлый раз он меня подкараулил у дома и оскорбил. Я ответил. После чего он мне вмазал.

Делаю шаг назад, потом еще один. И по довольному лицу Иванова понимаю, что это была ошибка. Ему кажется, что я отступаю.

– Добрый день. Вы ко мне? – спрашиваю спокойно.

– Должен был ты прийти ко мне. Но, как и в прошлый раз, я не дождался. Пришлось самому ехать. За кем в этот раз прятаться будешь?

Это было болезненно, но терпимо.

– Давайте поговорим. Я планировал приехать в субботу, Диана обещала меня представить. Но обстоятельства так сложились, что не вышло.

– Конечно, я так и понял, – ехидничает Иванов. – Подожди, будь добр, в машине. Я договорю с Тулем и подойду. У него важный звонок.

Едва не скриплю зубами от раздражения.

Этот его тон снисходительный и в прошлый раз взбесил до предела! Когда человек вот так начинает разговор, трудно в руках себя держать. Высокомерие порождает сопротивление. Причем даже если вы изначально желаете одного и того же.

– Я спешу. Вы надолго приехали?

– Спешишь? Кто бы сомневался. Тогда решим без тебя.

Руки сжимаются в кулаки. Вот как с ним разговаривать по-хорошему?

Неудивительно, что Романа Иванова полгорода мечтает осадить. В голове чередой проносятся предложения Коржова.

Из дверей выходит наш главный.

– Заходите, Роман Александрович. – Переводит взгляд на меня: – Павел Андреевич, вы что-то хотели?

– Нет, я закончил. Домой собираюсь.

– Хорошо, спасибо. До завтра.

Разворачиваюсь и иду к выходу. Потом стою у машины, курю.

«Диана, я опоздаю. Подождешь?» – отправляю сообщение.

«Конечно. Подготовлюсь к завтрашним занятиям. Не спеши, мне есть чем заняться».

Я смотрю под ноги. Легко с ней. Во всем на свете легко. При этом мы как в сказке про запретные чувства. Бред. Если бы родители были живы, не знаю, как бы они отнеслись к моему выбору.

Иванов появляется через полчаса, сразу подходит ко мне.

– Здесь, значит, будем говорить? Интересный выбор. Ты считаешь, что дела, касающиеся моей дочери, решаются вечером на пустой